Огненный адепт (СИ)
— Слушай, юнец, ты собрался за день пройти программу двух ступеней? — возмутился мастер Иггер. — Я и так сегодня преподал тебе больше, чем могут переварить твои мозги. Всё, иди, тренируйся на песчинках.
Иггер вернул блок на амулет Дилля и указал в сторону выхода. Дилль, у которого всё занятие язык чесался спросить мастера о муарах, уже подошёл к разъехавшимся в стороны камням, но в последний момент всё же решился. Он обернулся и спросил:
— Мастер, а вы что-нибудь знаете о муарах? И о природе их способностей.
На лице старика появилось задумчивое выражение. Он так долго молчал, что Дилль усомнился — слышал ли он вопрос. Наконец мастер Иггер вздохнул и сказал:
— Они обитают в канализации Тирогиса уже больше шести сотен лет. Не советую встречаться с этой нежитью. Муары опасны для обычных людей и смертельно опасны для магов. Только не говори, что ты решил сунуться в клоаку Тирогиса.
— Вообще-то, я уже там побывал. И обнаружил, что способности муаров весьма схожи с талантом инквизитора мастера Леклера.
Мастер Иггер закатил глаза к потолку.
— Нет, ты точно тупой! Не вздумай больше лезть туда, если хочешь жить! Что до их способностей… Никто толком не изучал этих тварей, потому что все исследователи погибли в канализации Тирогиса. Единственно, что приходит мне на память, это книга некоего Лейва «Слава и позор». Там что-то было про муаров. А теперь ступай, я устал.
Старик закрыл глаза, и Дилль неслышно выскользнул в коридор.
Глава 13
* * *— Разрешите войти, Ваше Величество? Позвольте пожелать вам доброго утра.
Гроссмейстер вошёл в рабочий кабинет короля и поклонился. Его Величество выглядел совсем не по-королевски: волосы взъерошены, под глазами залегли тени, а одежда измята — король явно не спал всю ночь.
— Ничего доброго в этом утре нет, Адельядо, — буркнул Юловар. — И не спрашивай меня почему.
— Видимо, это как-то связано с известием о прибытии герцога Роони, — предположил гроссмейстер.
Вчера маги дальней связи получили известие, что тилисский герцог Роони пересёк границу Ситгара и едет с внушительным кортежем в Тирогис. Разумеется, Адельядо об этом узнал. И даже раньше короля. Вот только не знал, зачем герцог так спешно покинул Тилис. Если бы у магов был доступ к соколиной почте — способу, которым общались меж собой сильные мира сего, он бы знал цель приезда тилисского герцога. Но чего нет, того нет: клан Сокола тщательно хранит свои тайны — как в Ситгаре, так и в других королевствах.
— А с чем же ещё?!! — вскричал король. — Проклятье, я всю ночь не спал!
— Думаю, ваши придворные врачеватели справились бы с обычной бессонницей, возникни такая необходимость.
— Бессонница у меня необычная, — буркнул король, пиная бархатную подушку, валявшуюся на полу. — Ну, и где эти бездельники?
Адельядо догадался, что под «бездельниками» Юловар подразумевает обычных членов малого королевского совета: архиепископа Одборгского и прокуратора Крюэля. Гроссмейстер положил свою широкополую шляпу на ажурный столик и, не дожидаясь королевского разрешения, с удобством устроился в одном из кресел. Король бросил на мага косой взгляд и продолжал бродить по кабинету до тех пор, пока в дверях не появились архиепископ и прокуратор, сопровождаемые главным церемониймейстером Луавилем.
— Ваше Величество, прибыли господа… — начал церемониймейстер, но король оборвал его:
— Перестань, Луавиль. Я разрешаю вам сесть.
Когда трое вновь прибывших расселись, Юловар, сердито сопя, сказал:
— Я созвал вас, чтобы услышать ваше мнение о сложившейся обстановке. Как вы уже, возможно, знаете, в Тирогис едет герцог Роони — правая рука короля Энмунда. Он прибывает с чрезвычайной миссией и везёт официальные документы. А неофициально: вчера вечером прибыл сокол с личным посланием от Энмунда. Мой дорогой троюродный дядя рассыпается в любезностях, желает мне благополучия и долгих лет жизни, а также уведомляет, что согласен выдать за меня замуж принцессу дома Гариалей — Лорну Арнгальскую. Разумеется, с приданным в виде двух провинций, которые присоединятся к Ситгару после свадьбы.
Прокуратор Крюэль — человек простой, при этом известии присвистнул. Архиепископ Одборгский и гроссмейстер Адельядо сумели сдержать эмоции и только озадаченно нахмурились, а на каменном лице Луавиля вообще не отразилось никаких чувств.
— Какая бешеная муха укусила Энмунда? — спросил Крюэль. — Руку Лорны ведь пытались получить не менее десятка Высокорожденных семейств, и всем было отказано.
— Видимо потому, что все эти семейства имеют весьма призрачные шансы на королевский трон, — сказал архиепископ. — Или я ошибаюсь, господин Луавиль?
— Нет, вы правы, — ответил знаток геральдики. — Зато, насколько я помню, три умерших мужа принцессы Лорны скончались при обстоятельствах, которые человек подозрительный мог бы назвать весьма странными.
— Скажи уж прямо, Луавиль — она их траванула, — процедил король. — А потом прибрала к рукам их имения, оставив ни с чем других наследников. И теперь Энмунд и Лорна нацелились на Ситгар.
— Аппетит приходит во время еды, — глубокомысленно сказал архиепископ. — Ваше Величество, но ведь можно составить такой брачный договор, в котором будет указано, что супруга не имеет никаких прав на наследование трона.
— Одборг, — гроссмейстер Адельядо постарался придать голосу возможно едкий оттенок, — думать тебе нечем, но ты постарайся понять одну простую вещь: Его Величеству будет всё равно, кто останется на троне после того, как блистательная Лорна отправит его на тот свет. А Ситгар останется без правителя, что Энмунду и требуется. Думаю, едва он получит известия о первых признаках смертельной болезни Его Величества, как тилисские войска тут же вторгнутся в Ситгар.
Архиепископ побагровел и начал набирать дыхания для возмущённого вопля, но Юловар лёгким движением руки остановил его.
— Спасибо, гроссмейстер, вы очень чётко обрисовали положение, — сказал король. — Я вообще не желаю видеть эту… гм, принцессу, хотя и говорят, что она весьма недурна собой. Уж слишком опасный мёд приносит эта пчела.
— Ваше Величество, но тогда в чём вопрос? — подал голос прокуратор. — Никто не может заставить короля вступить в брак.
— Отказать? Да нет ничего легче, — саркастически усмехнулся Юловар. — Луавиль, проясни ситуацию господину прокуратору.
— Принцесса Лорна — потомок императора Гариаля по материнской линии. Согласно уложениям генеалогической Скрижали Империи, от которой произошли Скрижали ныне существующих государств, отказ в сочетании браком с представителем императорского дома является преступлением с последующей конфискацией всех земель, лишением титулов, наград, а после и самой жизни преступника. Подобные поправки в имперскую скрижаль были внесены потомком Гариаля — императором Дениссом, который возжелал дочь одного из своих сподвижников — герцога Алистера. Получив отказ, император Денисс пришёл в гнев, внёс новое уложение в Скрижаль, после чего отобрал земли и титулы у герцога и лишил его жизни через отрубание головы. Дочь герцога — Юлия, стала женой императора, — главный церемониймейстер прервался, помолчал немного и закончил: — А потом император Денисс стал сохнуть и чахнуть, пока не умер. Летописцы того времени писали, что вселенская магия не оставила его проступок без наказания. А некоторые из них утверждали, что у этой вселенской магии есть определённое имя — леди Юлия, у которой имелись некие магические таланты. Как бы то ни было, но это уложение осталось в Скрижали, хотя с тех пор применялось редко — всего дважды. И оба раза оно служило поводом для войны.
Прокуратор снова присвистнул и потёр мясистый нос.
— То есть, господин Луавиль, вы хотите сказать, что таким образом Тилис пытается объявить Ситгару войну? — переспросил он. — Но это же нелепость! Кто мешает королю Энмунду просто сказать «Давайте драться»? Для чего эти сложности?