Голубая кровь (СИ)

— Она ищет кого-то, — Эсфирь даже под сомнение это не ставила, — и вероятней всего Нейман.
— Почему ты так решила? — спросила Леония.
— Голос интуиции, — пробормотала озадаченная Эсфирь.
— Это легко проверить. Волчица, ища кого-нибудь, всегда держит в руке вещь, принадлежащую этому человеку, — вмешался Рэтас.
— Это верно, — согласилась Нейман, и подошла к Эсфири.
Приоткрыв дверь, она выглянула на улицу.
Волчица была уже довольно близко. Она шла неуверенно, часто останавливаясь и поворачиваясь то в одну, то в другую сторону. В её движениях улавливалось что-то такое неестественное, что, казалось, она шла не по своей воле, а по чьему-то указанию, действующему на неё словно гипноз. В руке женщина держала серебряное украшение с чёрными жемчужинами, в котором Нейман узнала свой ножной браслет.
Тихо закрыв дверь, Нейман приподняла край юбки и увидела, что на правой щиколотке у неё действительно отсутствует браслет. Ночью, из-за паники, она не заметила, что потеряла его.
— Волчица ищет меня, — подтвердила Нейман. — У неё мой ножной браслет. Вероятно, я его потеряла, когда спрыгнула с лошади. У этого браслета плохая застёжка, и я уже давно собиралась поменять её, и вот теперь она оказала мне плохую услугу. Но зачем и кто меня ищет?
— За тобой есть, кому охотиться, — уклончиво и быстро пробормотала Эсфирь, так как в присутствии Леонии и Рэтаса она не могла говорить откровенно. — Думаю, она в основном идёт по запаху, а ты, Нейман, буквально благоухаешь розовым маслом. Тебя за километр можно почувствовать, даже не обладая чутьем Волчицы.
Эсфирь, явно нервничая, но, стараясь сохранить хладнокровие, ходила взад-вперёд по двору.
— Рассвет и эта женщина неумолимо приближаются, поэтому расскажи, Эсфирь, как мне выйти из Аулента. Я хочу поскорее покинуть город, а там будь что будет, — решила Нейман.
— Нейман, тебя схватят прежде, чем ты успеешь пройти сто шагов, — остановила Нейман Леония. — Твоя чёрная одежда сразу привлечёт внимание.
— Но что же мне делать?
— Я нашла выход! — воскликнула Эсфирь и бросилась в дом.
Она вернулась с небольшим флаконом и белой вуалью.
— Надень это, Нейман. Это единственная моя вуаль, но сейчас она может спасти тебя.
Не дожидаясь ответа новой подруги, Эсфирь стянула с неё чёрную вуаль и накинула свою.
Леония и Рэтас молча наблюдали за действиями Эсфири, которая могла найти выход из любого положения и обвести кого угодно вокруг пальца. Леония часто говорила, что Эсфирь никогда не попадёт в ад, а на вопрос: «Почему?», отвечала: «Черти долго не выдержат её общества и взбалмошных выходок, и сбегут вместе со своими сковородками». А если бы Леония знала, что Эсфирь и есть Одинокий Убийца, то она сказала бы, что черти вообще не пустили бы Эсфирь в свой ад, ради своей же безопасности.
Прихорашиваться было некогда, а потому, кое-как поправив вуаль на голове, Нейман свернула свою и заткнула её за пояс.
Эсфирь тем временем открыла флакон, и вокруг разлился тонкий аромат розового масла, которое стоило немалых денег. Недолго думая, Эсфирь выплеснула половину флакона на Нейман, а другую на себя.
— Ну вот, теперь мы с тобой обе благоухаем, как две плантации роз, — Эсфирь забросила пустой флакон в кусты. — А теперь слушай меня внимательно, так как сейчас дорога каждая секунда. Мы выйдем с тобой одновременно. Я выхвачу у волчицы браслет и кину тебе — без него она не сможет долго идти по твоему следу. Затем, Нейман, беги направо. На первом перекрёстке поверни направо и следуй до поворота налево, потом иди всё время прямо, и ты выйдешь из Аулента. Я побегу налево, и Волчица потеряет след, так как она не сможет гнаться сразу за двумя зайцами. Поэтому, оставшись без браслета и не зная точно за кем идти, она собьётся со следа. Ты всё запомнила?
— Да, — кивнула головой Нейман.
Они вместе подошли снова к воротам, но вдруг Эсфирь остановилась.
— Нейман, мы с тобой одной расы, — произнесла Эсфирь, взяв Нейман за руку. — Пожалуйста, молчи о том, что ты узнала от меня. Однако знай, что мой дом отныне и твой. Если тебе понадоблюсь я или убежище от врагов, то вспомни обо мне, я всегда помогу тебе и не предам.
 
— Спасибо, Эсфирь, — поблагодарила Нейман, — я тоже всегда помогу тебе, моя спасительница. Мой дом отныне тоже твой.
— Мы будем ждать тебя, Нейман. Теперь мы твои друзья, — заверила Леония, — раз благородная Нейман де Эриндо не брезгует нашим обществом.
— Эсфирь чаще всего где-то пропадает, но мы всегда здесь, и ты в любой момент можешь попросить у нас помощи и крова. Даже если здесь не будет нашей бродяги Эсфири, — добавил с улыбкой Рэтас.
Нейман ответила благодарным полупоклоном, она и подумать не могла, что в Ауленте есть люди, способные понять териан и защищать их.
Эсфирь осторожно отворила дверь, и Нейман увидела Волчицу, стоявшую перед ними в десяти шагах. Эриндо разглядела даже лицо этой женщины, которой на вид было не больше сорока лет, и носившее печать былой красоты, померкшей под грузом страданий и лишений.
На улице не оказалось ни души. Эсфирь быстро и бесшумно метнулась к слепой и, выхватив из её рук браслет, кинула его Нейман, сделав знак, чтобы та бежала. Ловко поймав своё украшение, Нейман побежала направо, в то время как Эсфирь уже мчалась налево в противоположную сторону улицы. Всё это произошло быстро и тихо.
Волчица тут же забеспокоилась и безнадёжно, отчаянно заметалась по улице, не зная в какую сторону бежать, так как воздух везде благоухал розовым маслом, и она потеряла свой главный ориентир в этом поиске — браслет Нейман. Лишившись браслета, женщина больше не чувствовала, за каким человеком ей идти. Единственное, что слышала Волчица, это удалявшийся звон украшений и оружия Нейман. Трюк Эсфири удался, и слепая женщина потеряла след, растерявшись.
Леония и Рэтас, улыбнувшись, переглянулись и затворили дверь.
Артур, Рэм, Дик и Ратмир не смогли обнаружить следов лошади Нейман в темноте леса и вернулись к дворцу Эриндо. Прошло полчаса, но всё было тихо.
— Нейман словно сквозь землю провалилась. Если она и есть Лэс-Тера, то искать её, а тем более следить за ней, бесполезно. Мы только зря время теряем, сидя в кустах и гоняя насекомых, — бурчал Дик, он был самый молодой в Группе Риска-III и ему ещё не доставало терпения.
— Но ничего не делая, мы ничего не сможет доказать, — возразил Артур, — а если мы докажем, что Нейман Лэс-Тера, то сразу решим много проблем.
— За Нейман трудно следить, я согласен с Диком. Однако, только так мы сможем вывести её на чистую воду, — произнёс Рэм.
— А, может, Нейман вовсе не Лэс и мы зря к ней прицепились? — выдвинул предположение Дик.
— Это ещё нужно проверить, — ответил Рэм.
— Но где её носит? — нетерпеливо спросил Ратмир. — Она уже больше трех часов как исчезла.
— Тихо! — сказал Артур, прислушиваясь. — Мне кажется, что я слышу топот копыт.
Группа Риска притихла и прислушалась. В воцарившейся тишине где-то далеко слышался быстрый бег лошади по дороге.
— Вероятно, это возвращается Нейман, больше некому, — предположил Дик.
Топот копыт всё усиливался, и вскоре звонко застучали подковы по мраморным плитам. Группа Риска затаила дыхание и увидела сквозь листву деревьев вороного коня, галопом прискакавшего к дворцу и ставшего громко ржать.
— Конь уже вернулся, но где же Нейман? — спросил Дик, вытягивая шею вперёд, словно это могло помочь ему высмотреть кого-то.
— Может, с ней что-нибудь случилось? — выразил опасение Ратмир.
На ржание коня выбежали конюхи и слуги, обеспокоенные отсутствием своей госпожи. Они отвели животное в конюшню и стали обсуждать план дальнейших действий по поиску Нейман, ведь за пределами усадьбы у неё были враги.
В это время у Артура вновь заработала рация: Том вызывал своего командира.
— Что случилось, Том? — спросил Артур.
— У меня небольшие проблемы, — ответил Том.