Голубая кровь (СИ)
И снова, будто прочтя мысли собеседницы, женщина ответила, печально улыбнувшись:
— Ты не права, Стелла, не доверяя мне. Я готова рассказать тебе всё, но есть две причины, не позволяющие мне открыть тебе всю истину. Первая причина в том, что ты иногда бредишь и при этом много говоришь. Сегодня ты всю ночь металась и говорила о планете Этос, какой-то пещере, светящихся знаках и многом другом.
Стелла почувствовала, что часть её тайны уже не принадлежит только ей.
— Но не бойся, — продолжала незнакомка, — тебя никто, кроме меня, не слышал. Я знаю, что у тебя в жизни было большое горе, оставившее глубокий след в твоей душе. Именно поэтому я не могу тебе ничего конкретного сказать, так как знание моей тайны может погубить тебя.
Стелла вздохнула и печально улыбнулась женщине, к которой испытывала всё более возрастающее доверие. Жизнь Стеллы скоро оборвётся, и потому сделать её на день длинней или короче уже ничего не значит.
— Нет, дитя моё, даже один день способен сыграть в судьбе человека огромную роль, — с уверенностью возразила женщина, в её больших глазах проснулась какая-то сила. — Когда-нибудь ты это поймешь.
— Что? — пролепетала изумлённая Стелла. — Вы читаете мои мысли?
— Сейчас — да. Мне известно твоё состояние, Стелла, и то, что ты близка к могиле. Я знаю о тебе много, очень много. Сейчас, глядя в твои глаза, я могу рассказать по минутам всю твою жизнь. Поверь мне, тайна пещеры, которую ты упрямо хочешь унести в могилу, не единственная, связанная с тобой, тайна. Но это не важно, пока не важно. Вторая причина, по которой я не могу сообщить тебе свою тайну, очень проста: у меня просто нет на это времени, так как в любую минуту сюда могут войти мои тюремщицы. Как жаль, что мы встретились так поздно и я не могу успеть тебе всего рассказать. Впрочем, сейчас не время для сожалений, я должна успеть сделать то, ради чего нас свела судьба. Ты веришь, что всё в этом мире имеет своё предназначение?
Немного подумав, Стелла ответила:
— Да.
— Это хорошо. Стелла, меня зовут Нера. Я обладаю даром видеть души людей, видеть их в физической оболочке. Кроме ясновидения, это мой основной дар, данный Богом. Но в тебе я вижу это тоже и, прежде всего, хочу пробудить в тебе способности видеть души людей, а значит знать саму суть человека, его чувства и мысли.
— Нет! — воскликнула Стелла и в волнении сделала несколько шагов по комнате. — Я скоро умру. Зачем мне это?
— Ты будешь жить, Стелла! Я это знаю. Моя жизнь превратилось в ад и висит на волоске, но у меня ещё хватит сил и веры вернуть тебя к жизни и пробудить в тебе внутреннее зрение. Подойди ко мне.
Нера подвела Стеллу к своей кровати и усадила на неё.
— Не бойся, больно тебе не будет, — заверила её Нера, взяв в свою левую руку холодные ладошки Стеллы, а правую положила ей на голову. — Теперь закрой глаза.
Стелла покорно подчинилась. Нера произнесла несколько слов на незнакомой Стелле языке, и девушка увидела перед глазами цветные круги и услышала звон, словно разбилось стекло. На краткий миг она будто провалилась в пропасть, что-то кардинально изменилось и в ней, и вокруг. Пережив легкий шок и незнакомые ощущения, она вернулась в реальность, а потом осторожно из-под ресниц взглянула на Неру. Она ожидала нечто большего. Впрочем, кое-что действительно изменилось, что-то разбилось в её душе и обрело свободу. После длительного пребывания в саду ещё остались усталость и лёгкое головокружение, но каким-то неведомым и необъяснимым чувством Стелла ощутила, что оковы, много лет тянувшие её в могилу, исчезли. Они внезапно оборвались, как истлевшая нить.
Нера ласково улыбнулась и, сняв со своей шеи овальный медальон на золотой цепочке, надела его на Стеллу.
— Ну, вот и всё, малышка, — сказала Нера. — Самое главное сделано, и теперь я спокойна. А сейчас продолжим учение, ведь у нас мало времени. Хочешь увидеть свою душу? Вижу по глазам, что хочешь. Подойди к зеркалу, Стелла, закрой глаза, сосредоточься и медленно посчитай до трёх. Потом открой глаза и увидишь своё внутреннее «я». Ты увидишь своё нынешнее состояние души и сердца. Со временем тебе не нужно будет делать этих приготовлений, и ты будешь легко переходить к своему внутреннему зрению. Но сейчас сделай, как я сказала.
Стелла послушно подошла к одному большому зеркалу возле двери и закрыла глаза, с верой в то, что у неё всё получится. Когда она их открыла и посмотрела в зеркало, то с ужасом отшатнулась назад. Отражение — даже не пошевелилось.
В зеркале отражалась сама Стелла, но на ней было длинное и белое, как снег, необычайно красивое платье. Тёмно-русые волосы пускались ниже колен, а лицо оставалось бледным. Возле левого виска на её голове виднелась большая рана, из которой текла кровь. Эта кровь ручейками стекала по её щеке, волосам и платью.
Стелла в ужасе закрыла лицо руками. Она не думала, что её внутреннему взору предстанет нечто подобное. Когда она вновь отважилась открыть глаза, видение исчезло, а в зеркале отражалась просто она сама, бледная и перепуганная. К ней подошла Нера.
— Твоя душа истекает кровью, — сказала она, — потому, что ты была близка к смерти, которой давно перестала сопротивляться. Незаживающая рана в твоей душе ещё и в том, что ты считаешь себя виноватой в гибели отца. И карой для себя ты избрала свою покорность смерти. Да, вам не стоило идти в ту пещеру, но прошлого не изменить, а потому перестань терзать себя.
— Что вы знаете о той проклятой пещере? — с затаённой болью спросила Стелла. — Что за зло там таится?
— Нет, Стелла, не всё сразу, — покачала головой Нера.
— Но почему?
— Всему своё время, не надо торопить судьбу. Самое большое твоё несчастье — непомерное любопытство, которое до того сильно, что зачастую убивает в тебе самое элементарное чувство самосохранения. Один раз оно уже привело к трагедии. Будь осторожна, Стелла, в твоей душе и так будет ещё много ран, а потому постарайся не сломаться на своём пути к истине. Теперь ты будешь жить и, если ты посмотришь на своё внутреннее «я» через несколько дней, ты больше не увидишь крови. А чтобы видеть души других людей, тебе не понадобится зеркало. Будет достаточно, если ты просто посмотришь на них.
— Вы просили помощи. Что я могу сделать для вас?
— Найди мою семью. Ты свободна в своих поступках и потому можешь в любое время уйти отсюда. В отличие от меня, ты не узница и за тобой не следят. Медальон, который я надела на тебя, поможет тебе связаться с моей семьёй. Вернее, он будет опознавательным знаком.
Нера вдруг вздрогнула и прислушалась, а затем обратилась к Стелле:
— Мои тюремщицы возвращаются, но они не должны видеть нас вместе. Спрячься, Стелла. А ещё лучше выйди в коридор и скройся на несколько минут там. У тебя хватит времени. Быстрее!
Сказав это, Нера бросилась к своей кровати и притворилась спящей.
Стелла подбежала к двери, но, бросив взгляд в зеркало, заметила, что на ней до сих пор медальон Неры, который никто не должен видеть. Он был массивный и весьма заметный, а у Стеллы на одежде не имелось карманов. Поэтому она вернулась к кровати. Сняв медальон, Стелла сунула его под подушку и помчалась назад к двери. Но, коснувшись пальцами дверной ручки, она отчётливо услышала голоса приближавшихся женщин. Выйти сейчас в коридор, значит с головой выдать себя. Стеллу охватила паника, и она бросилась туда, куда несли её ноги — на балкон. Оказавшись там, она, как перепуганный зверёк, забилась за большой вазон, в котором росло пышное растение, привезённое с далёкой планеты.
Однако, на этом страхи Стеллы не кончились: через минуту обе женщины вышли на балкон.
Сердце Стеллы ушло в пятки.
Женщины сели в кресла возле столика. У худой лицо выражало ярость, у толстой — вину.
— Как ты могла оставить её одну? — со злостью прошипела худая, указывая на палату. — Она могла пойти на контакт и выдать нас. А если её семья доберётся до нас, то нам не поздоровится!
— Но мы же её только стережём, мы её даже не похищали и не знаем кто она на самом деле.