Голубая кровь (СИ)

— Я не советую тебе идти против власти Аулента, а император здесь царь и бог, — безнадёжно покачала головой Нейман.
— Возможно, но только на Земле с некоторых пор Викулом I не слишком-то довольны, — возразила Стелла, как бы, между прочим. — Особенно после докладов Группы Риска-III, посланных с Теры.
— И что это значит? — поинтересовалась Нейман, её заинтересовало, что могла сообщить ЦМБ недоверчивая ко всем Группа Риска.
— Я не могу говорить об этом. Но могу заверить тебя, что не только ты недовольна нынешней властью в Ауленте. Викул стал императором по назначению правительства Объединения Планет Млечного Пути. Он же может быть лишён всех своих прав этим же правительством, если его правление не будет удовлетворять жителей Теры. А к этому, похоже, всё и идёт.
Эта новость вызвала в глазах Нейман огонёк злорадства. Стелла догадалась, что Нейман, после всего, что ей довелось пережить и претерпеть от законов Аулента, не упустит шанса в свою очередь побольнее ударить тех, кто сейчас старается уничтожить её. Снисходительности от последней Эриндо никто из её недругов не дождётся. Она сполна отплатит за всё, и не станет лицемерить, изображая сострадание к тем, кто в эти дни не захотел даже понять её.
— Ты ищешь правду, Стелла, но дорога к ней опасна, — предупредила Нейман, и то, каким тоном это было произнесено, заставило Стеллу похолодеть. — Ты взялась за опасное дело. А на этой тропе уже споткнулись многие, более сильные люди, чем ты.
Сверхисследовательница посмотрела на Нейман и ответила:
— Нейман, я не сама прилетела на Теру. Меня послал Центр Межпланетной Безопасности. Ты знаешь, что это такое? Центр наделили меня полномочиями самой принимать решения и действовать от имени закона Объединения Планет Млечного Пути. Поэтому я могу приказать кому угодно, даже императору. Но я должна действовать тайно, а не так открыто, как Группа Риска, которая, кстати, с каждым днём всё больше наживает себе неприятностей. Я же не могу пока говорить о своей миссии. Об этом в Ауленте сейчас не знает никто. Пусть все считают меня взбалмошным ребёнком, но в нужный момент я смогу показать когти. Так или иначе, но я наведу здесь порядок и восстановлю справедливость.
— Ты не сможешь в одиночку со всем справиться, — возразила Нейман.
— Я не одна.
Эти тихие слова, произнесённые, тем не менее, многозначительным и уверенным голосом, заставили терианку посмотреть на Стеллу, как на союзницу. Услышав о её власти над Аулентом, Нейман задумалась и посмотрела на лампу под абажуром, стоявшую на столе.
Стелла молча ждала, что скажет Нейман, которая, явно, принимала какое-то важное решение. А заодно незаметно разглядывала и изучала последнюю Эриндо. Вдруг Стелла обратила внимание на то, что рука девушки почти не отличается от белой полировки стола. Кожа Нейман на фоне чёрных платья и волос казалась светлой, почти как снег, без малейшего оттенка загара. Но её лицо, как и у всех териан, не было просто белым и бесцветным, хоть они и не пользовались косметикой.
Следующая мысль, пришедшая к Стелле как озарение, была неожиданно высказана вслух:
— Нейман, у тебя голубая кровь?
Нейман оторвалась от своих мыслей и посмотрела на Стеллу глазами человека, которому больше нечего терять. У неё был такой потерянный взгляд, что слов не понадобилось, чтобы подтвердить эту истину.
— Да, у меня голубая кровь, я терианка, — тихо, но с достоинством ответила Нейман, глядя в глаза собеседницы.
Стелла почувствовала себя так, будто перед нею неожиданно воскрес персонаж из древнего, почти забытого мифа. Териане и правда становились уже скорее мифом, ведь их осталось так мало. Для сверхисследовательницы было подарком судьбы встретить терианку, а тем более дружески к ней настроенную. Она смотрела на неё с восхищением.
— Об этом, как я понимаю, никто не знает, — Стелла невольно подалась вперед, словно лучше желая разглядеть собеседницу, казалось, ей хочется прикоснуться к той хоть пальцем, чтобы удостовериться, что та реальна.
— Разумеется, — снисходительно улыбнулась Нейман, — а иначе меня уж точно не было бы в живых. Истину знают единицы и, к моему счастью, пока молчат об этом.
 
Стелла ощутила исходящую от терианки силу. Они были ровесницами, но благодаря чему-то неуловимому в том, как держалась Нейман, она казалась немного старше и мудрей Стеллы. Сверхисследовательница с первой минуты их знакомства испытывала к ней почтение, какое испытывает маленький львёнок перед взрослым львом.
— Я ничего никому не скажу. Териан и так осталось мало. Я не предам тебя, — пообещала Стелла скорее самой себе, чем Нейман.
— Спасибо, Стелла.
— Но я ведь ничего для тебя не сделала.
— Ты ещё сделаешь.
— Что?
— Не важно, — уклончиво ответила Нейман, и Стелла вновь невольно подумала, что та умолкла на полуслове, чего-то недоговорив.
Нейман принесла три книги и положила их перед Стеллой.
— Это кроткое изложение терианской истории последнего века, перед приходом землян, а также кое-что о науке и религии, — пояснила она. — Тут есть карты расположения терианских городов, но только до ближайших из них как минимум неделя пути, если ехать верхом. Эти книги единственные, которые можно прочесть, так как их написали земляне, прибывшие сюда и успевшие это узнать до того, как териане перестали доверять пришельцам. У меня есть ещё небольшая библиотека, но все те рукописи, которые собрала графиня Ронда де Эриндо, написаны на терианском языке, а он весьма тяжёл в изучении и к тому же давно забыт.
— Я хочу посмотреть те книги. Можно? — попросила Стелла.
— Конечно, но только вряд ли тебе это поможет. Ты ничего не поймёшь и зря потеряешь время. Идём, я покажу тебе их, — Нейман встала и позвала Стеллу за собой. — Я храню их в тайнике, чтобы держать подальше от посторонних глаз и любопытства слуг.
Тибо поднялся и с недовольным видом последовал за хозяйкой. Ему всё это не нравилось.
Нейман пошла в противоположную от стены сторону и откинула конец толстого ковра на полу. Сделав это, она звонко щёлкнула пальцами — и в полу медленно открылся потайной ход. Зияющая тёмная дыра была квадратной, почти два на два метра. Вниз вели мраморные ступени, по направлению к стене.
Тибо тихо урчал, и сверхисследовательница решила, что его лучше вниз не брать.
— Тибет, останься здесь, — приказала Стелла.
Это было произнесено непреклонным голосом, и к тому же Стелла употребила полное имя собаки, а потому пёс не посмел ослушаться.
Сверхисследовательнице не очень-то нравился тёмный ход, навевавший мысли о привидениях, но она шагнула вслед за Нейман, и обе исчезли во тьме.
Тибо остался в библиотеке, волнуясь за хозяйку.
— Я раньше ничего не знала об этом потайном ходе, — говорила Нейман, уверенно идя в кромешной темноте и держа Стеллу за руку, чтобы та не оступилась. — Но Изабелла перед отъездом показала мне его. Об этой тайне дворца, построенного терианами, знал один наш раб-терианин и он, умирая, рассказал о ходе моей приёмной маме. Она затем поведала этот секрет Изабелле. Вход в подземелье открывается на какой-либо звук, который можно менять, благодаря тому, что в сокровищнице есть что-то вроде компьютера. Эти ступени проходят от второго этажа, где расположена библиотека, через толщу стены до подземелья. Ну, вот мы и пришли.
Стелла почувствовала, как Нейман отпустила её руку и отошла в сторону, а через несколько секунд зажглась маленькая электрическая лампочка. После темноты даже такой неяркий свет резал глаза, но Стелла увидела, что находится в каменном помещении. Оно было не слишком просторным, зато сухим и довольно тёплым. Напротив лестницы стояли книжные полки, на которых размещалось около тридцати книг разной величины и толщины. Некоторые из них были очень старыми. Слева стояли старый стол и стул, а справа находилась дверь, вероятно, ведущая в сокровищницу.
— Вот те книги, что интересуют тебя, — сказала Нейман и, взяв наугад один большой увесистый том, подала его Стелле.