След Полония

— Впрочем, вам, я думаю, можно… — Мужчина подошел к стеллажу и решительно снял с него одну из множества сувенирных тарелочек, украшенных гербами университетов и студенческих ассоциаций. — Прошу… Извините, а как мне к вам все-таки обращаться? По званию? Или по должности?
— Называйте меня просто Джина. Джина Росса-но, если угодно…
— Очень приятно.
Оставалось только пожать плечами: имя как имя — ничем не хуже, но и не лучше любого другого, даже если оно и вымышленное. В качестве оперативного псевдонима звучит совсем неплохо…
— Вас что-то смущает?
— Пет, отчего же… Меня попросили вас прокон сультировать, я это сделаю.
Мужчина поставил на столик перед собеседницей нечто, отдаленно похожее на старомодную кассетную магнитолу, придавил пальцем клавишу, и на панели загорелось два крохотных огонька.
— Интересный у вас диктофон! Однако вы уверены, что следует записывать нашу беседу?
— А это и не диктофон вовсе. Это как раз наоборот — так называемый генератор «белого шума»… Очень полезный прибор — любые записывающие устройства, жучки, радиозакладки и прочую электронную гадость вырубает намертво! Радиус действия невелик, но ведь нам с вами много и не надо, верно? — Мужчина посмотрел на мигающие попеременно огоньки и убедился, что прибор находится в рабочем режиме. — Извините. Так теперь положено…
— Да, меня предупредили. Это из-за корейцев?
— Не только. Хотя их люди в последнее время тоже активизировались. Видите ли, некоторое время назад Иран сформировал сверхсекретную команду ядерных специалистов для внедрения их в структуры МАГАТЭ [2] в Вене… Этим ребятам поручено проникнуть в наш Отдел безопасности, чтобы получить информацию о работе международных инспекторов.
— Для чего?
— Конечно же, иранцы хотели бы скрыть самые проблемные участки своих ядерных разработок. А у нас, как известно, по-прежнему опасаются, что в Иране все-таки строят потихонечку атомную бомбу… Операцию по внедрению в МАГАТЭ возглавляет некто Хосейн Афариде, бывший председатель комиссии меджлиса по энергетике. Есть сведения, что он поддерживает тесные связи с министерством разведки и регулярно контактирует с командой иранских ядер-ных инженеров, направленных для работы в нашу венскую штаб-квартиру.
— И вы никак не можете ограничить их деятельность?
— Дело в том, что формально, являясь участником соглашения о нераспространении ядерного оружия, Иран имеет полный доступ в МАГАТЭ и может рассчитывать на помощь агентства в области ядер-ной программы.
— При условии, что она осуществляется исключительно в мирных целях?
— Да, конечно… Однако, например, некоторые мои коллеги считают, что Иран пользуется своим доступом в МАГАТЭ для того, чтобы шпионить за процедурой инспектирования и, таким образом, иметь возможность при международных проверках скрыть щекотливые моменты своих ядерных разработок от внешнего мира.
Мужчина в очках придвинул поближе к собеседнице тарелочку с гербом, чтобы ей было удобно стряхивать пепел:
— Пожалуйста, Джина… Итак, что же вас интересует?
— Полоний.
— Да? Странно… — удивился мужчина в очках.
— Отчего же?
— По классификации МАГАТЭ, на сегодняшний день изотопы полония отнесены к веществам, представляющим опасность в качестве оружия лишь с незначительной долей вероятности.
— Что это значит?
— Вы вообще-то представляете принцип действия атомной бомбы? Атомное оружие отличается от всех остальных видов вооружений тем, что в его состав входят радиоактивные вещества, которые при определенных обстоятельствах изменяются настолько быстро, что выделяют гигантские объемы света и тепла… то есть, проще говоря, происходит так называемый атомный взрыв. Чтобы такое устройство взорвалось, его радиоактивные компоненты — как правило, это изотопы урана-235 или плутония — должны присутствовать в достаточном количестве, называемом критической массой. Разумеется, точные чертежи и конструкцию атомного оружия держат в секрете. Однако известно, что любая атомная бомба состоит из двух отдельных контейнеров с радиоактивными материалами, которые соединяются перед взрывом механически, формируя критическую массу… — Рассказчик по привычке, выработанной годами преподавания, обернулся в поисках несуществующей доски и мела. — Черт! Простите… В общем, если коротко: атомные бомбы бывают нескольких типов. Действие одних основано на расщеплении, то есть на делении атомного ядра при цепной реакции. В этом процессе нестабильные атомы делятся и формируют меньшие, но более стабильные атомы. Это так называемая «классическая» атомная бомба. Другой тип — водородная бомба, она работает на синтезе, или слиянии ядер. Водородная бомба гораздо более мощная, чем та, которая основана на расщеплении, и, поскольку критическая масса не имеет в данном случае никакого значения, водородная бомба может быть гораздо меньше «классической»… Вполне возможно и создание взрывного устройства комбинированного типа.
 
— И что, значит, полоний для этого не подходит?
— Ну, я бы так не сказал, но… Давайте по порядку, если уж вы задали вопрос.
— Да, конечно.
— Тогда вам придется немного потерпеть. Начнем с того, что полоний — это металл легкоплавкий и сравнительно низкокипящий: температуры его плавления и кипения соответственно 254 и 962 градуса по Цельсию… Чистый полоний — металл серебристобелого цвета, он существует в двух модификациях. Кристаллы одной из них, низкотемпературной, имеют кубическую решетку, а другой, высокотемпературной, — ромбическую.
— Как он выглядит? Ну, на вид? — не удержалась от вопроса слушательница. — По внешнему виду, если именно это вас интересует, полоний похож на любой самый обыкновенный металл, вроде свинца или висмута… Однако я не советовал бы вам, Джина, заказывать из него украшения.
— Почему же? — улыбнулась женщина, называвшая себя сегодня Джиной.
— Сейчас попробую объяснить, — кивнул мужчина в очках. — Как известно, все радиоактивные элементы и изотопы объединяются в семейства: распадаясь, ядро радиоактивного атома превращается в атомное ядро другого, дочернего элемента. В природе все элементы радиоактивных семейств находятся в определенном равновесии друг с другом — например, в урановых рудах равновесное отношение урана к полонию составляет примерно два на десять в десятой степени… Это означает, что в урановых минералах полония почти в двадцать миллиардов раз меньше, чем урана! Получить его из руды действительно сложно, но есть другой путь — синтез. Сегодня полоний получают двумя способами, причем исходным сырьем в обоих случаях является висмут. В атомных реакторах его облучают потоками нейтронов, и тогда по сравнительно несложной цепочке ядерных превращений образуется самый любопытный из изотопов полония — полоний-210. А если тот же изотоп висмута поместить в другую важнейшую машину ядерного синтеза, в циклотрон, и там обстрелять потоками протонов, то образуется самый долгоживущий изотоп, полоний-209, с периодом полураспада в сто три года. Правда, с примесями свинца…
— А зачем он вообще нужен, этот полоний? — поинтересовалась Джина, доставая из пачки вторую сигарету.
— В каком смысле? — не понял ее собеседник. Потом сообразил: — А, вы имеете в виду техническое использование? Полоний-210 — чистый альфа-излучатель, испускаемые им частицы тормозятся в металле и, пробегая в нем всего несколько микрон, растрачивают при этом свою энергию. Энергия альфа-частиц полония превращается в тепло, которое можно использовать, скажем, для обогрева и которое не так уж сложно превратить в электричество. Эту энергию уже используют и на Земле, и в космосе, в энергетических установках некоторых искусственных спутников. У подобных источников излучения есть несколько очевидных преимуществ: во-первых, альфа-частица достаточно массивна и, следовательно, несет много энергии, а во-вторых, такие излучатели практически не требуют специальных мер защиты — проникающая способность и длина пробега альфа-частицы минимальны. Нет, конечно, для работы на космических станциях подходят и изотопы плутония, стронция, церия… Но у полония есть еще одно очень важное преимущество — самая высокая удельная мощность! Он выделяет так много тепловой энергии, что это тепло способно расплавить и сам образец. Чтобы этого не случилось, полоний помещают в свинцовую матрицу… Между прочим, полониевая печка обогревала когда-то знаменитый русский «Луноход-2». Представляете себе, что это такое?