Шанс для рода Шустовых. Том 3 (СИ)

Я подошел, к сумкам, создал что-то похожее на перемёт. Широкая плоская лента с завязками на концах. Затем подумал и заменил завязки на карабины. Какого черта мучиться с завязками, если давно придуманы устройства получше.
Зацепил один карабин за ручки сумки с платьем, а второй за сумку, где лежала сабля и наши сухие вещи. Добавил на него еще сумку с продуктами, прикинув, что вес таким образом будет лучше распределен. Попытался поднять получившуюся связку. С трудом, но мне это удалось.
Я доволок ее до тела Осколка и, крякнув от натуги, закинул перемёт ему на спину.
— Теперь еще и гужевым транспортом сделали, — недовольно бормотал змей.
Осталось снабдить Настю парашютом и можно отправляться.
Сосредоточившись, я создал два ранца. Себе тоже сделал на всякий случай. Объяснив Насте, что там к чему, чтобы не испугалась в случае опасности, я был готов отправиться в путь.
Помог Насте забраться на змея. Настала моя очередь.
Не успел я устроиться в седле, как в ночи послышался топот множества копыт. Где-то на краю сознания этот звук был уже довольно давно, но только сейчас я понял, что он означает. К нам приближался отряд конников.
  
Глава 10
 
Дожидаться невесть откуда взявшийся отряд всадников я не собирался. Может они тут и не по наши души, но рисковать не стоило.
— Давай, вперед! — крикнул я Осколку и тот взмыл в небо.
Настя сидела впереди меня, так чтобы я мог придерживать ее и постоянно видеть. Я почувствовал, как под моей рукой напряглись мышцы. Девушка буквально сжалась в комок от страха. Да, боязнь высоты бывает даже тогда, когда с этой высотой и не знаком вовсе.
— Тише, маленькая. Все будет хорошо, — шепнул я ей в ухо и покрепче обнял.
Девушка кивнула и чуть расслабилась.
Мимо со свистом что-то пролетело и ушло в небо черным росчерком на фоне предрассветного зарева. Кажется по нам стреляли из арбалетов. Я скорее на инстинктах, чем обдуманно накинул на всех нас защитный кокон.
Змей оказался вместе с нами окруженный тонкой пленкой щита.
— Убери быстро! — зарычал он. — Сейчас навернемся ведь!
Я мгновенно убрал кокон вокруг Осколка, но оставил его вокруг себя и Насти.
— Аэродинамика с ним никакая, — словно оправдываясь произнес змей. — Да и вы можете без него спокойно обойтись. Не переживай, сквозь меня болт не пройдет, а значит вы в безопасности.
Я слышал, как воздух рассекли еще несколько черных коротких стрел и не стал пока снимать щит, что бы там ни говорил Осколок.
Мы взлетели уже довольно высоко над деревьями, когда я понял, что болты нас уже не достанут. Избавившись от кокона, я вздохнул свободно.
Не знаю, кто там прискакал к месту крушения и зачем они принялись в нас стрелять, но они остались внизу. Теперь мы стали для них недосягаемы. И как бы там Настя не уверяла меня, что ее отец рассчитывает действия на несколько ходов вперед, такого поворота он ожидать не мог. Сомневаюсь, что он предположил бы наличие у нас воздушного транспорта.
Змей быстро набирал скорость, плавно скользя по воздуху. Было ощущение, что летишь на самолете, только гула моторов не слышно. Ну или на планере, с которым я его уже сравнивал. Да, пожалуй, именно такие ассоциации у меня и возникли. Не знаю, что чувствовала Настя, а я получал удовольствие.
Мы уходили на запад. За спиной вставал новый день. Если Осколок наберет достаточную скорость, мы прибудем в столицу раньше Корсакова, даже несмотря на все наши злоключения.
Настя, сидящая передо мной, вдруг отпустила рукоять седла и откинулась немного назад. Она уперлась в меня лопатками и раскинула руки в стороны.
— Я лечу! — воскликнула девушка.
Отлично! Она смогла справиться со своим страхом. Теперь я был спокоен. Удовольствие от полета действительно могло с лихвой компенсировать те переживания, что пришлось нам испытать за последнее время.
Змей заложил плавный вираж вправо, и Настя восторженно завизжала, словно ребенок первый раз, катающийся на карусели. Мне показалось что змей довольно заурчал. Видимо, ему и самому было приятно скользить по воздуху.
 
Я протянул руки и взял ладони девушки в свои. Раскинул руки. Настя навалилась на меня и положила голову мне на плечо.
— Я не могу поверить, что это происходит, — произнесла она довольно тихо, но я расслышал.
— Тебе придется, — усмехнулся я.
— Я тебе говорила, что никогда не жалела, о своем выборе?
— О каком?
— Я о тебе, глупый! — с притворным возмущением воскликнула Настя.
— Нет ты мне никогда об этом не говорила, — произнес я, как можно серьезней.
— Не может быть! Ты, видно, просто забыл.
— Возможно, — согласился я.
— Вот теперь ты знаешь. А ты?
Я? Конечно, я не жалел о выборе. Девушка была в моем вкусе во всех смыслах. И я сейчас не только о ее фигуре. Мне нравилось, как она себя ведет. Пусть и были небольшие капризы, но думаю это не страшно. Тем более сейчас она все реже и реже вела себя, как испорченная деньгами и положением девочка. Это ее превращение мне очень нравилось.
— Никогда не жалел, — произнес я, и почувствовал, как девушка прижалась ко мне сильнее.
Летели быстро. Я не слишком хорошо знал карту этой местности, но крупных городов по нашему маршруту встретиться не должно. Так, пара мелких деревень. А значит первый крупный и будет Москва.
Рассвело, и небо полностью разъяснилось. От ночного дождя остался только туман, поднимающийся с полей, выползающий из распадков и оврагов. Влага испарялась, и восходящие потоки нагретого воздуха несли ее с собой вверх.
Позднее лето — это почти ранняя осень. Листва уже окрашивается в нарядные цвета в ожидании череды деревенских праздников урожая.
Сверху было видно, что поля кое-где уже очистили, собрав то, что на них росло. Солому же сметали в огромные скирды, оставленные торчать на ровных пространствах одинокими кочками.
Осень вскоре вступит в свои права и примется поливать дождями, срывать листву с деревьев холодными ветрами, покрывать землю ползучими туманами.
Осень — это время подводить итоги. Цыплят по осени считают. Да, не напрасно.
Я не представлял сколько нам лететь, а спрашивать у змея не стал. Пусть будет сюрпризом. Устанем, значит спустимся на землю и отдохнем. А пока было время поразмышлять.
Настя успокоилась, выплеснув все эмоции в своих коротких восхищенных криках. Сейчас девушка просто сидела и во все глаза рассматривала проплывающие под нами поля и леса.
Чего я добился здесь с того момента, как очнулся заваленный ветками, готовый сгореть заживо? Восстал из мёртвых — это раз. Да, кто-то посчитал, что я погиб вместе со всеми Шустовыми. Хорошо, не со всеми, но с отцом и матерью. Что ж, он жестоко ошибся. Я не просто выжил, но и стал мстить. Надеюсь, он уже пожалел о своей задумке.
Я нашел людей, тех, кто остались преданы роду Шустовых. Нашел и смог защитить.
Встретил младшего брата. Отлично!
Нашел, увидел и победил Настю, хотя, мне кажется, девушка и сама была неравнодушна ко мне с нашей первой встречи. Тем лучше. Взаимность всегда выигрышней, чем односторонняя победа.
Что еще? Обзавелся друзьями. Теми, кто готов за меня драться и вытаскивать меня из передряг. Это очень важно.
Научился магии. Смог пройти посвящение и получить силы. Тоже замечательно. Скажем так, получил не просто одного духа-покровителя, а целых двух.
Вот вроде бы и все достижения. Не мало.
И вот сейчас получил приглашение явиться ко Двору. Тоже своего рода достижение. Правда почему-то я никак не мог отделаться от ощущения, что меня вызвали к директору школы. Будто я напроказничал, и меня станут отчитывать. Странное и забытое ощущение. Не знаю, соответствует ли оно истине, но посмотрим. Совсем скоро я смогу узнать так ли это.
Вот только вопрос, что же я такого сделал? Получил покровительство второго духа? Очень похоже. Ведь приказ пришел почти сразу после этого. Но если подумать, что-то тут не вяжется. Если накосячил я, то зачем вызывать всех остальных? Корсаков, Гончаров? Неужели из-за того, что они как-то связаны со мной? Не уверен. Больше похоже на то, что император созывает всех глав родов. Всех тех, кто имеет покровительство духов. Зачем? Расклад сил поменялся? Возможно. И что с того?