Миднайт Хилл

Они подошли к двери кабинета, которая вдруг резко распахнулась, ударив Мелиссу по лбу. За ней стоял злобный Ламмерт в целлофановом фартуке и резиновых перчатках, который при виде ребят тут же расплылся в улыбке.
– Этот червяк считает, что нужно держать дверь закрытой. А я считаю, что он может идти в жопу. Как только он до нее доходит, я открываю дверь обратно.
Мелисса хихикнула, потирая ушибленный лоб. Хьюго тоже улыбнулся. Все напряжение развеялось от беззаботной речи Ламмерта. Он говорил о запахе и о том, что парта не отмывается, что он рад прогулять все уроки, и о запахе. И о том, что сегодня соберут комиссию для его отчисления.
– Что? – ошарашенно перебила Мелисса. – Они даже не будут разбираться, кто это сделал?
– Не парься, – махнул рукой Ламмерт. – Сколько раз меня пугали этой комиссией. Все будет нормально.
В классе было холодно: окна открыты нараспашку. Несмотря на это, казалось, что если просидеть тут всю перемену, то форма насквозь пропитается запахом тухлятины. Мелисса лишь мельком взглянула на свою испорченную парту, с удовольствием согласившись пройтись до туалета, единственного места, куда Ламмерту можно было выйти.
По коридору шла Джули-Лу. Ее голос беззаботно журчал в уши Клэр, мягкие волосы покачивались за спиной. При виде Ламмерта она замерла и еле заметно сжалась. У юноши заходили желваки, а руки сжались в кулаки так, что костяшки побелели на и без того молочной коже.
Ламмерт сорвался с места. Хьюго дернулся вслед за ним.
– Я тебе шею сверну, сука! – проревел Ламмерт, замахнувшись на старосту.
Глаза Джули-Лу распахнулись, и она попятилась назад, сжав ручку сумки.
– Если свернешь, точно вылетишь из школы, – выпалила она, и голос сорвался. Заметив, что ее слова возымели эффект на Ламмерта, она выпрямилась и продолжила. – Будешь тупым и нищим. Не найдешь работу. И станешь обузой для своей семьи.
Ламмерт так и стоял с поднятой рукой. Он тяжело дышал, губы дергались, а зубы могли бы треснуть от напора друг на друга. С оглушительным рыком он ударил по воздуху и словно плюнул старосте в лицо: «Тварь!» От его движений Джули-Лу съежилась и прикрыла голову рукой. Поняв, что Ламмерт так и не ударил ее, она открыла глаза, выпрямилась, убрала волосы за уши и как-то нервно ухмыльнулась. Мелисса заметила, что руки у нее дрожали. Джули-Лу хотела что-то крикнуть в спину Ламмерту, но сжала губы и стремительно зашагала к туалету. Бетт не было поблизости, лишь Клэр, бесконечно испуганная, побежала вслед за подругой.
Джули-Лу вцепилась в раковину и смотрела на свое отражение. Испуганное лицо вперилось на нее из зеркала. Дыхание все еще было прерывистым, сердце колотилось. Клэр стояла рядом, не решаясь дотронуться до старосты.
– Джули, его обязательно сегодня отчислят. Ему уже давали последнее предупреждение, – пролепетала она.
– Да, и несколько раз, – прохрипела староста.
Из кабинки вышла Бетт. Она подошла помыть руки. Опасливо оглянулась, убедившись, что в туалете больше никого нет. Бетт улыбалась, глядя на Джули-Лу через зеркало.
– Это я, – гордо произнесла она.
Джули-Лу медленно перевела на нее взгляд. Дышать стало тяжело.
– Что – ты?
– Я подкинула этот пакет, – приняв остекленевший взгляд подруги за восхищение, Бетт увлеченно заговорила. – У меня был тако-о-й план! Я приехала рано утром. Говорила всем нашим, что занятия будут в другом кабинете, чтобы они не нашли этот пакет первыми. А в итоге нас и перевели в другой кабинет, так что никто ничего не понял! Еще так удачно совпало, что в пятницу они перестали общаться. Я как раз подумала, что это отличный мотив. Теперь де Лордеса вышвырнут отсюда, как мы всегда и мечтали! Джули, мы наконец-то сможем жить спокойно!
Звонкий хлопок оборвал ликование Бетт. Она схватилась за щеку. Джули-Лу грубо толкнула ее к стене. Клэр в панике закрыла дверь туалета, чтобы никто не мог зайти. Бетт вылупилась на старосту, зрачки недоумевающе дергались.
– Он утром чуть не сломал мне ребра, – процедила Джули-Лу. – Я, твою мать, думала, это сделал он! А это, сука, ты! Поэтому он так разозлился, – она закрыла ладонью лицо, массируя лоб. – Все в классе дрожало. Я чувствовала, что органы внутри меня сжимаются. Ребра гнулись. Я не могла дышать. А передо мной его глаза, и зрачки такие маленькие, – Джули-Лу наклонилась к лицу Бетт. – Он так кричал. Я думала, он меня убьет.
 
После небольшой паузы она добавила, нервно усмехнувшись:
– Если рассказывать такие истории Санлайт, она же меня за сумасшедшую примет.
Бетт и Клэр тревожно переглядывались. В туалете раздалось эхо от звонка на урок. Джули-Лу посмотрела на Бетт.
– Ты! – удар коленом в живот. – Виновата! – Джули-Лу толкнула девушку так, что та рухнула на холодную плитку, свернувшись калачиком. – Чтобы ты еще раз творила подобное без моего ведома! – она с размаха пнула подругу ногой, целясь в живот, но попала в локти, которые его прикрывали. – И я сама тебя убью.
После следующего урока Мелисса и Хьюго вновь пошли проведать Ламмерта. Разговор снова не заладился. Мелисса представляла, как Ламмерт беззаботно улыбнется при виде них и все негативное уйдет на задний план, а потом вспомнила, с какой яростью он набросился на Джули-Лу.
– Я немного побаиваюсь Ламмерта, – произнесла она, словно мысль, облеченная в слова, будет меньше ее тревожить.
– Он вспыльчивый, – отозвался Хьюго, – но не жестокий.
– Он бы не ударил Джули-Лу? – Мелисса приостановилась, чтобы заглянуть Хьюго в глаза, но волосы не дали ей прочитать эмоцию.
– Я… – Хьюго тоже остановился, – я не остановил его, чтобы проверить.
Медные волосы пылали в свете солнца. Мелисса сочла, что узнала что-то очень личное.
– Честно говоря, Роланд меня тоже пугает, – Мелисса засмеялась.
Хьюго недоуменно сдвинул брови, но затем улыбнулся от ее смеха и ямочек на щеках. Мелисса отошла с прохода к подоконнику, закинула на него сумку и запрыгнула сама. Она подтягивала гольфы, а Хьюго внимательно следил за ее пальцами с обшарпанным маникюром черного цвета.
– Почему ты засмеялась?
– Не знаю, – ответила она. – Показалось забавным, что я говорю это тебе. Типа: «Чувак, твои братья такие стремные», – она снова захохотала, болтая ногами. – Прости. Нет, на самом деле они классные. То есть, – Мелисса взглянула за плечо во двор, чтобы собраться с мыслями. По аллеям бродили ученики, как и всегда во время длинной перемены, – Ламмерт мило со мной общается, но я не чувствую себя в безопасности рядом с ним, когда вспоминаю, что он замахнулся на Джули-Лу.
– Ламм никогда не сделает тебе больно, – строго произнес Хьюго. Мелисса ему тут же поверила.
– А Роланд, он… Вообще не понимаю, как себя с ним вести.
– Я живу с ним уже семнадцать лет – и до сих пор не знаю этого.
Мелисса улыбнулась и перевела взгляд на Хьюго. Он тоже слегка улыбался, смотря на девушку исподлобья.
– Тебе тяжело с ними? – спросила Мелисса, но Хьюго лишь пожал плечами. – Я всегда мечтала о брате или сестре. Но моя мама – тоже единственный ребенок в семье, как и папа. Такова судьба, видимо.
– С ними нелегко, – после небольшой паузы сказал Хьюго. – Один как будто на вечных похоронах. В гробу его эмоции, кстати. Рол такой: «Надо, чтобы все было логично и практично». Любые чувства только мешают принятию логичных решений. А у второго шило в… ну… – рядом проходила миссис Плом, и Хьюго осекся, а Мелисса засмеялась. – Хлебом не корми, дай покричать или кому-нибудь вмазать. За ним все время нужно присматривать. В то же время он очень… сентиментальный. С этим тоже надо осторожнее.
Мелисса с нежностью слушала рассказ Хьюго. В этой школе кто-то впервые открылся ей, и это был парень, который почти всегда молчит.
– Ты любишь своих братьев, – утвердительно произнесла Мелисса. – Это очень круто, – она смотрела Хьюго в глаза. Жаль, что их цвет было не различить – тень от девушки и его собственных волос падала на лицо. – В общем, ты ручаешься, что твои братья меня не покалечат? – задорно спросила Мелисса, спрыгивая с окна.