Чужие маски (СИ)

— Лари! Живо!!! Помоги девчонкам!!!
Лари подскочила с места, подстегнутая повелительным окриком.
Лиля метнулась к валяющемуся телу.
Р-раз!
Осколки кувшина собраны и выброшены в окно.
Два — у наглеца обшарены карманы и вытащен кошелек. В нем, конечно, негусто, но пара золотых есть. Да и горсть серебра лишней не окажется, и медякам применение найдем.
Обшарить остальные карманы.... Так.
Платок с гербом, кусок хлеба, табакерка — явно дешевая, нож... пригодится, еще один нож...
Отлично!
Краем глаза Лиля заметила, как Лари утаскивает девочку в задние комнаты, женщина смотрит с надеждой...
Лиля махнула ей рукой, чтобы та успокоилась. Сейчас разрулим ситуацию, нет проблем!
Теперь кувшин с водой.
368
368
369
369
Долго звать не пришлось, сражники прибежали, словно уже сюда и шли. Может, так и было.
Глядишь, кто-то из подмастерьев оказался поприличнее, и послал сюда людей, чтобы не допустить смертоубийства?
Четверо стражников ввалились в трактир — и застыли на месте.
Ни драки, не потасовки, ни убийства, сидит мужчина в луже, морщится, за голову держится...
Лиля к стражникам и вообще кинулась, как к родным.
— Господа!!! Господи!! Альдонай милосердный!!! Как же вы вовремя!!!
Тараторила она так быстро, что половину слов просто проглатывала.
Ну и ладно! Стражников ей жалко не было — пока не за что их жалеть.— Господа! Это такой ужас! Просто ТАКОЙ УЖАС!!! Он сидел! А потом как вскочит! Как закричит!!!
— Кто? — перебил один из стражников.
Грубый, черствый человек.
Лиля посмотрела на него с укором.
— Так я же и говорю, разве я непонятно говорю? Я же все понятно объясняю, сидит господин, кушает! Такой важный господин, красивый господин, сразу видно, что благородный господин. А потом как вскочит! Да как закричит!
У стражника, судя по его виду, разом заболели все зубы. Ничего, Лиля ему еще и геморрой обеспечит. Факт.
Стоит при входе, словно ее и ждал. Окатить негодяя — и на улицу.
- СТРААААААЖААААААА!!!
Стоит при входе, словно ее и ждал. Окатить негодяя — и на улицу.
- СТРААААААЖААААААА!!!
— А потом как свалится! Наверное, его от жары удар хватил! Или не от жары, а от холода, но удар же такая сложная штука, может, кого угодно хватить, тут достаточно не; большого полнокровия, вот моей тетке докторус велел от полнокровия пиявками лечиться, так она месяц в озере сидела, а господин за столом сидел, а надо бы пиявками тоже....
— КАКИМИ ПИЯВКАМИ!? - взревел доведенный до психоза стражник.
— Так маленькими такими, черненькими, полезными до ужаса, хотя они и есть самый настоящий ужас, так выглядят, даже смотреть страшно, их Мальдоная создала, наверное, на погибель человеческую, но если ими лечат, то наверное, Альдонай, но как он мог создать такую пакость...
-ЦЫЦ!!!
Лиля посмотрела с искренним возмущением.
— Вы почему на меня цыкаете, я же вам помочь хочу, вот так всегда ты для людей как лучше хочешь, стараешься, упираешься, воздаешь настроение, а они тебя грязной тряпкой да в харю тычут, а ты до ночи не спишь, днем глаз не смыкаешь, все думаешь, чем и как угодить...
Перед носом ее сиятельства красноречиво появился кулак стражника.
Лиля всхлипнула, размазала крокодилову слезинку и замолкла. Со злорадством отметив, что пострадавшему гаду от ее треска стало еще хуже.
А поделом!
Стража кое-как придала невезучему мужчине сидячее положение и принялась расспрашивать.
Бесполезно.
Лиля хорошо его приложила.
Ничего он не помнил, только что орал на женщину — и вот уже темнота.
За что орал?Да кормят здесь всякой гадостью, тухлятину подают.... Ужас!
Лиля внимательно наблюдала за мужчиной, за стражниками...
Не верят?
Нет, не верят, но и спорить с благородным не будут. Мрачно кивают... Лиля поманила одного из них пальцем, самого старшего. Встала так, чтобы пострадавший ее не видел и поманила.
— Чего тебе?
— У меня мать травницей была.
— И чего?
— Удар у него, точно.
— Чего?
Того!
Дубина! Охранная!
— Удар, говорю, пояснила Лиля. — Кровь в голову бросилась, вот он и сознание потерял, и об стол навернулся башкой-то... А если нервничать будет, так и вовсе может не дожить до старости. Видите, какой он красный, им лицо такое... полнокровное. Ему бы пиявок посадить, чтобы дурную кровь вытянули, травок попить... может, и встречали такое? Кровь к голове приливает, к сердцу, и помирает человек — жалко.
 
-Хм?
Лицо стражника на глазах светлело. Оно и понятно — кому ж хочется связываться? А тут все ясно, все просто...
Удар?
А и правда, такое бывает. Что инфаркт, что инсульт — не редкость, только кличут их одним и тем же словом — удар. Чем-то оно похоже.
— Вы при этом были?
— А то как же, — Лиля затараторила вновь, но стражник ее уже не слушал. Вместо этого он подошел к старше-му в патруле (старший выделялся наличием кожаного колета и нашивки на груди — белого цвета) и принялся шептать тому на ухо.
Лицо старшего тоже прояснилось.
Не прошло и пяти минут, как был вынесен вердикт.
На сегодня таверна — закрыта.
Господина стража сейчас со всем почетом сопроводит к лекарю, все ж удар — дело серьезное. Да господин еще и головой ударился, когда падал... только к лекарю! Помрет еще не ровен час!
Всем остальным — спасибо, все свободны.
И ушли, забирая с собой аристократа.
* ❖ ❖
Лари выбралась с девочкой из задних комнат.
Женщина, которая ползала на коленях перед негодяем, подошла к Лилиан.
— Спасибо вам, госпожа.
— Я не из благородных.
Ответом Лиле был недоверчивый взгляд.
Да что ж такое? Почему ей никто не верит-то?! Опять нищенкой нарядиться — или в ханганские тряпки замотаться? Там вообще лица не видно, одни глаза — и подошвы, хоть ты королевой будь, тебя не опознают.
— Я. Не. Из. Благородных, — с расстановочкой повторила Лиля.
— Конечно-конечно... благодарю вас, госпожа.
— Мам, — девочка прижалась покрепче к женщине, обхватила ее руками за талию. — А дядя совсем ушел?
Лиля решительно кивнула.
— Совсем. А если придет — я его еще раз стукну.
— Правда?
— Обещаю, — серьезно сказала Лиля.
Она разглядывала и девочку, и женщину.Обе — не слишком высокие, русоволосые, круглолицые и сероглазые,
У женщины маленький упрямый подбородок, у девочки густые темные бровки и реснички. Красиво...
Женщина более тонкокостная, а вот малышка обещает вырасти статной. Чем-то похожей на саму Лилиан Иртон.
— Мое имя Аля, — сказала Лиля. — А вы?
— Марион Сали. И моя дочь — Фиона Сали.
Лиля огляделась вкруг.
М-да.
И кувшин она об голову недоумка разбила, и водой все залила...
— Марион, где у вас ведра, тряпки....
— Госпожа?
— Аля. А это моя подруга — Лари. Предлагаю начать знакомство с уборки.
Взгляд женщины стал уж вовсе недоверчивым. А вот Фиона сомнений не испытывала. Она весело ринулась в угол, выволокла оттуда ведро, выволокла из него тряпки...
Лиля почувствовала, как превентивно заныла поясница.
Так...
Знаете, господа и дамы, что надо изобрести в ближайшее время?
Нет?
Швабру!!!
# #
Уборка заняла два часа. Для трех женщин-то?
Но заодно вымыли окна, отскребли в шесть рук все столы, смахнули паутину и пыль, вымели старый тростник с пола, и щедро полили пол кипятком — аналог мытья полов. Заодно и пару сотен тараканов изничтожили...
А там и разговорились.Какова судьба женщины в мире мужчин?
Весьма и весьма незавидна.
Женщина может прилепиться к мужу и в его тени хоть
• королевством править, но останься она одна...
Сама по себе...
И — увы.
Так и произошло с Марион.
Родилась девочка в семье лавочника, вышла замуж за трактирщика — дело житейское. Потом милый решил переехать в Берму. Семью взял с собой.