Мой прекрасный враг (СИ)

– Значит, только летом? А чем зима плоха? – не унималась я.
– Ты еще слишком маленькая для таких подробностей. И вообще, прекращай, а то я тебя вон, в сугроб кину.
– Что? – остановившись, я вырвала руку из кармана Макса, разглядывая его с недоумением. Нет, меня не очередные намеки поразили, а угрозы с сугробом.
– Обиделась?
– Такие заявочки со мной не пройдут! – строго заявила, разворачиваясь на пятках. Снежинки продолжали падать, скатываясь по моим волосам, делая их влажными. И пусть я была в шапке, нижняя часть прядей оставалась открытой.
Остановившись напротив бордюра, я наклонилась и взяла в ладонь охапку снега. Он был слишком пушистый, и снежок лепился с большой неохотой.
– Да ладно, Королёва. Ты серьезно? – с усмешкой прикрикнул Макс. Как следует укомплектовав снаряд, я повернулась и зарядила им по направлению в Ледовского. Он даже изворачиваться не стал, получив по плечу.
– Полина, ты же проиграешь, – сказал Максим, стряхивая с себя остатки снега.
– Ошибаешься, – самоуверенно заявила я.
– Хорошо, но если выиграю – я тебя поцелую. Имей в виду!
И не успела я переваривать полученную информацию, как Ледовский уже держал в ладонях охапку снега, сокращая между нами расстояние. Он взмахнул рукой, но я вовремя отпрыгнула и даже показала язык.
– Промазал, – засмеялась, набирая снег в ладонь.
– Еще не ночь, детка! Молись! – теперь и Ледовский лепил снежок. Я кинула свой снаряд, но в этот раз промахнулась, зато получила по руке ответочку. Снег россыпью скатился вдоль локтя, падая на землю.
– Ты ответишь за это!
– Да ты что говоришь, моя ненаглядная.
– Получи! – крикнула я, попадая по спине Максу снежком. Он быстро развернулся и кинул в меня снежный снаряд, сокращая и без того маленькое расстояние между нами. Снег рассыпался по моей ноге, и я захотела поскорей набрать проигранные очки. Помчалась к небольшому сугробу, и только начала подготовку, как Ледовский резко дернул меня за руку: мокрая атака очутилась прямо под курткой в зоне шеи.
– А-а-а! – визгнув от неожиданной влаги под одеждой, я кинула ответку, которую даже не слепила. Снег попал прямо в лицо Максу, и мы оба засмеялись, словно неугомонные дети.
– Выкуси!
– Сейчас я тебе выкушу! – пригрозил он, и я зачем-то попятилась, позабыв, что за спиной тот самый сугроб. В какой-то момент поскользнулась и уж не знаю, как так получилось, но я ухватилась за Максима, потянув его за собой в снег.
Мы оба потеряли равновесие, падая вниз, на холодную снежную кучу. А когда я открыла глаза, у меня чуть не остановилось сердце. Клянусь, я перестала слышать его удары, что так ярко звучали несколько часов назад. Макс лежал на мне, его лицо было настолько близко, что я запросто могла разглядеть даже маленькую родинку, которая пряталась в области правой брови.
– Ты проиграла, Полина, – прошептала он, щекоча дыханием мои губы.
– Будешь мстить? – я ощущала, как его рука проскользнула под мою спину, словно придвигая ближе, будто бы мы, итак, находились не в запредельной близости.
– Ну я же плохой мальчик, – сказал Максим, затем поддался вперед и вдруг поцеловал меня. Это был другой поцелуй, не похожий на наш первый. Более чувственный, нежный, а позже жадный. Казалось, мы теряем остатки кислорода, казалось, вдыхаем звездную пыль, что оседала в легких и сводила разум с ума. Я и не думала, что целоваться можно до исступления, до стонов, которые срывались с губ, до дикого желания никогда не разрывать этот поцелуй.
Снег продолжать падать, ветер задувал под одежду, но я ни о чем не думала, кроме как о Максиме и наших сердцах, бьющихся в унисон. Я словно упала в пушистое зимнее облако, раскрыла крылья и вкусила свободу.
Его губы с каждой минутой становились более требовательными, а я, окончательно осмелев, начала заигрывать в этих ласках, перенимая инициативу на себя. Иногда прикусывала кончик нижней губы Максима, иногда неумело касалась его языка, чувствуя, как вибрирует тело и оголяется каждая клетка.
– Что ты делаешь со мной? – прошептал Ледовский, с трудом отдаляясь от меня. Взгляд его был каким-то расфокусированным, словно опьяненным. Я отчего-то смутилась, густо покраснев.
 
– А что я делаю?
– Используешь запрещенные приемы.
  
Глава 31
 
Максим 
Пока мы ехали домой, мокрые после детских забав, я продолжал ловить себя на мысли, что давно не испытывал такой легкости рядом с девушкой. Это было больше, чем банальное желание затащить ее в койку. Мне нравилось болтать с Полиной, смотреть, как она смеется, забавно краснеет и даже устраивает эти игры, словно маленький ребенок. Я и сам себя вдруг ощутил мальчишкой, который сбежал с уроков, чтобы подловить девчонку, что давно нравится.
Полина однозначно отличалась от всех моих бывших. Зря я сомневался в продолжении наших непонятных отношений. Хотя, после того поцелуя, во мне зарылись сомнения, и даже больше – ревность. Я прекрасно осознавал – Королёва нуждается в серьезном парне, который будет мечтать с ней о совместном будущем, сидя на диване и уплетая ее вкусные бутерброды.
Но я сам толком не понимал, что будет в моем так называемом будущем, что хотел от него, если не считать работы на фирме у отца. В остальном моя жизнь напоминала прогулку по лесу, где никогда не знаешь, куда выведет тебя та или иная тропа. Однако, несмотря на это, мне до чертиков хотелось попробовать быть рядом с Полиной, узнать, какого это, когда такая девушка дарит тебе свою любовь.
Припарковавшись, мы вышли из машины, и я поспешил взять Королёву за руку, тайком поглядывая на ее мокрые волосы и влажное пальто.
– Надо срочно греться, – скомандовал я, пока мы поднимались по лестнице в подъезде.
– И пить горячий чай.
– Хочешь, пойдем ко мне? – предложил, сам от себя не ожидая.
– Кстати о тебе, – Полина остановилась, буквально не доходя одну ступеньку до пролета второго этажа. И посмотрела так пронзительно, словно я успел накосячить.
– Что не так?
– В этой квартире жила девушка, – начала она, отводя взгляд в сторону. – Когда я убиралась, наткнулась на ее вещи. Твоя подружка?
– Ревнуешь? – не знаю почему, но во мне вдруг проснулась такая игривость, что я двинулся к Полине, притянул ее себе, обнимая. От девчонки исходила морозная свежесть, и эта прохлада достигала моих губ, которые уже успели соскучиться по поцелуям.
– Нет, – вполне серьезно ответила она, смотря уверенным взглядом на меня сверху вниз. – Просто надо понимать… все обстоятельства. У меня вообще-то есть принципы.
– Это моя тетя, – поспешил я заверить, дабы она не насочиняла ерунды в своей блондинистой голове. – Я абсолютно свободный парень.
– Тетя? Понятно, крутая у тебя тетя.
– А то, она по папиной линии. Его родная сестра. Как вернется, мне придется съехать.
– Где она сейчас?
– В Дубай уехала. Так что, пошли ко мне? – я отпустил Полину, в надежде потянуть за собой, однако она вырвала руку и буквально в долю секунды вскочила по ступенькам, в сторону третьего этажа.
– В другой раз, свободный парень.
– В смысле? – я выгнул бровь, не особо догоняя, почему она отказывается. Мы так страстно целовались, уверен, будь ситуация в другом месте, все бы закончилось иначе.
– Свободная девушка идет греться к себе домой. Увидимся, – Полина послала мне воздушный поцелуй и шмыгнула на этаж выше, а затем хлопнула дверь. Я же еще почти минут пять простоял в легком ступоре, задаваясь вопросом: то ли меня немного продинамили, то ли на что-то намекнули, чего я не понял.
Ладно, это было немного обидно. Словно мое самолюбие задели. Хотя, собственно, чего я ожидал от Королёвой? С другой стороны, так даже круче и интересней. Однозначно, с Полиной много чего может быть круче, я это понял, когда мы сегодня целовались. Давно у меня не сносило так крышу, что хотелось еще и еще, и желательно без остановки.
Закрыв за собой дверь и скинув одежду, я сходил в душ, радуясь теплым струям воды, которые стекали по телу. Закрыл глаза, и сразу почему-то в мыслях возникла улыбка Королёвой, ее звонкий смех и дерзкий голос. Не припомню за собой подобной физической слабости. Что эта блонда делает со мной?!