Червячная передача (СИ)
И после попытки «подсесть зайцем» в исчезающий в окне плазмоид, у меня это, на удивление, получилось. Правда, было ощущение «многомерного напряжения», очевидно, я играл вероятностями, чтобы совершить это противоправное деяние.
А вот местность, окружающая меня, ожидаемо поменялась. Плазмоид, который, как я и ожидал, оказался чем-то вроде шаровой молнии, пребывал в непроглядной в трехмерье хмари — очевидно, облаке — причем, судя по пробегающим разрядом — грозовом.
Вполне обоснованно и соответствует ряду теорий о шаровых молниях, отметил я. Мой плазмоид, ставший точкой привязки к трехмерью, меня игнорировал. Совершил несколько круговых облётов, все более увеличивающихся, и целенаправленно двинулся по прямой. Довольно быстро, судя по тому, как пролетали мимо нас капли дождя. И планета землеподобная, с облегчением подумал я. Насколько — пока не ясно, но штормовое море внизу есть. Будем надеяться — обитаемая. В смысле с жизнью, с разумной, а уж если с человеческой — совсем шикарно, раскатал я отсутствующие губы.
И буквально через пару минут я был обрадован — из-за завесы дождя появился очевидный берег, с вполне земной, хоть и тропической растительностью. А вот цель движения плазмоида меня всё более напрягала. Он уверенно сближался с антропоморфной фигуркой, перемещающейся по волнующемуся морю на чем-то типа гидроскутера. То, что тут есть люди — это прекрасно, но вот намерения плазмоида меня напрягали. Так что для начала попробовал я поиграть с его вероятностями. Но всякие баги и сбои в плазменной структуре лишь замедлили моего «коня». Фигурка успела выбраться на берег, и в этот момент плазмоид с ней соприкоснулся, вызвав вспышку и паразитные электрические разряды. Парень (а вспышка позволила идентифицировать фигурку) отлетел, скорчился, но явно выжил, скребя мокрый песок скрюченными пальцами.
Однако, гадкий плазмоид, явно заходил «на второй заход», так что я стал «играть вероятностями» с максимально доступной мне силой и даже сверх того. Что, признаться, пареньку не сильно помогло — шар взорвался, но сетка разрядов попала и в паренька, явно его добив.
А вот мне, очевидно, повезло — точка моей локализации оказалась в разряде, бьющем в тело, и я… оказался локализован в нем. Однако, тело умирало, это я очевидно чувствовал. Попытки играть с вероятностями — через «не могу» — результата не дали. Парень, похоже, умер. Четырехмерная часть его отделилась, осталось тело. В котором, пригляделся я, творятся какие-то невнятные многомерные копошения, но уже затихающие.
Так, парень умер. В чем-то, возможно, по моей вине, но не думаю что плазмоид собирался одарить его добром и благом. Да и, в любом случае, пусть некоторая вина присутствует, я хотел его спасти. Не вышло, факт.
Но оставлять потенциально живое тело в моем положении — просто глупость. Да и не оживет он сам, так что будем пробовать что-то сделать. И начал я пробовать «подключиться» к телу, реанимировать его. Выходило с трудом, игра с вероятностями начинала причинять явно ощущаемую, пусть и фантомную, сильную боль.
Однако, тело умирать перестало, странное многомерное копошение возобновилось, а я… Моргнул глазами, со стоящей перед ними пеленой, почувствовал боль телом (в довесок к боли «многомерной» был просто дивный букет) и потерял сознание.
Очнулся я в каком-то помещении госпитального типа, с несколько поутихшей болью в многомерье, но пульсирующей в теле — ожоги, как от плазмы, так и электроразрядов, да и пусть кратковременная, но смерть, сказались. А еще, не факт, что я «прирос» как надо, с иронией подумал я, входя в медитацию многомерщика.
И стал со своим новым пристанищем знакомиться. Во-первых, внешность: парень, лет пятнадцати-семнадцати, хорошо сложенный. Явно не пренебрегал физическими тренировками. Явный квартерон с какой-то негроидной расой — чуть курносый и широкий нос, излишне полные губы и смуглая, явно не только от загара, кожа. При этом, серые, почти бесцветные глаза и золотистый блондин, с кудрявыми (хоть и неровно обрезанными и подпаленными) волосами. Особенно сюрреалистично смотрелась на смуглой коже пробивающаяся щетина золотистого цвета.
Ну, внешне мне, в целом, нравится, спасибо, парень, удачного тебе пути, искренне пожелал я предыдущему теловладельцу удачи. Вообще, жалко парня, конечно, мысленно вздохнул я, но решил забить. Помочь — старался, вышло как вышло, а поедом себя есть не в моих правилах.
И начал я пытаться разобраться с внутренностями различного толка. Как в смысле здоровья, так и разума тела. Да и невнятные многомерные копошения меня, признаться, заинтересовали. С телом выходило сносно — незначительные повреждения периферийной нервной системы, ожоги, надрывы мышц — болезненно, но вполне излечимо, патологий, как врожденных, так и прочего толка — нет. А все имеющиеся повреждения прекрасно заживут, благо, я с «игрой вероятностями» тела знаком неплохо и в этом поспособствую.
А вот многомерщина… странная она какая-то, не мог не отметить я. Явно «урезанная», то ли пять, то ли вообще четыре измерения. Явно и очевидно локализованная относительно тела, имеющая прямое(!) подключение к мозгу, да еще, вдобавок, формирующая в нем некую аномалию-подключение, имеющую отражение в трехмерном теле. Странная хрень, решил я и стал приглядываться к многомерным проявлениям.
Огромная фигня, по результатам осмотра заключил я. Фрактальная структура из сотен тысяч, если не миллионов тессерактов, что наводило на нехорошие, как минимум, подозрительные мысли. Дело в том, что проявленные в четырех (плюс время) мерности живые объекты, были если не прямым, то близким аналогом к объектам трехмерным. Безусловно, с учётом топологии, пренебрежения к размерам объекта, но в среднем, согласно исследованиям, так.
Соответственно, форма тессеракта, четырехмерного аналога трёхмерного куба, была для живого объекта не свойствененна, странна и нетипична. Некий четырехмерный кристалл — безусловно, да. Возможно, этакий имплант, задумался я о возможных знаниях четырехмерья цивилизации моего пребывания и забил — крайне вряд ли. Очень архаичный гидроскутер, простейшая одежда, без следов многомерных технологий. Да в месте, в котором я пребывал — нет толковой (точнее никакой) техники, а бинты из явно естественно-органического материала. В общем, вряд ли это цивилизация операторов многомерья, переплюнувшая Землю в смысле оперирования.
А остающийся вариант «геометрически-правильного» живого объекта наводил на нехорошие мысли. Вирус или его аналог. Хотя, успокоил себя я, абсолютно не факт. Да и аналогия трехмерья и четырехмерья — такая себе, мы только начали его познавать, так что выводы я делал даже не на основании теорий — лишь статистических наблюдений. Но подозрительно, и мышление, с учетом возможного паразита надо отслеживать, заключил я. А далее — посмотрим, что и как он будет делать. Пока, кроме формирования в мозге новообразования (не мешающего и не патогенного), этот квадратный фрактал гадостей никаких не творил.
И, наконец, приступил я к знакомству с «собой», в смысле разума и памяти. Благо, тут-то я был как рыба в воде, фактически всю сознательную жизнь многомерщика улучшая и оптимизируя биологический и не только когнитивно-памятийный аппарат.
А через субъективный час выходила весьма забавная картина. Итак, зовут уже меня Вирему, на минуточку, Иванов! Окторон от русского (удивительный факт!) и квартеронки-таитянки с британцами. Вообще, место моего пребывания было весьма известным и любопытным. Остров в Тихом океане имел интересный залив с названием Баунти, сам остров назывался Питкэрн и имел широко известную и забавную историю.
Сейчас, на 1984 год, население острова составляет сто четыре человека, все потомки «тех самых» бунтующих матросов и таитянок. Ну и мы с братом, старшим, Энтони — русская струя, от матроса с потопленного конвойного судна. Дмитрий Иванов, выплывший к берегам Пиктэрна в 1944 году посчитал, что построение коммунизма в отдельно взятой стране может вестись и без его деятельного участия. Да и отвоевался — чуть не потонул, разумно рассудил предок, да и натурализовался на острове. Не без проблем, особенно учитывая, что тут «заморские владения Великобритании», но тем не менее справился, женился, завел меня с братом и умер с матушкой, ликвидируя последствия шторма с цунами пять лет назад.