Червячная передача (СИ)

— Да чему ты… простите, вы, сможете научить? — выдала одна девица.
Была заткнута коллективом и просвещена, что господин Иванов — легенда Юнитека (пиарятся на мне, паразиты, осудил паразитов я). Магистр в восемнадцать, сдал меньше чем за месяц, хозяин фирмы и ваще. Что «ваще» не озвучивалось, но девица несколько пристыдилась. Но не до конца, так что следующий вопрос был так же от неё.
— Вы и правда магистр, — на что я кивнул. — А вам не потребуются «особые услуги»? — прокурорским взглядом уставилась она на меня.
— У меня жена, которая меня полностью удовлетворяет, — со снобским видом ответствовал я. — Если вам очень захочется оказать мне особые услуги. — продолжил я под смешки, — то сначала убедите её, потом понравьтесь мне, проявите инициативу и усердие, чтобы нас заинтересовать. И вот тогда, я, возможно, соглашусь подумать, — под дружный смех припечатал я покрасневшую девицу.
— А отпуск? — спросил один парень. — Семью давно не видел, соскучился, — пояснил он, хотя никто не спрашивал.
— Месяц за свой счет, через год работы, — отрезал я, подумав. — Всё же, вы не наёмные работники, а работники с «прицепом», - озвучил я, на что студентики зашумели. — Я вас не упрекаю! — повысил голос я, а после наступившей тишины продолжил. — Но ваша работа изначально обойдется моей компании в немалую сумму, так что как работодатель я оберегаю и свои интересы. Собственно, потому и контракт столь жёсток, — окончил я, на что студентики покивали, если не с восторгом, то с пониманием.
Соответственно, предложение приняли все, так что пришлось нанимать поверенного, оформлять договора, выделять средства для погашения кредита. Да и «на честность» проверять. Впрочем, ребята если и не были ангелами, то меня «нагревать» не собирались, так что к следующему моему визиту в Веллингтон будет у меня штат НИИ, довольно заключил я.
«В целом — удачный день», — подумал я, поднимаясь на борт.
Тёзка в каюте слушал кассетник и читал. Музыка меня несколько удивила — недавний Мистер Плохой Парень, сольник вокалиста вокально-инструментального ансамбля Королева.
Впрочем, парню не откажешь во вкусе, а вот я… Хех, ну а почему бы и да? Ежели излечить одного нетрадиционно ориентированного, но чертовски талантливого товарища от хвори, то он в 91-ом не помрет. Сделать втихую, вот и помеха, причем значимая. Займусь, с улыбкой решил я.
Ну, впрочем, ладно, это попозже и на досуге. Но сам вариант такой, изящный и приятный, думал я с улыбкой, готовясь ко сну.
Уже на следующий день явился Холмс и подтянулись увешанные баулами, а частично и заплаканные девицы. Ну да, жестокосердно и мысленно ехидствовал я, в райское место, на пять лет, за немалые деньги. Да ещё и на интересную работу. Ути, какие мы нежные.
А потешив свое альтруистичное и справедливое сердце, отдал концы и лёг на курс на Питкэрн. Ну и «Лилия» со мной, не без этого.
А по прибытию — Лил не то, чтобы закатила мне скандал… Но скажем так: высказала своё «Фи». На тему того, что есть ученицы, да и вообще девочки на острове не против. А я понабрал каких-то девиц с большой земли… В целом, она не против любовницы, но пусть будет своя, а так, как я — «фу» и не патриотично, обиженно надулась девчонка.
Проржавшись после окончания сего спича, принялся супругу просвещать. Что, кроме неё, мне никто не нужен, разве что Нарси, ну и может ещё парочку детей, закинул я удочку на будущее. А девицы, размещённые пока на «Лилии» и у меня дома — это то, что рынок труда Новой Зеландии готов предложить в ответ на мои запросы.
— Что, совсем не могут найти работу? — посочувствовала девицам Лил.
— Официантки, секретарши, — перечислил я прошлые вакансии дам, известные из бесед в пути. — Некоторых только через постель хотели брать, причем «оказывать услуги» постоянно, — на что Лил сочувственно кивнула. Невзирая на свободу нравов Питкэрна — «принуждение» было мерзкой вещью, принудителя бы били, причем ногами и баркасами всем миром.
— Понятно, даже жалко их немного, — озвучила супруга то, что было написано у неё на лице. — Но ты не договорил, — проницательно заключила она.
 
— Хм, понимаешь, — начал я, принимая на руки рассмеявшуюся Нарси. — В Мире всё плохо. Может быть, будет война, судя по тому что творится, — продолжил я, на что погрустневшая Лил вздохнула и кивнула. — За нас и остров я спокоен, а вот с этими девушками… Я сам не хотел везти, у нас и так на Питкэрне некоторый избыток дам, — изящно выразился я под кивок. — Но, если случится что-то страшное, я бы их помнил.
— Хорошо, Вир, — обняла меня с Нарси Лил, даже проронив слезу. — Я тебя поняла, прости… — последующее я прервал быстрым поцелуем.
— Не за то прости, — через минуту озвучил я. — «Не додумываем и всегда договариваем» — озвучил я наш семейный принцип.
— Точно, — озорно блеснула глазами Лил. — Миа кульпа, — понурила она голову, — Но я накажусь!
И наказалась. Всячески, взаимоприятно и долго. А с утра, думал я, засыпая, у нас куча дел. Дома для новичков, организация производственных и субординационных процессов, об обучении забывать не стоит. Но всё на благо, да и складывается вроде неплохо.
  
7. Песчаная барка и тать морской
 
А с утра я призадумался. Дело в том, что была немалая разница в социальных нормах островитян и «внешников», причем не только в жизни половой. В целом, все «отклонения» были делом интимным, то есть многие, не первый год отдыхающие на Питкэрне туристы (обычно рыбаки-любители и люди творческих профессий), «внутреннюю кухню» острова не видели.
Однако, я набирал сотрудников с расчётом интеграции в социум, и если принимать и следовать ряду норм я не призывал (да и сам, признаться, их игнорировал), то знать о них и не реагировать с воплями «горите огнем, мерзкие еретики!» потенциальные сограждане должны.
При этом, если с парнями я поговорю сам, да и то — в будущем, то с девчонками сложнее. Особенно учитывая то, что у трёх был, судя по контексту, неудачный опыт «постельного трудоустройства», уж не знаю насколько далеко зашёл процесс. В общем, мужественный я ласками разбудил супругу, постаравшись чтобы её утро было максимально приятным и попросил взять вопрос просвещения дам в свои руки.
Лил подумала, хмыкнула, но согласилась, погладив меня по макушке и ласково назвав не самым проницательным человеком.
А пока она беседовала с девицами, прихватив пару учениц, я стал просвещать тезку. Последний, первые пять минут понимающе кивал, а на шестой стал ржать, показывая большой палец. На мой вопрос — а чего это он, последовал ответ:
— У нас жен много бывает, статус и прочее. Но один дом, ссоры, склоки, — ответил парень. — А ваши мужчины шикарно устроились — и женщина не одна, и нервы в порядке, бро.
— Ну, не всё так просто, — с улыбкой, оценив точку зрения, ответил я. — Любовница — это и второе хозяйство на мужчине, не самое простое дело. Но в целом да, — хмыкнул я, — неплохо.
После бесед, вроде бы вполне успешных (по крайней мере, яркого негатива и желания «всё исправить» у новеньких не было, что подтвердила моя беседа-проверка), а мы приступили к производству материалов «жилого барака». Бараком он был весьма условно — немалая комната-студия с санузлом и душем каждому работнику.
Собственно, работники к «протяжке» стеклопластиковых панелей были сходу и подключены. Причём удивление витало в воздухе — стеклопластик в текущем времени был атрибутом более «космической» технологии, нежели обычной жизни.
А в целом, за пару дней справились, так что новички обзавелись жильём и получили ряд задач — от рутинного производства, до экспериментальных. Дело вот в чём: ряд технических решений тессерактов были явно и очевидно переусложнены. Это видел я, зачастую оптимизировал, но манией величия не страдал и не наслаждался — да банально, та же Лил несколько раз подсказывала мне решения изящнее, нежели мои «и так сойдет».
 
Собственно, это и было задачей НИИ: работа с рутиной и «генерация идей», пусть пока и без «допуска к многомерью» в качестве «теоретических задач». Ротация кадров происходила, а мы с Лил отслеживали кто к чему более склонен.