Поиграем? (СИ)

Вроде не так много времени прошло, но что-то в ней за эти две с половиной недели определенно изменилось. Точно! Веснушки перестали быть единичными, теперь они во всю украшают Женино лицо. И что самое парадоксальное — реально украшают! Бесячей рыжей морды не наблюдается. И волосы распущены, что тоже наблюдалось крайне редко. Безразмерная черная водолазка на этот раз сменилась таким же безразмерным синим джемпером. К счастью, не до колен. Однако, совершенно не по погоде.
— Евгения Михайловна, какая неожиданная встреча. Как экзамены?
— Здравствуйте. Хорошо, — вот удивительная выдержка и спокойствие, учитывая наш «анамнез».
— То есть не отлично?
— Отлично.
— Я же говорила! — слышу позади себя радостный голос.
— Какая умничка. Права ты была, Таисия, — мельком взглянул на девчонку и тут же перевел взгляд на Женю. — А тебе случайно не жарковато?
— Нет, Алексей Викторович, я мерзлячка.
— Ну да, ну да. Сейчас на тебе тоже колготки? — подхожу впритык, явно нарушая границы приличия. Однако, Женя при этом никак не демонстрирует, что ее это напрягает. Она ни на миллиметр не отстраняется от меня.
— Нет, просто трусы с подшерстком и естественный волосяной покров. Везде, — тихо произносит она, едва заметно улыбнувшись.
— Аля восьмидесятые?
— Вам виднее, я в такие годы не жила.
— Ну да, ну да. Ты готова к практике, Женечка?
— Конечно. Извините, не могу больше терпеть, — лезет рукой через горловину кофты и, немного замешкавшись, в итоге достает оттуда бумажную гармошку. — Колется, зараза. Не пригодились, — пожимает плечами, лучезарно улыбаясь. — Ну ладно, — отступает в сторону. — Всего доброго, Алексей Викторович. Тая, пойдем.
— До свидания, — машет рукой Тая.
Несколько секунд я смотрю вслед Жене, пытаясь понять, она действительно при мне вытащила шпору из лифчика или у меня галлюны? Нет, не они, судя по тому, что она продолжает на ходу доставать их только уже из рукавов. Охренеть себе нежданчик.
***
Очередной раунд с собственной собакой — кто раньше моргнет заканчивается не в мою пользу. Итого — три упаковки собачьего лакомства сожраны. Ан нет, не все, судя по тому, что наглая морда оказалась на моих коленях.
— Хренов манипулятор, — тянусь к упаковке и действительно в ней залежался еще один кусок. — Это все. Все, Гриша, — повторяю я.
Наверное, я бы и дальше велся на этот взгляд и достал бы очередную упаковку для этой махины, если бы не звонок в дверь. Перевожу взгляд на часы — половина восьмого. Ожидать мне вообще некого и тем не менее к двери все-таки подхожу.
— Привет, Лешик, — улыбаясь, произносит Соболев, протягивая мне при этом большой пакет.
— Привет. У тебя что-то случилось? — первая пришедшая на ум мысль, ибо виделись только несколько дней назад.
— А чего сразу должно что-то случится? Просто решил зайти вечерком к другу. Вот гостинец тебе принес. Все свеженькое.
— Петь?
— Оу? — проходит в квартиру. — Ты мне не рад? Занят?
— Ну как тебе сказать, я вел беседы с собакой и играл в «кто раньше моргнет», поэтому, нет, не занят, но ты пришел не просто так.
— Гостинец выдал, да?
— Ну типа того.
— Ладно, ты ж мой личный врач. Мне нужна твоя помощь.
— Так чего выделывался?
— Проблема деликатная.
— Ну?
— А ты мне скажи для начала, у тебя все нормально после нашей гулянки?
— Ну башка немного болела.
— И все?
— Да.
— У тебя нигде ничего нового не появилось? В трусах, например?
— А почему у меня должно что-то появиться в трусах?
— Ну, потому что девки были из одной фирмы с одинаковыми свежими справками. Я подумал, если у меня что-то появилось, хотелось бы, чтобы и ты тоже был с такой же проблемой, — как ни в чем не бывало бросает Соболев, усаживаясь на мой диван.
— Еще один патологически честный человек. Во-первых, Петя, девку я ту не трахал, во-вторых, ты что без гондона ее шпилил?
— Нет, конечно. Но, блин, что-то же село. Посмотри, пожалуйста, своим глазом алмазом, ху из ху залез в мой ху.
— Извини, мой дорогой друг, но я не писькоголог.
 
— Ты мой личный врач. Ну, пожалуйста, по-дружески. Разочек.
— Ладно, — сдаюсь под очередным натиском. — Снимай штаны.
— Моменто. О, Григорий не одобряет, — перевожу взгляд на сбежавшего пса. — Давай, порадуй меня Лешенька.
— У тебя что-нибудь болит, чешется?
— Неа. Если бы не заметил эту хрень, то и не знал бы.
— Порадовать мне тебя нечем, — озадаченно произношу я, после длительной паузы.
— Сифилис, герпес? Скажи, что это не они.
— С нашей гулянки прошло три дня, сифилис так быстро не проявляется. Герпес выглядит не так. Но порадовать мне тебя по-прежнему нечем. Потому что мыться надо чаще, Петя, тогда прыщи садиться не будут. Все, надевай свои трусы.
— Это просто прыщ?!
— По мне — да, но я не писькоголог. Через пару дней посмотришь.
— Фух. Я тебя обожаю, Леша. Слушай, а это могло быть от новых трусов? Они мне жмут.
— Вполне. Вентиляция плохая. Сопрело и вуаля. Бухнем?
— Нет. У меня печень не восстановилась с прошлого раза. Надо перерыв.
— Ну да, надо.
— А ты чего бабу ту не трахнул? Она ж тебе понравилась.
— Ага, а потом как будто накатило, видать, перепил, ибо рожей мне стала смахивать на бывшую.
— Леш, вот чего ты такой проблемный?
— Да кто его знает.
— Давай я тебе девку подгоню. Чистенькую, со свежей справкой. Продержим в лаборатории до результатов. Если надо хлоркой потом ее всю еще обольем, перед твоим порогом.
— Обязательно, — усмехаюсь в ответ, смотря на то, как Соболев, надевает ботинки. Вот сейчас я снова дико прочувствовал свое одиночество, ибо не хочу, чтобы балабол Петя уходил.
— Я серьезно, Леш.
— Я тоже. Маякну тебе.
— Ну, окей. Но баба тебе, Лешик, нужна.
— Нужна, — киваю как болванчик, провожая взглядом Соболева.
Перевожу взгляд на пакет, затем на часы. А, собственно, почему я не могу сделать то, что хочу. Правила ведь тоже могут меняться.
Не припомню, когда в последний раз так быстро собирался. За считанные секунды вышел из квартиры, прихватив с собой гостинец Соболева. И уже через двадцать минут припарковался у Жениного дома. В этот раз до ее квартиры поднялся без происшествий. О том, что ее может не быть дома — даже не подумал. В дверь звоню долго и только спустя минуту, а то и больше я понял, что в квартире кто-то определенно есть.
— Жень, это ты или сучка соседка? — молчок. — Значит ты. Открой, пожалуйста. Мне надо тебе кое-что передать. Никаких плохих действий в твою сторону не будет. Если не откроешь, я все равно оставлю то, что хочу передать под дверью, просто таким действием ты покажешь свою слабость и трусость. А слабые люди…
Договорить я не успел, дверь мне все-таки Женя открыла. Правда не полностью.
— Надеюсь, вилка в твоей руке предназначена не для меня?
— Для рыбы. Ею я ее переворачиваю.
— Супер. Я как раз голоден, — распахиваю дверь и в наглую вваливаюсь внутрь.
  
Глава 22
 
Протягиваю Жене пакет, но она, как и предполагалось, брать его не спешит. Вместо этого скрещивает руки на груди и очень недобро на меня смотрит. Только сейчас заметил, что на ней не безразмерная кофта, как обычно, а халат. Совершенно несексуальный и максимально простой, для застрявших в девяностых короткостриженых теток с «химией» на голове. Хорошо хоть не цветастый. Как ни странно, Жене он не только по размеру и облегает фигуру, но еще и по колено.
— Волосатые, — непривычно грубый Женин голос выводит меня из раздумий.
— Что?
— Ноги волосатые. Здесь просто освещение плохое, несмотря на новую лампочку, но при хорошем свете в моей спальне, например, волосня будет видна, — долго смотрю на Женю, пытаясь поймать эмоции на ее лице. Шутит или нет? Но она, как никогда, кремень.