Особый случай/Точка преломления (СИ)

  
Глава 1
 
ТСК — третья сторона конфликта
Очень легко увидеть, как сражаются двое, принимающие участие в конфликте. Их хорошо видно. Однако, кроме противоборствующих сторон может существовать и ещё одна. Гораздо труднее заметить или хотя бы заподозрить, что существовала также третья сторона, активно разжигавшая ссору. Обычно, это посторонний наблюдатель, находящийся вне подозрений, который отрицает какое-либо участие в ней. И очень часто, как раз именно он и является тем, кто с самого начала провоцировал конфликт. Но даже заподозрить это крайне сложно, ведь скрытая третья сторона, внешне поддерживает лишь одного из противников, или даже публично дистанцируется от происходящего. И даже больше, тем или иным образом может способствовать разрешению конфликта, если в этом есть её выгода. Она частенько старается предложить свои услуги в разрешении конфликта сама, или вмешаться в конфликт по просьбе и без оной, противоборствующих сторон, а может быть привлечена насильно, но всегда при этом скрывает свою истинную роль в ситуации. Но бывает и так, что третья сторона совсем не имеет отношения к конфликту и тогда противникам, можно сказать, повезло. Потому что именно в этот раз она займёт равноудалённую позицию между ними и будет способствовать урегулированию конфликта. Однако идеальный и реальный мир всегда отличаются и у посредника обычно всегда присутствует особый интерес в "чужом" конфликте.
Книга первая
— Стой гад, ноги переломаем! — донеслось с экрана телевизора.
Картинка, передаваемая с дрона, показывала двух девушек, гонящихся за парнем по территории школы. Судя по всему, разведывательный аппарат был весьма продвинутым, раз ещё и звук от наблюдаемых объектов передавал.
— Живым не дамся! — выкрикнул в ответ догоняемый.
— Вы чему их учили, старые коряги?! — воскликнула женщина, сидящая перед экраном и наблюдавшая за происходящим.
— Проведению десантно-штурмовых операций, естественно!
На что она только простонала, а потом выдала: "Тогда понятно, почему они так жениха заманивают!"
* * *
— Эй малец, просыпайся, — проговорило расплывчатое тёмное пятно.
Я честно попытался ответить, но, по ощущениям, окоченел уже так, что язык едва ворочался. Даже мысли не особо-то шевелились. Хотя мелькнула одна, что как-то резко сон переменился. Хотя и предыдущий был не особо, но хоть девки были красивые!
— Эк тебя. Да ты уже почти богу душу отдал. Твою же мать, только не в моём дворе!
После этих слов мне какой-то наждачкой стали кожу сдирать на ладонях и лице.
— Уже весь обморозился, поздно тебя снегом растирать, — донеслось до меня.
Что-то этот сон совсем не очень, там хоть шанс убежать был….
* * *
— Да не спеши ты так, захлебнёшься, — сказал мне дворник.
То расплывчатое пятно и было им и зовут его Тимофеич, больше мне он о себе ничего не сказал. Затащил вот к себе в подсобку, дал тёплого сладкого чая, стакан которого едва держу обеими руками, прижавшись спиной к батарее. Стул здесь всего один, и он занят хозяином, так что сам нахожусь на полу. Стоять, похоже, не способен в принципе — ноги просто не держат. Ответить тоже не могу — обессилел настолько; ощущаю себя так, будто меня моя намокшая одежда просто раздавит. Сам же уставился на свои же руки, предположительно, вид-то от первого лица, в том смысле, что из собственных глаз. Проблема…. Не узнаю их, от слова совсем. Мало того, что они прокрыты паутинкой мелких розовых, уже затянувшихся, шрамов. Так ещё и явно более хрупких, на фоне привычных мне рабоче-крестьянских, а-ля полупудовая гиря. Да, подраться мастак, хоть и не такой, как мой бывший однокашник, КМС по боксу, кстати. Но в моём возрасте уже как-то несолидно, пятый десяток уже. Да и два высших образования. А тут прости господи…. Но не это наводило на размышления, а явная их молодость. Не может быть такой кожи у взрослых, да и пропорции окружающего мира намекают, что как-то мелковат для своего возраста. Хотя, может я бессмертный вечно молодой карлик? Тоже вряд ли. Скорее малолетний шкет, но зеркал здесь нет. Самое страшное — похоже, мне это не снится!
 
— Ну что, согрелся? — обратился ко мне Тимофеич.
Попытался ответить, но только нечленораздельно промычал.
— Понял. Тогда слушай. Я налью тебе ещё один стакан чая и дам булочку…. Одну…. Но ты за это исчезнешь с моего двора раз и навсегда!
На это его заявление лишь недоумённо уставился на него.
— И не зыркай на меня так! Была бы ночь, просто вышвырнул бы тебя на улицу! Лучше там сдохнешь, чем у меня во дворе. Объясняй потом городовому, что никто тебя здесь не привечал! Затаскают потом, как моего дружбана! Мне такое счастья даром не надоть!
М-да, вот тебе бабушка и Юрьев день. Прямо светится от человеколюбия. Ладно, с пропащей кошки хоть шерсти клок. Нужно лишь время маленько потянуть, погреться.
* * *
Солнышко светит, птички не поют — зима всё-таки. Потому только снег под ногами хрустит. Морозец не слабый. Выморозил влагу из воздуха, вот и падает снежная пыль. При этом ни облачка. Приятная сытость и тепло в районе желудка, даже на ногах уже почти твёрдо стою, на краю улицы, дойти до которой помог Тимофеич.
Кстати, где это я?! В прямом смысле. Просто не понимаю! Архитектура домов, среди которых оказался, намекает на какой-то хай-тек, а не провинцию, а вот почти полное отсутствие авто, говорит об обратном. Да и они почему-то только покрышками шуршат. У них двигатель-то есть или нет?
— Чтоб я так жил! — высказался вслух, увидев пролетевшие в небе два ховера.
Мало того, что тело не моё, так ещё и мир…. Мои размышления прервал какой-то свист. Странно знакомый….
* * *
Очнулся в наспех организованном госпитале. Похоже, взрыв я уже не услышал. Из-за окон доносились звуки разрывов и выстрелов автоматов. По ощущениям, где-то в отдалении.
— Смотри-кося, оклемался, — сказал колоритный дедок, сидящей на соседней кровати.
Во-первых, щупленький. Во-вторых, седой как лунь, с космами, торчащими в разные стороны и всклоченной жидкой бородёнкой. Довершала образ законченного эксцентрика одежда. В жизни такого сочетания цветов и фасонов не видел. Стильный пиджак, одетый поверх буквально кричащей кислотными цветами рубахи, заправленной в ватные брюки.
— Надо же, сработало. Вот уж не думал, что от "популярной ритуалистики" будет толк.
— В каком смысле? — решил уточнить, что за бессмысленный набор звуков он произнёс.
— Да…. На старости лет вот магией увлёкся. Лекарства дорогие, а на пенсию по дурости не откладывал. В молодости-то оно кажется, что мы бессмертные, и старость не наступит.
— Магией?
— Не обращай внимания. У нас только книги по ритуалистике доступны. Так что сам понимаешь. Но знаешь, оказался совсем небездарен. Вот и обхожусь без таблеток. Тебе помог.
— В смысле?
— Так того. Медикаменты только на специалистов тратят, а такие, как мы сами по себе. Разве что иногда доктора заходят проверить, не подох ли кто. Ещё протухнет. А тебе сильно досталось от близкого разрыва, второй день в сознание не приходишь. Капельницу-то никто ставить не будет, мог и от обессиления копыта откинуть. Да ещё долго видать валялся, пока нашли. Весь в обморожениях. Вот я и решил помочь. Тебе, малец, ещё жить да жить, а если есть не начнёшь, помрёшь.
Всё-таки я теперь пацан!
— Так что шевелись, скоро обед, а тебе никто его сюда не принесёт. Ложку плошку и кружку дадут там, — продолжил он после некоторой паузы.
* * *
Очередь в столовке двигалась быстро. Звуки разрывов, доносящихся и сюда, никого не пугали. Давали гречку с добрым куском масла и двумя сосисками! И ещё, целых четыре кусочка ржаного хлеба! Только здесь мне стало понятно, насколько проголодался!
— Хм. Извините, а как к вам обращаться? — решил узнать у дедка, когда пошли со своими порциями к себе.