Покорившая небеса (СИ)
Ошейник охладился, и это возможно помогло девушке выжить. Каждое движение требовало усилий. Но я притянула к себе булку и воду. Вот только если даже вода вызывала боль, есть булку я и вовсе не смогла. Два укуса вот и все мои достижения. И вот сижу в тюрьме, побитая, с ожогами, перспективы так себе, с учётом, что через полгода у меня ужин с драконом, где я одна из строчек меню на сто тридцать блюд, и мне жалко простую булку, забытую местным работником.
В углу кто-то зашебуршился, в темноте быстро блеснули две искорки глаз. - О, а у меня гости? Ну, иди сюда. Боишься? Я б на твоём месте тоже боялась. - Разговаривала я неизвестно с кем, ощущение странности всего происходящего присутствовало, а вот страха не было. - А давай вот так?
Я отломила небольшой кусочек булки и кинула поближе к углу. Прошли несколько томительных секунд, и из угла, настороженно принюхиваясь, медленно вышла крыса. Тощая и грязная. Ну, просто как раз мне в пару. Я себя сейчас примерно вот так и ощущала.
С другой стороны, судьба и Элейна подарили мне полгода жизни, которых в моём мире у меня не было. Я наблюдала, как крыса торопливо съедает булку и подбрасывала кусочек за кусочком. Стараясь особо к себе не приманивать, чтобы не напугать. Всё-таки, даже издали наблюдать за животным, было лучше, чем остаться тут совсем одной.
Наевшись, крыса подобралась ближе и уселась от меня на расстоянии вытянутой руки. Свет проникал в мою камеру сквозь решётку двери, да и то был тусклым. Впрочем, коридоры тюрьмы в воспоминаниях Элейны освещались факелами, так что я, наверное, ещё находилась не в самых худших условиях.
Где-то дальше по коридору раздались тяжёлые шаги. Я быстро легла обратно и притворилась, что я ещё без сознания. Крыса заметалась, и я инстинктивно сгребла её к себе под руку. - Всё ещё валяется? В себя не приходила? - раздался громкий голос у двери. - Нет, смотритель. Лежит трупом. - Во втором голосе я узнала Грюнха. - Сплюнь дурень. Если эта герцогская с@чка сдохнет, с нас головы поснимают. - Со злостью прошипел первый. - Как только придёт в себя, выкидывай её отсюда. Пусть подыхает подальше от тюрьмы, чтобы на нас ничего не повесили!
Я ещё долго лежала не шевелясь, даже когда стихли вдалеке коридоров и голоса, и шаги. Грюнх не мог не заметить, что я оделась. Однако не выдал. Значит, есть возможность немного прийти в себя. По выходу отсюда мне должны предоставить жильё на ближайшие полгода, выплатить некую сумму сразу, и потом раз в месяц.
Другое дело, что сейчас каждое движение требует усилий и вызывает вспышку боли. Элейна была уверена, что артефакт выбора лечит и защищает. Такое знание... Ну, вот как я знала, что земля круглая. Вот по ощущениям, и Элейна так же верила.
Здесь меня никто не тронет, по крайней мере, насилия, пыток и избиений можно не опасаться. Зато есть какая-то крыша над головой, и было бы неплохо подождать, чтобы тело немного подвостановилось прежде, чем выходить в свою новую жизнь.
Может это и не благородно, может и напоминает повадки той же крысы, но я привыкла выживать. И искренне считаю, что идти и строить на полгода свою новую жизнь, нужно с запасом сил. А потому для себя я решила, что пару-тройку дней нужно протянуть здесь, прикидываясь бессознательной тушкой.
Пока я размышляла, рука сама по себе начала гладить крысу. Зверёк сначала напрягся, а потом как-то растёкся, подставляясь под ласку. Ухмыльнувшись, я начала аккуратно чесать крысу возле ушек пальцем. Было забавно наблюдать, как зверёк замирает, словно прислушиваясь к новым ощущениям, а потом начинает тянуться за ними сам, подставляя то одно ухо, то другое.
Осмотрев осмелевшего, а потому позволившего себя осмотреть, зверька я выяснила, что это у нас мальчик. - И как у нас зовут уважаемого крыса? - улыбалась я, глядя на то, как он доедал припрятанный кусок булки, поднявшись на задние лапки. - Сколько ты здесь уже? И ведь выживаешь. Удачливый, наверное. О! А давай мы тебя так и назовем? Удачливый? Или с учетом места знакомства будешь фартовый? Точно! Фарт!
Поев, крыс полез ко мне под бок, я решила, что это знак согласия. Словно поняв, что я хочу задержаться здесь, Фарт начал предупреждать меня о приближении местных тюремщиков. Тащил непонятно откуда ты самые узкие полоски ткани. Пару раз притаскивал сухари. Как только смог дотащить? А однажды принёс небольшую редиску. Грюнх тоже регулярно забывал еду и воду в моей камере.
Ещё в моей камере, судя по всему, была вытяжка. Потому что словно издалека доносились уличные звуки и иногда летел мусор. Однажды прилетела ещё дымящаяся головешка. Попала она прямо на старый соломенный тюфяк, служивший мне подстилкой. Фарт очень быстро опрокинул на неё кувшин. - Так вот кто остудил мой ошейник! - погладила я крыса. И к своему удивлению поняла, что он кивает мне мордочкой в ответ. - Ты меня понимаешь? Ещё один кивок. - А со мной пойдёшь? - крыс задумался, потом медленно кивнул и забрался ко мне на колени.
Когда я была уверенна, что по близости никого нет, я сидела и даже потихоньку ходила по камере. Тело восстанавливалось очень медленно, хоть и заметно.
С улицы донеслись звуки музыки. Отдалённо напоминающие знакомый мотив. Одна и та же мелодия повторялась раз за разом, и я начала подпевать. Сначала тихо, а потом, увлёкшись всё громче и громче. Да и мелодия как-то легко подстроилась под мой голос. Боль в горле уже прошла, а голосом Элейна была одарена очень хорошим. Дороги забытые, Дороги разбитые, Ложатся под стук копыт, И сердце спешит. И ветры попутные, Не связаны путами, И утро не станет ждать, Нельзя опоздать. Выводила я от души, пока моё пение не прервал лязг замка. - Ты смотри, едва в себя пришла, а уже поёт. - Сплюнул на пол здоровенный бугай, в котором я опознала того, кто, обозлившись, решил раскалить артефакт, прежде чем нацепить на шею Элейны. - Пошла вон, надеюсь, дракон хорошенько тебя прожуёт, прежде, чем ты сдохнешь. Грюнх, выведи девку.
Деваться было некуда, раз спалилась. Проходя мимо мужика на выход, я заметила начало движения рукой, но прикоснуться к себе не позволила. - Уже на пороге тот час, когда ты позавидуешь моей участи! - громко сказала я, глядя ему в глаза, намеренно произнося эти слова высоко звучащим голосом.
Эхо от каменных стен помогло мне достичь желаемого эффекта. Мои слова звучали пугающим предостережением. - Пошла вон! - заорал тюремщик, но было заметно, что он уже далеко не так спокоен и уверен в собственной безнаказанности.
Фарта я усадила к себе на плечо и шла следом за Грюнхом, который торопливо мне объяснял, что я должна теперь делать. Где найти городского казначея, сколько денег он должен мне отдать. И чтоб обязательно в расходной книге расписалась. Под эти наставления и пожелания, чтобы небо меня берегло, мы с Фартом вышли на улицу.
Ледяной ветер мгновенно заставил закоченеть, единственным источником тепла сейчас для меня был Фарт. На площади перед тюрьмой оказалась целая толпа в рыцарских доспехах. Императорские легионеры, пришло узнавание.
Сердце вдруг болезненно сжалось, ещё до того, как я узнала в спешащем мне на встречу высоком блондине в сине-серебряных доспехах принца, обманувшего Элейну. Даже с чужой душой в теле, сердце Элейны рвалось к нему.
Но нет. Элейны здесь больше нет. Послушала его лепет о прощении и о том, что Элейна, а теперь я, его пара и усмехнулась, вспомнив свои собственные слова о том, чтобы Элейна не спешила умирать, может этот её принц ещё одумается. Вот одумался. Только на кой он мне теперь сдался?
Я ни разу не аристократка. Как быстро все поймут, что с герцогиней что-то не так? Нет уж, лишний риск нам не нужен. К тому же...
Вот как Элейна могла полюбить этого принца, да ещё и искренне верить, что эти чувства взаимны? У меня интуитивно появлялось желание держаться от него подальше. Даже сейчас, когда он вроде как просил прощения, в чертах его лица легко угадывалась жёсткость, даже жестокость, высокомерная надменность. И безмерная уверенность в себе. В том, что будет все так, как он себе представил и решил.