Покорившая небеса (СИ)
- Если я правильно тебя поняла, то ты мне сейчас напомнил о моей любви к принцу. - Утвердительный кивок взбесил меня окончательно. - И мол, я говорила про своё сердце, которое не простило предательства.
Тень сложил обе ладони, повторяя форму сердца, а потом смял, словно бумагу.
- Ах да, разбито. Ты уж извини, за неточную передачу твоих кривляний! - я наблюдала за тем, как Тень сложил руки на груди и отвернул лицо в сторону. - А прошло совсем немного времени и я позволяю себе, о, ужас, танцевать и даже веселиться. Кто я там в твоём вертящемся изображении? Вертихвостка? Или ещё каким словом припечатаешь, покрепче? А чего нет? Я ведь должна рыдать не останавливаясь, и страдать весь остаток моей жизни по мерзавцу, из-за которого напомни мне, сколько там той жизни осталось? В лучшем случае ещё месяца три? А в худшем сейчас идут последние дни? Знаешь, что я тебе скажу? Это коронованное ничтожество не стоит даже одной моей слезинки! Он не заслуживает ни моего уважения, ни даже моей памяти. И я бы с удовольствием вычеркнула из жизни каждую секунду, связанную с принцем Валлиардом, даже если бы пришлось их выжигать калëным железом. Но это невозможно, потому что я заплатила жизнью родных за эти секунды. И я обязана каждый день помнить о том, какая цена у любви принца. И знаешь, если бы тот демонов артефакт, из-за которого уничтожили целый народ, не высветил моё имя, то этот кусок гниющего мяса даже и не вспомнил обо мне и моей семье. Как ты смеешь вообще напоминать мне о моей ошибке? По какому праву ты упрекаешь меня в том, что я пытаюсь насытиться жизнью за оставшееся мне время?
Тень выставил вперёд обе ладони, пытаясь меня остановить.
- Нет, не хочу ничего слышать. Не интересно. Знаешь, для того, чтобы хранить свои чувства, нужна душа. А мою душу, принц убил собственными руками. Она погибла в тюрьме. Сколько раз об этом повторять? И знаешь... Не нужны мне твои клятвы! - какое-то наитие пришло, словно из глубины, я точно знала, что делать дальше.
- Лена, что происходит? - Лир и Винард смотрели на нас с Тенью с непониманием того, что происходит.
Тень сделал шаг вперёд и резко прижал меня к себе, пытаясь закрыть рот. Что-то непонятное произошло с моим зрением, я видела всё вокруг, словно объятым изумрудным пламенем. Я перехватила призрачную пылающую нить между мной и Тенью, и, отклонившись назад, произнесла.
- Я возвращаю твою клятву, твои крылья свободны! И не смей ко мне больше приближаться! - резким движением я оборвала зажатую в ладони нить клятвы.
Та лопнула подобно гитарной струне, больно ударив, куда-то в грудь. Мир потерял опору и пошатнулся. Но меня подхватили сильные тёплые волны и куда-то понесли, под раскаты грома. Только странно, что эти раскаты чётко складывались в слова: "Ты совсем уже? Ты чего девочку доводишь? ".
Просыпаться или приходить в себя на руках у Винарда, похоже стало превращаться у меня в привычку.
- Что опять случилось? - спросила я.
- Ты сорвала только что наложенную печать. И конечно, получила откат. - Объяснил мне Винард. - А на фоне того, что у тебя только этой ночью прорезались крылья, силы тебя покинули.
- Мне показалось, что моё тело подхватили волны. - Вспомнила я.
- Нет, это был я. И я лучше каких-то там непонятных волн. Потому что позаботился о том, чтобы, когда ты придёшь в себя, тебе было что покушать. - Подмигнул мне Винард.
- Не хочу. - Отвернулась я.
- Надо. Поверь, переживать и грустить всегда лучше на полный желудок. - Помог мне сесть за стол Винард и вышел из каюты.
До конца путешествия я почти каждый вечер поднималась на палубу, где люди коротали дорогу за разговорами и нехитрыми развлечениями, в основном, танцами и песнями. Хотя пару раз устраивали и кулачные бои. От Тени я держалась на расстоянии. Не оставалась с ним в одной каюте, отказывалась сидеть за одним столом. Он неоднократно порывался оказаться со мной рядом и попытаться хоть что-то объяснить. Наверное. Ну, или продолжить меня упрекать. Только я этого слышать не желала. Если человек не может понять элементарного и обвиняет других в том, что сам придумал, то мне от такого нужно держаться подальше. Причём, как можно дальше. А ещё я полюбила встречать рассвет. Здесь, где было значительно теплее, чем на острове Правосудия, солнце поднималось на небосвод в непередаваемой феерии красок. Розовый, голубой, золотой, бордовый и фиолетовый смешивались, рождая в небе удивительную игру оттенков. Винард взял за правило делить со мной эти предрассветные часы. Лир и Фарт предпочитали ещё немного поспать в тепле каюты. А мы выбирались на ещё зябкий ночной ветер и каждое утро ждали, наверное, самого удивительного зрелища в этом мире. Иногда я брала с собой свой инструмент.
Ты славить его не проси меня -
Днем от свечи вряд ли станет светлей,
А что слава - лишь ржа на имени...
Слушай, что я скажу о моем короле -
О том, как щедр он на дружбу был,
О том, как он смеяться умел,
О том, как он веселье любил,
А пел - да что там твой менестрель!
О том, как он слово умел держать,
О том, как за грех он чужой платил,
О том, какой был он преданный брат,
О том, как братом он предан был. - Летел мой голос в ожидании рассвета.
- Интересно, о ком из нас двоих эта песня. - Спросил однажды Винард.
- В каком смысле? - поинтересовалась я.
- Я про себя и Валлиарда. - Смотрел куда-то вдаль бастард.
- Я слишком мало о тебе знаю, а вот о способности Его Высочества предавать всех, кого только возможно, знаю не понаслышке. - Пожала плечами я. - А что, есть основания считать, что это ты предал брата?
- Возможно, Лена, возможно. - Вызвал своим ответом моё недоумение рыцарь. - Иногда, даже когда ты сам уверен в том, что всегда будешь жить по принципам рыцарства до конца своих дней, судьба преподносит жестокий урок. И ты встречаешь в жизни искушение, которое лишает покоя и навевает тёмные мысли.
- Мечтаешь о власти и троне брата? - усмехнулась я.
- Чего? - Искренне удивился Винард. - Зачем мне эта каменюка? Холодных камней у меня и на севере хватает. А если спуститься на нижние уровни, то там, среди огромных друз драгоценных камней можно гулять, как в саду. Но даже не это самое красивое. В верхних продуваемых пещерах, под нашими реками, которые не скованы льдом только несколько месяцев в году, мороз создаёт удивительные картины. Вода, что просачивается в эти пещеры тонкими струйками и затопляет их нашим коротким летом, застывает причудливыми струйками и волнами. Я даже знаю пещеру с десятком небольших порогов. Выглядит как каскад застывших водопадов. А проникающее острыми лучами зимнее солнце, расцвечивает всё это переливающееся великолепие как ему вздумается. Ты когда-нибудь видела радужный водопад?
- Даже и не слышала о таком. - Заслушалась я.
- Лен, пообещай мне одну вещь. - Он внимательно посмотрел в мои глаза, сжав мои плечи. - Чтобы не случилось дальше на пути, не бросай мой Север.
- Винард...
- Я знаю всё, что ты мне сейчас скажешь. Просто пообещай. - Тихо попросил он.
- Хорошо. Я не брошу Север, пока жива. - Пообещала я. - Но я так и не поняла, причём тут предательство брата.
- Смотри, звëзды начали гаснуть. - Показал на небо Винард, уходя от ответа.
Мы несколько раз пересаживались в портах на другие корабли. Каждый раз корабли были всё меньше, да и народу на них было немного. Однажды утром на горизонте замаячили башни последнего порта. Он же был и крепостью, в которой размещался местный гарнизон. Дальше ни корабли, ни караваны уже не ходили.
Нам предстояло пересечь остров до его противоположного края, где был пограничный маяк обитаемых земель, а там переправиться на небольшом летающем пароме на остров Диких трав, конечной цели нашего путешествия. Случайных попутчиков с нами уже не оставалось, и пересекать остров нам предстояло всемером, считая Фарта.
Успокоившись после скандала с Тенью, я начала тайком донимать Лира.
- Лир, ты же сказал, что с помощью этих самых печатей, можно переселить душу в другое тело. - Напоминала я. - И сам же сказал, что Фарт у меня слишком умный. А мы же знаем, что он раньше жил с алхимиком, который исчез в той тюрьме, где мы познакомились с Фартом. А вдруг это не просто крыс?