Покорившая небеса (СИ)
И вот теперь я сидел в таверне на острове Правосудия и уже который день наблюдал за этой Элейной.
Глава 17.
Винард Аркейский.
Прибыв на остров Правосудия, я решил сначала просто разузнать о том, как живёт эта девица. Может, там уже и проблемы-то нет, и яблочко само готово упасть в подставленную руку. То есть Валлиарду и остаётся демонстративно попросить прощения, чтобы эта потомственная аристократочка смогла содрать с себя ошейник и вернуться в мир, где все будут бегать вокруг неё. И из всех проблем останется только своевременное пополнение гардероба будущей императрицы.
Я был уверен, что герцогская дочка, столкнувшись с жизнью обычных людей, давно уже локти до лопаток искусала, что не кинулась к брату ещё при встрече около ворот тюрьмы. Это там, едва выбравшись из пыточных застенков, она ещё могла демонстрировать остатки фамильной гордости. И то, просто потому, что даже и близко не представляла, что её ждёт. Откуда бы аристократке, вокруг которой с рождения крутились десятки слуг, не давая и пылинке упасть, знать, что такое жизнь простой девушки с самостоятельной уборкой, стиркой и необходимостью сначала приготовить, прежде чем есть?
- Она Орландская. - Непонятно высказался Валлиард, когда я озвучил своё предположение.
- И что? От этого она перестаёт быть аристократкой? - ответил я. Я много слышал о её отце, брате, даже о матери.
О последней правда больше говорили, что она не любит появляться в обществе и предпочитает всё своё время посвящать мужу, детям и Изумрудному острову.
- Орландские от прочей аристократии стояли всегда особняком. Многие их поступки для тех, кого мы привыкли видеть на балах, были необъяснимы. - Говоря это, Валлиард смотрел куда-то в небо.
- Хорошо. Я про эту "хрупкую и удивительную", наслушался, пока был вынужден выслушивать твой пьяный бред. Только давай все твои воспоминания отставим в сторону, а поговорим о приземлëнном и каждодневном. О грязных подштанниках например. - Я хмыкнул, легко представив, как сейчас скривилось лицо брата от таких грубых и простонародных слов. - Ну, пачкаются-то они у всех, вне зависимости от происхождения. И сами собой обратно чистыми не становятся. Их стирать надо. И еда тоже прям из неоткуда на столе не появляется. А теперь представь, сколько неожиданных открытий ожидало твою герцогиню буквально с первых дней.
- Месяц прошёл... - глухо проговорил Валлиард.
- Ага. Месяц для аристократки без слуг, денег и в доме, где она даже печь не может растопить. Потому что аристократок этому не учат. - Рассмеялся я, меня всегда забавляли эти высокомерные индюки, которые сами себя загоняли в зависимость от собственных слуг. - Так что если на тебя с воем накинется нечто немытое, вонючее и всклокоченное, ты не торопись башку сворачивать. Скорее всего, это твоя единственная герцогиня одумалась и всё тебе простила.
- Месяц, - повторил снова брат.
- А ты чего чуть ли не пламя ноздрями выдыхаешь? - заинтересовался я странным состоянием Валлиарда. - Подожди... Ты чего, даже не подумал как она будет жить, оставшись без всего? Серьёзно?
- Я тебя сейчас придушу! - разозлился Валлиард.
- А я тут причём? Это у тебя голова работает только как интриги затевать да бороться за трон отца, который у тебя никто и не думал забирать. Сам придумал, сам поверил, сам всех победил. Слов нет, Валли молодец! Но душить ты почему-то решил меня. - Злость Валлиарда меня несколько не пугала.
Зато вспомнились слова одного из моих наставников. О рыцарях аристократах он говорил не то, что с презреньем, скорее с насмешкой. Называл их погремушками, не способных себе задницу подтереть самостоятельно. Сейчас из тех, кого ко мне приставил для обучения отец, осталось в живых только двое. Жили они по-прежнему со мной в замке, и я любил слушать их споры друг с другом у камина. Правда эпитеты и характеристики, которые выдавали старые вояки, были явно далеки от принятых в высоком обществе слов, зато в них не было фальши, а к некоторой язвительности я давно привык.
- К казначею. - Всё ещё злился непонятно на что Валлиард, отчего его голос напоминал рычание.
Мы прибыли на остров Правосудия вдвоём, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Брат был одет в дорожный костюм, закрывающий наглухо всё его тело. Лицо пряталось под маской с узкими прорезями для глаз, носа и рта. Кроме этого Вал ещё и накинул капюшон дорожной куртки, прячась от любопытных взглядов. Впрочем, таких было немного. Скрывать лицо было давно привычной забавой аристократов.
Найти казначея оказалось задачей не сложной и на вопрос об Элейне Орландской, он хоть и с испугом, всё-таки я своего имени не скрывал, и интерес императорского бастарда настораживал, но отвечал.
- Герцогиня выбрала самый старый и запущенный дом для невест, - суетливо говорил он. - Его вообще стараются не выбирать. И район не очень, нет, не до такого, что разбойничают посреди белого дня, но бедный. Народ там грубый. Крысы опять же... Хотя у её светлости с крысами странные отношения. Это я так, к слову. Не моего ума дело, кого там её светлость держит в качестве ручного зверька. Но я лично ходил к герцогине, думал, она увидит тот дом и передумает. Но нет же, говорит, мне нравится, тут всё как я хочу. Что тут поделать? Не силком же её переселять? От служанки она тоже отказалась. Вот денег я ей смог вручить. Мол, на ремонт и обустройство. Вот посмотрите, у меня всё записано.
Он развернул ко мне толстенную тетрадь, где было записано, что Элейна Орландская получила сначала месячное содержание, а потом сумму хорошо так его превышающую, так же имелась её расписка, что она претензий к городу не имеет, и менять дом не собирается.
- Мдаа, упрямства этой девице и впрямь не занимать. - Протянул я, выйдя на улицу. - Ну, пойдём, посмотрим, что там за домик с крысами.
Найдя подсказанный казначеем адрес, я решил, что где-то всё-таки свернул не туда.
- Мы точно туда пришли? - сверялся я с бумажкой, на которой был написан адрес дома драконьей невесты.
- Туда. Дом в родовых цветах, хоть и другой оттенок. И знак с герба. - Ткнул в сторону изображения дракона с клевером в лапах.
- Казначей сказал, что дом почти развалился. Но сейчас даже при всём желании следов упадка не найти. Дом словно вообще из другого места. - Озвучил я свои наблюдения. - Подозрительно как-то.
Ещё больше подозрений появилось, когда я наконец-то увидел эту Элейну. Испуганная аристократка, впервые столкнувшаяся со сложностями? Как бы ни так! Весело перешучиваясь с каким-то долговязым парнем, она бодро вышагивала, таща на себе вязанку хвороста.
Я и Валлиард наблюдали, как этот парень порубил длинные тонкие стволы деревьев, которые он привёз в тележке. А Элейна собирала эти обрубки и таскала в дом. После этого, девица вышла с веником, подмела улицу, причём не только в том месте, где рубили дрова, но и вдоль всего дома. Дальше у неё перехватили веник соседские мальчишки. А сама она, уперев руки в бока, очень внимательно рассматривала груду разбитых бочек на углу соседнего дома и своего.
Я с удивлением наблюдал, как она решительно направилась к соседскому дому.
- Доброго дня, леди! - сказала вышедшая на крыльцо дородная женщина, вытирая руки о подол фартука.
- Доброго, Ларина. Подскажи, твой Дорин дома? - спросила герцогиня, ткнув рукой в бочки.
- Дома конечно бессовестный. Навёл бардак и третий день ничего не делает. Позвать? - мне показалось, что в голосе женщины прозвучала надежда и тщательно скрывающееся предвкушение.
- Позови, пожалуйста. - Кивнула герцогиня.
- Чего надыть, леди? - вскоре появился на крыльце заспанный мужик крепкого такого телосложения.
- Уважаемый Дорин, я просила тебя ещё три дня назад убрать этот хлам? И ты обещал. А почему я вижу тот же мусор в шаге от своего дома? - спросила его герцогиня.
- И чо? Руки не доходят. - Почесал брюхо мужик.
- Это ты зря. - Подсказал ему другой сосед, тащивший какие-то железные крюки. - Ниэль, тебе под твои завески крюки сразу в дом нести или что?