Покорившая небеса (СИ)
Первым делом покрасочные работы начались с закутка под лестницей. Смешав белую и зелёную краску до салатового оттенка, я покрасила всё кроме полов, превратив серое помещение в достаточно светлую комнату. И пока здесь краска подсыхала, я красила всю мебель. Монументальный каркас кровати, стол и стулья отлично подходили под тёмно-коричневый цвет. Печь тоже подверглась перекраске.
Закончив с ней, я вернулась в свою своеобразную ванную комнату и убила пару часов, чтобы нарисовать ромашки на стенах. Не знаю, смогу ли добыть жёлтой краски для сердцевинок, но и с салатовыми крупные цветы смотрелись неплохо.
Ярко-зелёными стали рамы окон, ставни, подоконники и входная дверь. Потолки и стены сверкали белизной, а крошки камня в краске ещё и блестели, когда на них падал свет. Интересно будет посмотреть на это вечером. Двери в подпол и во внутренний дворик я тоже сделала белыми. А вот шкаф, располагавшийся от двери в подпол и до стены, который мне сделал Грей, я сначала хотела сделать зелёным. Но потом решила, что пусть вся мебель будет уж одним цветом.
Правда, когда закончила с покраской полов и лестницы с перилами, поняла, что смотрится всё вместе темновато. Но решила, что это всего на пару месяцев, а потом скоплю на занавески и, наверное, ковер под стол, если в этом мире такое существует.
День ещё был в разгаре, а трудовой энтузиазм не угас. Решив, что пусть внутри дома всё сохнет, я приступила к покраске дома снаружи. Вылила остатки зелёной краски в белую и, тщательно размешав, получила краску светло-светло зелёную. Скорее даже мятного цвета. Вот ей-то я и выкрасила весь дом снаружи. И уже по светлому тону переводила коричневым цветом силуэт дракона.
- Странно смотрится, да?- спросила я у Фарта, который старательно сидел на мне, то на плече, то на спине, пока я красила полы.
- Лапы пустые. - Раздался рядом детский голос.
Соседские мальчишки, похожие как две капли воды, уже давно наблюдали за мной, а тут осмелились подойти. И не поняли, кого я спрашиваю. Фарт сбежал по руке и почти сразу вернулся со стебельком клевера в зубах.
Я посмотрела на ведро из-под зелёной краски и решительно пошла к нему. На стенках оставалось совсем немного краски. По крайней мере, на стебелёк и четыре листика клевера хватило. Вот только дом теперь смотрелся странно. Ступеньки, несколько рядов камней от земли и крыша с трубой были серыми, а все стены и окна сверкали глянцем свежей краски. Посмотрела на краску. Больше половины коричневой и немного мятной. Ладно, не выливать же? Смешала, получила цвет... Ну, вот настоящий шоколад!
- И как мне на крышу залезть? - задала я сама себе вопрос вслух.
- Так по лестнице же! Сейчас! - две вихрастые головы согласно закивали, и мальчишки метнулись куда-то в сторону и вернулись с обычной приставной лестницей.
Красила крышу я аккуратно, с опаской, чтобы не слететь вниз и не испачкать уже выкрашенную стену. Вот тут мне помогали вызвавшиеся добровольцы. Спустившись, я докрасила камни внизу. А чтобы докрасить ступеньки мне пришлось соскребать последние капли краски со стенок ведра.
После последнего мазка я удовлетворённо выдохнула. Между двумя большими домами, с серым камнем стен и выгоревшей черепицей, мой домик смотрелся ярким пятном, игрушкой или даже пироженным. Этакий тортик в сахарно-мятной глазури и с шоколадной крышей.
- Красота! - умилилась я.
- Ага, - синхронно ответили мальчишки.
- И что, весь-весь дом выкрасила? И внутри, и снаружи? - спросила меня, подошедшая от соседского дома женщина.
Она была полненькой. Но её полнота была какой-то по-домашнему уютной. Такая кустодиевская красавица.
- Да, вот только закончила! - похвасталась я довольная собой.
- Красиво. Как праздничный пряник в кондитерской в центре города. Вот только спать-то ты теперь, где будешь? - спросила она.
- В смысле? Краска же быстро сохнет. - Уже не так радостно ответила я.
- Быстро конечно. К утру как раз будет все сухо. - Сообщила мне соседка. - Пошли уж. Постелю тебе на кухне, работяга.
Уже засыпая, я решила, что нужно купить каких-нибудь сладостей и отблагодарить соседей. Проснулась я буквально за пару минут до того, как раздались привычные крики. И потом опять тишина. Потом опять крик, и снова тишина. Я вышла и уткнулась взглядом в спину стоящего на пороге мужика.
- Спит она что ли? Или загуляла? - бурчал себе под нос сосед. - Вот она хлипкая молодёжь! Запила... Точно, запила!
- Ты чего тут орёшь? - спросила я, облокотившись на дверной косяк.
Глава 10.
Старый дом ещё недоверчиво, словно ожидая злобной насмешки, но прогревался и наполнялся теплом.
В подпол я притащила выброшенные пекарем хлебные поддоны. От долгого использования они потемнели и покрылись подпалинами, и для выпечки хлеба уже не годились. А мне подошли. Выровняв пол и выложив на равном расстоянии друг от друга камни, я накрыла полученные ножки этими поддонами и уже на них высыпала добытую в лесу картошку, пересыпая её золой. Так она не портилась и оставалась сухой.
Из ивняка я сплела широкие двуручные корзины, в которых запасла на зиму головки дикого чеснока. Особой моей гордостью была старая наволочка, которую я несколько раз отстирала. Сейчас она была полна сушёных грибов. А в самом холодном углу стоял небольшой ящик, в котором был лёд, который торговцы подкладывали под прилавки, чтобы товар не портился. Там у меня был холодильник хэндмэйд.
Я поместила туда свежие грибы, хорошенько их отмыв и обильно намочив. Грибочки получились, словно в ледяной глазури. И я надеялась, что пролежат они долго, а я не раз ещё побалую себя супчиком или картошечкой с грибами зимой. Насушила я и найденной брусники. Ягоды были богаты витаминами, это я хорошо помнила ещё с уроков природоведения. А вот листва и стебельки были отличным мочегонным и против воспалительным. Скоро зима, а что такое цистит я знала не понаслышке.
Денег я больше пока не тратила. Не за чем было, но мысли, как заработать ещё, меня не оставляли ни днём, ни ночью. Даже сейчас, когда я мыла Фарта. Крыс водные процедуры воспринимал спокойно, с удовольствием плавал от одного края ванны до другого, и млел, когда я мылила его шёрстку, осторожно почёсывая. Горшок с местным мылом мне подарила соседка. Серо-жёлтая густая жижа почти не пахла. Но я её всё равно немного облагораживала, благо лекарственной ромашки вокруг было в достатке. Я разбавляла небольшое количество мыла отваром ромашки.
После отмывки Фарт щеголял блестящей мягкой шёрсткой благородного серо-стального цвета. И пах ромашкой.
Ответ на вопрос, где взять денег принёс Грей. У одного из трактирщиков заболела жена. И всё бы ничего, но все расчёты и подсчёты вела она. Поэтому трактирщику срочно понадобился помощник знающий счёт. Грей, чинивший систему вертелов в кухонной печи, услышал об этом и сказал, что знает девушку, которая обучена счёту.
Говорить о том, что я невеста дракона он не стал, потому что жители империи не очень желали связываться с невестами, все больше жалея, но держась подальше. Поэтому я поплотнее затянула высокий ворот рубашки, чтобы скрыть ошейник-артефакт, прежде чем идти на работу.
В принципе ничего сложного не было. Приходила я в трактир к обеду, уходила часам к десяти, с узелком, в котором был мой обед и несколько монет, приятно гревших душу.
На третий день, после визита врача, трактирщик попросил меня приготовить бульон с "чем-нибудь", так как все повара были заняты. Ну, чего бы проще? Куриный бульон с лапшой. И готовится быстро, и после болезни самое оно. На следующий день, когда я пришла, трактирщик был в панике, сказав, что тот повар, что обычно готовил похлёбку не смог сегодня выйти. И попросил меня, приготовить вчерашний бульон. Ну, чтоб особо не задерживать подачу и попроще.
К середине вечера спустилась его жена, она села в уголке и только изредка задавала вопросы.
- Значит ты сирота, Лена? Грустно, грустно. - Покачала она головой. - А живёшь где?