Аокигахара (СИ)
В следующий миг картинка мигнула, опора исчезла из-под ног, и я понял, что нахожусь в воздухе, примерно в паре километров от поверхности земли. Метрах в ста впереди — отвесные скалы, вершины которых скрыты за облаками. Внизу подо мной — океан леса. Он вплотную подступает к скалам и тянется влево до горизонта, занимая все видимое пространство. Справа, в паре километров от скал, лес обрывается и дальше, насколько хватает глаз, тянется пустошь.
Серая, словно присыпанная пеплом земля, обломки скал, голые холмы и полное отсутствие зеленой растительности. Вдали, у самого горизонта, виднеется огромное сухое дерево. То самое Древо Судьбы? А пустошь — это Северный лес, или точнее то, что от него осталось? Да, скорее всего так и есть, только мне сейчас показывают другое.
Прямо напротив, в скалах вырублены две огромные террасы — одна над другой. Навроде тех, что я видел в цитадели у Сэта. Метров по триста в ширину каждая. С массивными колоннами и балюстрадами[2]. В глубине каждой чернеют арочные проходы.
Нежити тут тоже хватает. На обеих террасах стоят с полтысячи уродов с мордами орков из «Властелина колец». Все в нержавой стальной броне, в лапах — бисямон яри[3] или что-то очень похожее. Ростом каждый метра под три. Стоят, не двигаясь, вдоль ограждений. Изображают часовых или чего-то высматривают? Не знаю, но меня они, судя по всему, видеть не могут. Ни один не пошевелился и не посмотрел в эту сторону.
Вообще, таких тварей я еще в этой жизни не видел, но, познакомиться с ними, очевидно, придется. Ведь вся эта мерзость, судя по всему, появилась тут как тот храм — в Мрачном лесу. И, наверное, так же отравляет всю окрестную территорию.
Ладно, с этим понятно… Я огляделся, пытаясь сообразить, что ещё тут нужно увидеть, когда меня вдруг потащило в сторону верхней террасы.
Это было похоже на просмотр объемных карт с быстрым изменением масштаба. Террасы резко приблизились, под ногами мелькнули острия алебард стоящих на веранде уродов, и меня занесло в один из чернеющих проходов.
Пролетев по длинному широкому коридору с барельефами в виде оскаленных черепов, я оказался в просторном каменном зале, как две капли воды похожем на тот, в котором погиб Ваня Емишев. Впрочем, отличия все-таки были. Из четырёх стоящих по углам статуй осталась только одна, а вместо постамента со змеем в центре зала над полом висел чудовищный чёрный шар.
Он был такой чёрный, что казался огромной круглой дырой, и при виде этой мерзости меня захлестнула волна лютой ненависти. Она накатила откуда-то из глубины. От моей сущности, и от всего Синего Леса. Нет, самому мне положить на все шары любых цветов и размеров, но это же Тьма! Враг пробрался в твой дом и пытается его разрушить! И да, я не знаю, что несёт с собой шар, но это дерьмо нужно убрать отсюда как можно быстрее. Неспроста же мне его показали?
Словно услышав мои мысли, невидимый экскурсовод сменил картинку, и я снова увидел Древо Судьбы.
Оно стояло в трехстах метрах впереди. Огромное, сухое и одинокое. От кроны вниз по стволу дерева тянулась гигантская трещина. Часть ветвей обвалилась, похоронив под собой группу строений, а вокруг, насколько хватало глаз, простиралась безжизненная равнина.
Я видел уже эту картину и до сих пор не пойму, как за четыре тысячи лет тут что-то могло сохраниться? И упавшие ветви, и развалины храма, и само Древо Судьбы? Это же не Египетские пирамиды… Впрочем, опять не о том думаю.
В этот раз меня закинуло на небольшую площадку очень похожую на сад камней. Примерно сорок на пятьдесят метров. Вокруг здоровенные валуны, на которых видны полустертые знаки. Иероглифы и рисунки, вроде тех, что рисовали на скалах неандертальцы. Передо мной ровная плита, по форме напоминающая огромную школьную парту. Примерно по пояс, наклонена ко мне, и весит, наверное, тонн двадцать как минимум. Вся в разводах и трещинах, но это понятно. Интересно другое…
По центру плиты выбито два дерева, под которыми видна полустертая вязь иероглифов. В левом верхнем углу полумесяц, в правом — солнечный диск. Внизу, по центру, вдоль края — символы пяти стихий. Какое-то странное место… Луна, Солнце, стихии, деревья… Почему именно здесь? И почему деревьев два? Великое Синее Древо и Древо Судьбы? Но там ведь есть еще два… И самое главное: что мне хотят показать?
В тот момент, когда я это подумал, посредине плиты появилась шестеренка. С загнутыми зубцами, знаками и узором…
Филактерия Нактиса! Целая! И это при том, что она у меня на руке. Или уже нет⁈
Похолодев, я попытался осмотреть запястье, но не смог. В этот момент рядом со мной появился полупрозрачный силуэт Салисэ. Богиня шагнула к плите, положила ладонь на камень, и мир погрузился в непроглядную тьму.
—… Азуми! Джеро! Со своими десятками к пролому в стене! Встречайте гостей!
Сознание прояснилось, и я понял, что лежу на траве, раскинув в стороны руки. Цепь исчезла, значит это уже не астрал.
— Иори! Смотри, он вернулся! — прокричали откуда-то сбоку, и вокруг на мгновение стало тихо.
— Не трогайте его! — голосом Эйки рявкнула темнота. — Он сам сейчас очнется и встанет.
— Уже очнул-ся, — пропела над ухом Нэко, и я, глубоко вдохнув, принял сидячее положение.
Открыл глаза, сдвинул котэ[4] на левой руке, осмотрел запястье и с облегчением выдохнул. Филактерия никуда не исчезла, и это не может не радовать.
Чувствовал я себя превосходно. Бедро уже не болело, но после показанного кодамой в голове крутилась куча вопросов. Впрочем, анализировать буду потом.
Быстро поднявшись на ноги, я кивнул стоящей рядом Эйке и огляделся.
Та же площадка с Побегом, опрокинутые камни и с полсотни ёкай вокруг, которые смотрят на меня, как индейцы на высадившегося Колумба. Лисица стоит рядом, Нэко висит над плечом. Со стороны пролома доносится какой-то шум, но звуков боя не слышно. Оно и понятно. Кошка здесь — значит, всем раненым оказана помощь, а все неживые отправились туда, откуда пришли. Нэко свои задачи знает прекрасно.
Понимая, что нужно что-то сказать, я обвёл взглядом ёкай и громко произнёс:
— Здравствуйте! Я Таро Уэда. Тварь подохла, Побег в безопасности.
— Я Иори Говорящий с ручьями, старейшина этой деревни, — высокий кряжистый мужик вышел вперёд и смерил меня неверящим взглядом. — Мы знаем, как тебя зовут, брат. Но скажи: как ты смог выжить и вернуться?
Он был похож на медведя даже в своей человеческой форме. Вот не знаю, обитают ли медведи в Японии, но здесь они точно есть и зовут их мудзина. Ростом почти на голову выше меня, в плечах — в полтора раза шире, а ладони такие, что в каждую из них наверное поместится задница Ким Кардашьян.
Я словно в сказку попал про медведей и Машу. У мужчин в переходной форме — звериная морда, и вокруг меня сейчас находилось полтора десятка медведей в плетёных доспехах. Нет только Маши, но о ней мы сейчас спросим.
— Да нормально все, — пожал плечами я, немного смутившись от его взгляда. — Этот урод слишком неповоротливый, и у него получилось задеть меня только один раз. Потом его забрал Побег.
«Сожрал, если быть точнее», — добавил я про себя, поскольку вслух это говорить, наверное, не стоило. Священные деревья никого ведь не жрут. Они только помогают, избавляют, и напутствуют.
— Никто здесь не сомневается в твоих силах и умениях самурай, но дело не в этом, — Иори кивнул на Побег и снова посмотрел на меня. — Синее Древо запрещает нам уходить в Тонкий Мир рядом со своими ростками. Мы просто не можем этого сделать. Находясь в астрале, приближаться к ним тоже нельзя. Слишком много Силы разлито вокруг каждого Побега. Она вредна даже для деревьев. Поэтому все Побеги находятся на открытом пространстве.
— Прости, я этого не знала, — виновато вздохнула стоящая справа лисица.
— Да даже если бы знала, — хмыкнул я и, глядя в глаза старейшины, пояснил: — Мне не может повредить Сила Синего Древа. Я закрыт цепью из истинного серебра. Даже кодама для того, чтобы поговорить, пришлось найти меня лично.