Дьявольский коридор (СИ)

Чтобы успокоиться, Хейл прислушался к звукам воды, доносившимся с океана через приоткрытое окно. От воркования парочки внизу неприятно кололо в груди. Только одно приносило подобие облегчения – все два дня они не совокуплялись, как кролики, судя по разговору и внешнему виду обоих. Чарли радовал этот факт, но вызывало беспокойство то, в каком теперь состоянии находится Сэм. Если омега отказался от услуг отца на второй день, то мучился он, должно быть, не хило.
– Представляю, что сейчас творится дома. Нам не стоило возвращаться на день раньше, не предупредив их.
Услышав голос Галагера, донёсшийся с берега, Чарли приподнялся. Он надеялся, что ему померещилось, ведь три дня ещё не прошли!
– Брось, Майкл. Они, конечно, подростки, но не думаю, что всё так плачевно.
– Ты плохо знаешь своего сына?
Чарли вскочил с кровати, повернув голову в сторону окна, откуда доносились звуки с набережной. Они вернулись? Но как? Почему?
Чарли выбежал из своей спальни и рванул вниз, на кухню. Том и Сэм всё ещё были там.
Омега водил ложкой по тарелке с хлопьями, а отец без всякого энтузиазма пил кофе.
– Тебе пора уходить, – прямо заявил Чарли, когда Том поднял голову. – Майкл с Максом вернулись.
– Что? – удивлённо уставился на него отец.
Сэм, до этого не поднимавший головы, развернулся на стуле. Чарли хмыкнул – омега выглядел так, словно сейчас грохнется в обморок.
– Они идут сюда, – без прежней язвительности повторил Чарли. – Тебе надо уйти. Через запасной вход.
Майкл догадается в считанные секунды о том, что произошло. Запах недавней течки, запах секса, Тома, Сэма. Даже видеть не надо всех участников, чтобы разобраться в случившемся. Медлительность отца вызывала непонимание. Он что, хочет, чтобы Майкл убил его прямо в доме?
– Я не собираюсь бежать, – ровно произнёс Том.
Чарли показалось, что он ослышался. Неужели отец не понимает, что натворил?!
– Я поговорю с отцом, – встал из-за стола Сэм.
– Он всё поймёт, – игнорируя омегу, Чарли смотрел только на Тома. – Майкл тебя убьёт, если ты не сбежишь.
– Он здравомыслящий человек.
– Что ты несёшь? – пихнув его в грудь, Чарли сверлил отца колким взглядом. Невыносимо. Почему он так себя ведёт? Почему, чёрт возьми, он не пытается оправдаться и сбежать? Схватив отца за ворот рубашки, Чарли готов был ударить мужчину за его невозмутимость, за это смирение в глазах и стойкость принятому решению. Его начинало колотить от собственных каких-то неправильных эмоций, от этой чёрной злобы и гнева, которые окрашивали всё вокруг в чёрно-красные тона, от сочувствующего взгляда отца.
– Тебе надо успокоиться, – негромко произнёс Том, не пытаясь освободиться из сильного захвата сына.
Чарли почувствовал исходивший от отца тонкий запах страха и растеряно отступил на шаг, разжимая кулаки. Он заметил, как напрягся отец, будто ожидал нападения со стороны своего сына. Поведение отца, его эмоции оказались такими неожиданными, внезапными, словно кто-то ударил ножом со спины.
– Чарли, – взяв свои эмоции под контроль, Том с виноватым видом попытался приблизиться к сыну.
Чарли не мог поверить в то, что отец боится его. Как это возможно, чтобы отец боялся собственного сына? Злость отступала, только вместо неё появлялась дикая обида и непонимание – за что?
– Чарли, подожди, – Том попытался остановить сына, но тот ловко ускользнул, не позволяя прикоснуться к себе.
Зачем он так? Боится его, опасается, словно неизвестное чудовище! Чарли потрясённо сделал несколько шагов назад. Если даже родной отец боится его, то как поведут себя другие, когда узнают о том, что он не совсем обычный альфа? Том не имел права так смотреть на него – с такой жалостью и опасением, словно он и не человек вовсе!
– Кто дома есть?
– Ничего себе чистота, мы хоть к себе попали?
– Чарли! Сэм!
Том вышел из кухни первым.
– О, привет. Мы теперь всегда будем просить тебя присматривать за мальчиками, – втащив сумку в гостиную, произнёс Макс. – Как дела? А что у тебя кислая такая мина, а, Хейл?
Сэм в панике смотрел в сторону двери, но осмелился сделать первый шаг. Чарли не дал ему выйти, загородив дорогу:
 
– Не лезь, сами разберутся.
– Но…
– Под раздачу хочешь попасть?
Сэм остановился, замерев на месте. Воспользовавшись этим, Чарли закрыл дверь. Он знал, что Майкл вряд ли будет держать себя в руках, когда узнает правду, и ему не хотелось, чтобы Сэм услышал обидные слова ещё и от собственного отца.
На кухне стало настолько тихо, что Чарли слышал учащённое дыхание Сэма. Смотреть на него было жалко. Омега нервно грыз губы, поглядывая на закрытую дверь.
– Надо выйти, наверное, – предложил он.
– Они и без тебя всё поймут, – хмыкнул Чарли, для наглядности зажимая нос рукой. – Твой запах просто кричит о том, что тебя лишили девственности.
Сэм зло посмотрел в ответ.
– Тебе не надоело издеваться надо мной? – резко спросил омега.
– А тебе не надоело портить мне жизнь? – ответил Чарли. – Меня тошнит от твоего вида. Строишь из себя невинность, а сам, наверное, от счастья прыгаешь, что в твою сторону такой альфа, как мой отец, посмотрел.
От былой нерешительности Сэма и следа не осталось. Он с размаху заехал альфе кулаком в челюсть. Удар был несильным, но Чарли даже это порадовало. Больше всего он ненавидел, когда Сэм отмалчивался, закрывался от него в своём панцире, откуда его клещами не достать.
– Какая же ты сволочь, Хейл! – ещё раз ударив его, бросил омега. Чарли перехватил его кулаки, скрещивая руки и прижимая Сэма спиной к груди.
– А ты – нет? – в тон ему ответил Чарли. Он кожей ощущал напряжённость омеги, но не мог разжать руки и отпустить его. Своё состояние Чарли сваливал на злость, потому что не мог найти подходящее определение тому, что испытывал, когда держал Сэма в тесной хватке. Это было что-то одновременно похожее на желание убить и защитить, огородить от всех.
– Майкл, прошу, выслушай меня. Всё произошло внезапно. Я не знал, что делать, – донёсся до них умоляющий голос Тома.
– Не знал, что делать?!
Рычание Майкла даже через закрытую дверь казалось устрашающим.
Чарли ослабил хватку, да и Сэм, прислушиваясь к крикам за дверью, забыл, в чьих руках находится, и затих. На какое-то мгновение Чарли захотелось, чтобы этот скандал в гостиной никогда не утихал, потому что Сэм испуганно вцепился в его руки, словно и не было никаких оскорблений, словно он доверял ему всегда, несмотря ни на что. Чарли аккуратно погладил пальцы Сэма, чувствуя его дрожь и страх, но омега даже не заметил прикосновения. Сэм всегда боялся Майкла. Чарли это видел, но не понимал причины, потому что любому было понятно, что Галагер за сына в порошок сотрёт. Но Сэм отчего-то всегда зажимался в присутствии отца, старался ему угодить и всегда был вежливо учтив, наверное, поэтому сейчас крики Майкла так действовали на него.
Но именно сейчас Чарли впервые за всё время их знакомства с Галагером понимал альфу. Учитывая, что сделал Том много лет назад с Максом – его очередное «не было выбора» казалось насмешкой. Самое противное было понимать, что выбор у отца был – когда у Сэма началась течка, в доме не все были посторонними. Чарли вспомнил, как отец прогнал его, выставил из дома, запретив приближаться к Сэму. Сложно было поверить в то, что Том настолько хотел обладать омегой. Если бы ему захотелось молодого мальчика, отец мог его при желании всегда найти. Даже сейчас, в свои сорок, он оставался красивым мужчиной.
– Ты… моего сына…
В голосе Майкла звучала боль. Послышались хрипы Тома.
Чарли выпустил из рук Сэма, обеспокоенно покосившись на закрытую дверь. Когда послышались звуки драки и разбитых статуэток, Чарли вместе с Сэмом выскочил из укрытия.
– А кто виноват в этом? – теряя спокойствие, Том едва сдерживал натиск Майкла. – Как так получилось, что вы оставили Сэма одного? И почему, чёрт возьми, у него до сих пор никого нет? Ответь мне, Майкл, почему твой сын боится альф?!