Идущая сквозь миры (СИ)
— Что это? — спрашиваю.
Подозрения у меня есть, что это, но надеюсь, ошибаюсь. Увы.
— Это твой комплект белья на сегодня и потом. Дарю. На меня он в груди великоват, а тебе будет как раз. Переодевайся. Я не смотрю. Зеркало с обратной стороны на дверце гардероба.
И она действительно, чуть ли не по пояс залезает в этот свой гардероб, шурша там чем-то.
Немного скованно прячусь от Ярославы за дверцу. Весьма неловко, что тут рядом со мной именно она, сестра Яна. Быстро переодеваюсь. С нижней частью все прошло легко, а вот верхнюю я все не могла понять. В конце — концов не выдержала и позвала Ярославу.
— Яра, помоги, пожалуйста. Я немного запуталась — чувствую, стою совершенно красная.
— Повернись спиной — командует девушка.
Я делаю, что она говорит, и через секунду слышу:
— Все. Теперь просунь руки в эти полосочки, чтобы они лежали на плечах и готово.
Делаю, как она говорит, и долго смотрю на себя в зеркало. Это просто… Даже слов не могу подобрать. Развратно? Красиво? Черное кружево идеально оттеняет мою белую кожу и руны на теле, подчеркивая их, но и, в то же время, сглаживая. Из самолюбования меня вырывает голос Ярославы:
— Думаю, тебе подойдет сарафан. Я обычно такое не ношу. Вообще не знаю, зачем его купила.
И она протягивает мне яркое синее платье без рукавов.
— Эммм, Ярослава, я не могу такое надеть, будет видно мои руны — говорю с сожалением.
— Ерунда. В нашем мире никто даже не обратит внимания на это. А если и глянут, то решат, что ты крутая девчонка — невозмутимо отвечает Яра, все так же держа платье на вытянутой руке.
Тогда я решаюсь и надеваю его. Непонятной текстуры ткань приятно ложится к телу, непривычно обтягивая фигуру. В глубоком вырезе видно ложбинку между грудями, тонкие бретели красиво обрамляют плечи. Подол едва прикрывает колени, и я растеряно смотрю на эту длину.
— Что? — спрашивает Ярослава, глядя на меня и довольно улыбаясь.
— У нас не принято носить такое короткое — говорю едва слышно.
— Раяна, прекращай мерить МОЙ мир своими рамками. Вы сейчас пойдете гулять, и ты убедишься, что подобная длина сарафана — это очень целомудренно. И постарайся не падать в обморок при виде встречных девушек в микро юбках и шортах а-ля нижнее белье — на последней фразе Ярослава совсем не по-женски фыркает и протягивает мне тоненькую голубую кофточку. — Это на случай, если тебе будет холодно. Пошли. Мужчины уже давно собрались, а ты все копаешься.
Когда я вышла, мои спутники уставились, словно у меня две головы выросло. Ян промолчал, только улыбнулся, а вот Хэйд не сдержался.
— Ух! Какая ты красивая — и столько восхищения было в его словах, что я невольно улыбнулась и почувствовала, как в груди потеплело от его такого искреннего признания.
А потом я перевела взгляд на Яна и в груди запылало. Он такими горящими глазами на меня смотрит, словно нет никого желаннее в целом свете. Чувствую, что щеки мои привычно наливаются краской и опускаю взгляд.
— А это на ноги — говорит Ярослава, о присутствии которой я уже успела забыть, протягивая мне белые туфли, наверное.
— Это летние мокасины — видя мой удивленный взгляд, объясняет Яра. — Ян поможет тебе их обуть, а я побежала на работу, увидимся вечером.
И махнув нам рукой, она выскакивает за дверь.
— Садись сюда — говорит Ян, показывая на тумбочку.
— Я тоже выйду в лавку, потом заберете меня, как соберетесь — вмешивается Хэйд и убегает, хлопнув дверью.
Присаживаюсь на тумбу. Ян садится на колени, берет мокасин, а потом мою ногу. Богиня, какие у него горячие пальцы, как приятно. Гусиная кожа моментально покрывает сначала мои ноги, а потом и меня всю.
— Ты замерзла? — спрашивает и смотрит внимательно огромными зрачками.
Отрицательно качаю головой, не в силах сказать хоть слово. А он продолжает на меня смотреть, поглаживая голень. Медленно вверх, слегка щекочет под коленкой и также медленно вниз по внутренней стороне. Потом берет стопу и надевает на нее обувь, аккуратно завязывая тесемки. А я смотрю на его склоненную голову, хочу поднять руками за подбородок и поцеловать жадно, до боли в губах, но боюсь это сделать. Поэтому только сижу, вцепившись, сжатыми в кулаки руками, в подол сарафана.
Потом Ян берет вторую ногу, проделывает с ней те же манипуляции, а затем, прежде чем отпустить меня, наклоняется и целует жаркими губами мою коленку, вызвав у меня невольный вздох. Он резко вскидывает на меня глаза и смотрит пристально, придвигается ближе, приподнимается, но не встает с колен, упирается руками в тумбу с двух сторон от моих бедер. Наши глаза на одном уровне, наше дыхание смешивается. Ян медленно приближает свое лицо к моему и останавливается в миллиметре. Я не выдерживаю и делаю ответный рывок, прижавшись голодными губами к его рту. И все, мы пропали. Нет больше никого и ничего, кроме нас двоих. Кроме его рук на моих бедрах, его рта на моих губах, нашего одного дыхания на двоих и хриплых, рваных стонов.
— Эй, ребята, вы еще долго!??! — слышу крик за дверью и неожиданно дергаюсь.
— Тихо, Раяна, все в порядке — Ян успокаивающе меня поглаживает, поправляя задравшийся сарафан, походя оставляет горячие и едкие поцелуи-укусы на шее и плечах. — Надевай кофточку и пошли. У меня для вас приготовлена отличная прогулка.
Ян встает, протягивает мне руку. Как он может быть так бодр и спокоен, словно не он только что так жадно и неистово целовал меня? Встаю, ноги еще дрожат и дыханию далеко до нормы. Накидываю кофту, чувствуя себя немного обиженной… почему — то.
Выходим на лестницу, где нас ждет Хэйд. Довольно улыбается, как кот, наевшийся сметаны.
— Ну что, пошли гулять? — спрашивает Ян.
Да пошли уже, хоть куда, дую губы. И тут же неожиданно получаю в них быстрый, но жадный поцелуй за спиной ничего не подозревающего Хэйда. И горячечный шепот в ухо:
— Не дуйся, сладкая. Всему свое время.
Ох, и снова дурацкие мурашки по телу, но теперь уже от предвкушения.
Глава 28
Раяна
Сначала мы ехали в трамвае. Это такая странная повозка без лошадей, едет очень быстро по рельсам, громко торохтит и дергается из стороны в сторону. Скажу честно, передвигаться в ней было страшновато, хорошо, что рядом сидел Ян и держал меня за руку. Вообще, такое множество звуков и запахов действовали на меня дистабилизирующе. И если бы не мои спутники, я бы сорвалась, но они своим физическим и душевным теплом окружали меня, как защитным коконом. Хотя…, в этом не магическом мире, вряд ли я бы наделала что-то очень плохое. Все-таки мои эмоции привязаны к магии, а ее тут нет.
Вышли мы довольно быстро, и Ян повел нас в парк. Я впервые каталась на качелях. Это жутко и очень весело. Сердце стучит где-то в горле, но дикий восторг заставляет смеяться. Очень смешанные чувства, непонятные, острые и завораживающие.
Вторым местом, которое мы посетили, был зоопарк. Удивительных зверей мне удалось увидеть, а некоторых даже подержать на руках и погладить. Правда, животные не очень хотели ко мне идти, их больше привлекал Хэйд. Вот к нему они просто липли, особенно забавные обезьянки. Очень смешно было видеть, как Хэйд старательно отмахивается от их попыток выискать у него блох, или настойчиво покормить его кусочками фруктов. Мы с Яном хохотали вголос и до слез.
Следующей остановкой был МакДональдс. Это такое кафе, так в этом мире называется место, где можно быстро поесть. Увы, единственное, что мне тут понравилось — это латте. Бутерброд был странного вкуса, а, так называемый картофель фри, вообще очень сильно напоминал соленый картон (данное слово подсказал Ян, когда я пыталась объяснить свои ощущения). Но, это только мое мнение. Мужчины с удовольствием съели по два таких бутерброда, а картошку вообще смели за секунду.
Поскольку я осталась голодная, то мне отдельно купили шаурму. Это ужасное нечто, завернутое в съедобное полотно. Есть прилюдно такое невозможно: кусочки этого блюда вылезают со всех сторон, соус капает и пачкает рот, руки, одежду. Это кошмар, а не еда! Как они все живут, потребляя подобное??