Каратист: яростный кулак. Том 2 (СИ)
Двое из беглецов вернулись. Подхватили Йети и потащили к выходу. Пыхтели от натуги.
Коричневый пояс пробежал мимо меня. Я с усмешкой поклонился. Тот провел пальцем по горлу.
— Встретимся, причем очень скоро, — ответил я.
Они вылетели из зала. Как стайка перепуганных голубей.
У нас наступила тишина. Тогда Щепкин осмотрел нас. Грозно насупив брови.
— Вы чего это, а? — спросил он. — Ваще нюх посеяли? С дуба рухнули? Смелов? Бурный?
Поглядел на меня.
— Ермолов! Без тебя здесь точно не обошлось! Чего лыбишься?
Я и впрямь дерзко смотрел на него. И улыбался.
— Мы ведь победили их, сенсей. Надрали задницы. До блеска. Так что вы должны хвалить нас. А не ругать.
Щепкин покачал головой. Потом улыбнулся.
— Ладно. Только из-за этого прощаю. Если бы проиграли, я бы превратил вашу жизнь в ад. А так пока что двести отжиманий. Быстро! Упор лежа! Начали! Да, кстати. Бурный, иди умой рожу. А ты, Ермолов, сделаешь триста. Нет, четыреста!
Когда все закончили, я еще столько же отжимался на кулаках. Крылов сидел рядом. Считал.
После этого Щепкин объявил, что занятия закончены. Но оставил нас со Смеловым и Бурным. Ясное дело. Сейчас мораль будет читать.
Типа, недостойное это дело. Недостойное звания комсомольца. И надо всячески избегать таких ссор. Жить в мире и согласии. Быть белыми и пушистыми.
Тренер сурово смотрел на нас.
— Какого хера вы не поджарили их на костре? И не заставили бежать отсюда, как ошпаренных? — спросил он.
Я удивился. Не совсем то, чего я ожидал. А Щепкин продолжал:
— Я хочу, чтобы в следующий раз вы весь дух выбили из этих придурков. Только соблюдайте технику безопасности. Не убейте там никого. Не хватало еще неприятностей с законом.
Это другое дело. Щепкин указал на меня пальцем.
— Особенно ты, хунвэйбин. Поосторожнее там. Своими железными кулаками.
Ну, раз так, я кивнул. Чего же не выполнить распоряжение сенсея?
— Ладно, а теперь проваливайте, — сказал Щепкин. — Ах да. Ермолов, тебе же на пояс сдавать надо. На этой неделе экзамен. Я договорился. А через месяц еще. Чтобы к следующему турниру ты был цветастый. Как полевой букет.
Мы выскочили из зала. Побежали переодеваться. А потом по домам. Снаружи меня ждал Крылов. Чего он такой прилипчивый?
— Я знаю, где находится клуб Белого лотоса, — сказал Смелов, когда мы вышли на улицу. — Надо тоже налететь на них. Это люди Лаврова. Устроим им сладкую жизнь.
На том и решили. Разъехались. Мы с Крыловым в общагу. А Бурный и Смелов по домам. Завтра я хотел навестить дядю. И Ромку. Узнать, что там у него с Нокиным. Разрулить.
А пока что, на сегодня все. Хватит. Пора и честь знать. Отдохнуть.
Мне еще надо подготовиться к учебе. На этой неделе начинаются занятия. Закончились каникулы Бонифация.
— Я думал, он его сейчас вырубит, — сказал Олег. Мы ехали обратно на метро. — Такой здоровенный. Хорошо, что ты догадался насчет ног.
Я молчал. Думал насчет того, как быть дальше.
Мы вышли из метро. Прогулялись до станции. Я подумывал о том, чтобы сходить в ближайший парк.
Там можно сделать хорошую тренировку. До самой полуночи. А потом завалиться спать. Вот только надо сумку оставить. С ги. И взять воды.
Но мои планы были разрушены. С самого начала.
Возле общаги крутилась симпатичная девушка. Стояла к нам спиной. Глядела на окна.
Сзади вид очень хороший. Можно смотреть вечно, как на горящий огонь и текущую воду.
— Ух ты, какая, — возбудился Олег. — К кому это она? Кто этот счастливчик?
Девушка обернулась. Я мгновенно увял. Это же Юля. Собственной персоной. Как она нашла меня?
— О, привет, а я тебя жду, — девушка подошла ко мне. Поцеловала в губы. Как ни в чем не бывало. — А это кто? Тоже каратист?
Крылов приосанился. Кивнул.
— Совершенно верно. Я тоже каратист. И уже скоро буду получать очередной пояс.
Юля вежливо кивнула. Взяла меня под руку.
— Витя, нам надо поговорить.
Олег отстал. Моргал и подмигивал мне. Самым недвусмысленным образом. Мы отправились вокруг здания. Девушка держала меня за руку.
— Какой же ты негодяй, Витя, — сказала она. — Ты мне ничего не сказал.
О, дьявол. О, паскудство. Она узнала про Настю. И готова закатить скандал. Только не это.
Я повел девушку подальше. Чтобы никто из знакомых не видел, как она будет выцарапывать мне глаза. Остановились под раскидистым кленом.
Вокруг уже стемнело. День умирал. Вечер вступил в права.
— Нельзя же быть таким скрытным, — странно, но Юля не выглядела разгневанной. — Почему ты мне ничего не сказал? Не похвастался?
Наоборот. Очень даже миленькая. Красивая. Она оглянулась по сторонам. Обняла меня и поцеловала. Сама. Очень страстно.
Как неожиданно. Обычно я сам иду в наступление. А тут на меня напали. И сразу отобрали волю к сопротивлению.
Мы целовались пару минут. Еле как я оторвался от сладострастницы.
Она стояла, тяжело дыша. Явно возбужденная. Глаза сверкали. Причем не от ярости. А от страсти.
— Я сижу в общаге, чай пью, а Вика говорит, эй, это же твой парень, — сказала Юля, прижимаясь ко мне. Как тигрица к олененку. — Глянь, а там действительно твоя фотография. В газете. В двух местах. В новостях и в спортивной рубрике. В одной заметке говорится, что ты спас людей от пожара. А в другой, что ты выиграл городской турнир по карате. Ну, Витя, как ты мог скрывать от меня?
И она снова бросилась в атаку. На меня. Ничего не желала слушать. Прижала к стволу клена. И принялась страстно целовать.
От ее страсти с дерева полетели листья. Осенний листопад. Наверняка за нами неодобрительно наблюдали птички. Сонные птички на дереве. Те, что еще не улетели на юг.
Я пытался отбиться. Но безрезультатно. Влюбленная девушка сильнее бычка и Йети, вместе взятых. Она прижала меня к дереву.
Воспользовалась тем, что вокруг пустынно. И проникла ручками мне под рубашку. Шаловливыми ручками.
Против воли, я тоже прижал ее к себе. Хотя она и так словно прилипла. Приклеилась грудью.
От чего я тоже немножечко потерял голову. И даже начал сам лезть девушке под блузку. Своими шаловливыми ручками.
Минут десять под кленом не слышно ничего. Кроме пылких поцелуев. И шуршания одежды. И даже тихих постанываний.
Во избежание двусмыслия сразу скажу, что мы лишь ласкали друг друга. Руками. На честь девушки я не покушался. Хотя она была не против. Очень даже не против.
— Поехали к тебе на дачу, — прошептала она мне на ухо. Очень страстно. — Прямо сейчас. Не откладывая.
Надо же. Дача становится популярным местом. Курортом.
Но есть две закавыки. У меня нет ключей. А во-вторых, я уже был там ночью с одной девушкой. И вторая девушка за сутки — это, пожалуй, перебор.
Самураи прошлого вряд ли одобрят. Скажут, променял путь воина. На сладенькое место между ног красотки.
А ведь у меня длинный путь. И с него нельзя сходить. И если сойду, то уже трудно вернуться. Таков путь.
Короче говоря, я покачал головой.
— Не могу, Юля.
Девушка вспыхнула. Не привыкла, когда ей отказывают. Наоборот, любит, чтобы ее капризы выполняли. Особенно когда она предлагает себя.
— Ты не хочешь? Но почему? Ты до сих пор обижен на меня?
Спросила вежливо. Но в глазах отчетливо читалось: ты идиот? Или притворяешься?
Кто в здравом уме откажется от такой красоточки? Только евнух или импотент. Да и тех она все равно способна возбудить.
Я вздохнул. Ох, как опасна стезя воина. Какие только испытания не встают на этом пути. Ох, тяжко мне, тяжко.
Но все равно покачал головой.
— Нет, Юля. У меня планы завтра с утра. Очень важные.
Девушка все поняла. Отстранилась. Очень резко. Глаза вспыхнули огнем. Весьма опасным.
— Ясно. Все с тобой ясно, Витенька. Ты не хочешь быть со мной. Ну смотри, пожалеешь.
Ну, зачем же так.
— Подожди, — я потянулся к девушке. — Давай не будем. Мы же друзья. Давай по-хорошему.