Тирамису для одинокого детектива (СИ)
– Не хочу. Я хочу, чтобы моя мама жила. Но взяв у вас эти деньги и согласившись на ваши грязные условия, я потом до конца своих дней, буду терзаться, какой ценой мне всё это досталось. Я сама соберу эти деньги и надеюсь, успею спасти мою маму, – Екатерина выдернула руку из его ладони и подошла к цветам, намереваясь их вытащить из воды, но резкий голос Елагина прервал её намерения.
– Оставь цветы! Не стоит швырять их мне в лицо. Я принёс их не для этого. Мне очень жаль, что ты не поняла меня и перевернула моё предложение подобным образом. Не хочешь и не надо. Я действительно хотел просто помочь, не требуя от тебя ничего взамен, как ты полагаешь. Только знаешь, прежде чем я уйду, мой тебе совет на прощание, – он подошёл ближе и пристально всмотрелся в её глаза. – Прежде чем делать поспешные выводы и бросать их в лицо, подумай и загляни человеку в душу. Возможно, ты удивишься тому, что сможешь там обнаружить. Мне очень жаль, что наш разговор снова состоялся подобным образом. Я не хотел тебя обидеть… – Елагин развернулся и стремительно пошёл на выход из кабинета.
Когда дверь за ним закрылась, Екатерина опустилась в кресло у стола и, обхватив голову руками, расплакалась. Конечно, он был прав, ей очень нужны были эти недостающие деньги. Потому что вчерашний разговор с врачом и очередной приступ мамы, дали ей чётко понять, что каждая последующая неделя неотступно вела близкого ей человека к неминуемой гибели. И она ничем не могла ей помочь, потому что стоимость операции и период реабилитации и ухода в больнице ей было не потянуть. Её заработная плата была хорошей, но тех денег, которые требовались прямо сейчас, у неё не было.
Катерина опустила голову на перекрещенные руки и заплакала уже в голос.
Елагин нервно перебирал в телефоне контакты и когда Рокотов ответил, сразу начал с раздачи поручений.
– Иван, я знаю, что у тебя сейчас хватает работы, но если не можешь сам, подключи кого-нибудь.
– Слушаю, Игорь Сергеевич.
– Мне нужно, чтобы ты нашёл в Воронежской области воинскую часть, где служит брат Онегиной. О нём слишком мало информации в том источнике, что вы предоставили.
– Вы не просили искать подробности жизни её родственников, только о ней самой.
– Ты прав. Так вот, найди эту часть и надави на кого следует, чтобы оставили парня в покое и дали дослужить до положенного срока. Кстати, с ним самим тоже проведите беседу. Пусть прекратит звонить своей матери и тем самым укорачивать ей жизнь. Ты меня понял?
– Понял, сделаю.
– Спасибо. Как с нашим делом?
– Пока никак. Воропаев пока безрезультатно объезжает всех Вавиловых. Вы же получаете его отчёты по телефону.
– Ты прав, получаю. Просто лишний раз уточняю. Я буду в Барнауле завтра в семь утра. Сегодня у меня ещё дела в Москве. До связи.
– До свидания, Игорь Сергеевич.
Елагин дал распоряжение водителю, и немного постучав корпусом телефона по кожаному сидению автомобиля, снова поднёс его к лицу. Перебрав контакты и остановившись на номере Онегиной, поднёс палец к кнопке вызова, но немного подумав, отложил смартфон в сторону.
Понимал, что взаимных упрёков и обвинений вполне достаточно на сегодня и усугублять то, что снова оказалось, разрушено, он не собирался. Сейчас главное решить основное дело, а обсудить ещё раз всё, что он хотел с этой строптивой девчонкой, у него ещё будет время. Изменив решение о возвращении в гостиницу, он попросил водителя ехать в аэропорт и, отбросив в сторону мысли о Катерине, полностью сконцентрировался на своих текущих делах.
****
Просёлочная дорога осталась позади полчаса назад, и машина такси, делая бесконечные повороты, увозила Марго и детей всё дальше от деревни, где она сделала небольшую вынужденную остановку, чтобы отдохнуть, поесть самой и накормить детей.
Хозяйка дома, о которой ей рассказал водитель, оказалась очень приветливой и разговорчивой женщиной. Позволив им выкупаться, накормила вкусным обедом и в нескольких словах рассказала о леснике, который живёт уединённо на дальнем кордоне у озера. По словам женщины о мужчине почти никто и ничего не знает. Он появляется в деревне раз в неделю и приходит к ней за домашним молоком и творогом. Человек положительный, но нелюдимый и практически не покидающий леса.
Машину сильно тряхнуло на очередном ухабе, и Марго, прервав мысли, посмотрела на детей. Их длинный путь вместе, наконец, близился к концу. Мальчишки крепко спали. Дорога изрядно измотала их. Она чувствовала за собой неимоверную вину, что потащила их в такую даль и подвергла подобным испытаниям. Хотя маленькие мужчины не жаловались, держались стойко и ни словом, ни делом не высказывали ей своего недовольства от этой поездки.
Рита улыбнулась и погладила Лёшку по щеке. Уже не один раз благодарила бога за то, что этот маленький мужчина появился в её жизни. Не знала, чтобы она делала без него. Всю дорогу он как взрослый сменял её каждый раз, когда она понимала, что силы на исходе. Когда валилась с ног от усталости и глаза невольно закрывались, и она проваливалась в сон, забывая о том, что у неё на руках маленький ребёнок. Проснувшись, обнаруживала себя укрытой пледом, а Лёшку рядом с малышом, неотрывно следившим за ним и даже пару раз кормившим из рожка кашей, которую он брал неизвестно откуда и на все её вопросы лишь отшучивался и говорил, что настоящий мужчина всегда найдёт выход из сложившейся ситуации. Безумно была благодарна ему за то, что продолжал хранить её тайну, и каждый раз общаясь отцом, не выдал её ни словом, ни делом.
Коснувшись губами лобика Саньки, который спал на её руках, она подняла голову и посмотрела на водителя в зеркало заднего вида.
– Простите, долго нам ещё ехать?
– Мы подъезжаем. Развилка вон за теми деревьями, – мужчина показал рукой вдаль на густую поросль молодых сосен.
Марго подняла глаза в ту сторону, куда указал водитель, и сердце почему-то волнительно забилось в её груди. Понимала, что всего через несколько минут, она увидит отца, которого не видела долгих девять лет. За время дороги они общались всего пару раз. Когда остановилась в деревне, снова попыталась связаться с ним, но связь оказалась неустойчивой и голос отца она слышала плохо.
Рита осторожно коснулась пальцами плеча Лёши и попыталась разбудить его.
Алексей открыл сонные глаза и, посмотрев в стекло, перевёл свой слегка рассеянный взгляд на неё.
– Мы приехали?
– Да, мы подъезжаем. Просыпайся, дорогой. Ещё немного, и мы будем на месте, и ты сможешь, наконец, нормально выспаться.
– Я хорошо поспал. Всё нормально. Это ты совсем не отдохнула, у тебя тени залегли под глазами, – он нежно провёл пальцами по её щеке.
– Ничего. Уже конец нашего длинного пути, и я тоже отдохну, – она поцеловала его в щёку и, подняв голову, снова посмотрела в стекло, пытаясь вернуться мыслями к отцу.
Через несколько минут машина остановилась у развилки дороги. Расплатившись с водителем, Марго покинула автомобиль и, опустив багаж у своих ног, внимательно осмотрелась по сторонам.
Вокруг не было ни единой живой души. Густая поросль хвойных деревьев казалось, простиралась бесконечно, опоясанная узкой колеёй лесной дороги и широким полем, усеянным цветочным разнотравьем.
– Здесь никого нет. Нас никто не встречает, – тихо произнёс Лёшка, тоже осматриваясь по сторонам. – Может, этот человек просто опоздал или забыл о нас?
– Сейчас, дорогой, я попытаюсь ему позвонить, – Марго передала в руки мальчика сына и открыла сумочку, чтобы достать телефон, но неожиданный шум мотора на лесной дороге, заставил её стремительно поднять голову.
Старенький УАЗ резко остановился у края леса.
Рита не могла рассмотреть человека в кабине и потому затаив дыхание, смотрела в его сторону и не решалась тронуться с места.
– Это он? – Лёшка осторожно коснулся пальцами её руки.
– Не знаю, дорогой. Скорее всего, – она, не отрывая взгляда, смотрела в лобовое стекло машины и когда дверь водительского места приоткрылась, она почувствовала, как её сердце бешено застучало в груди.