Тирамису для одинокого детектива (СИ)
– Правильно! – Марго разомкнула его руки. – Так для меня и моего сына будет лучше. Мы живём спокойно и знаем, что нас никто и никогда не предаст.
– Что ты такое говоришь? – он взял её за руку и снова притянул к себе.
– Знаешь, Воропаев, я любила тебя и мечтала о счастливом будущем. Собиралась выйти за тебя замуж, рожать и воспитывать твоих детей, но с тобой осуществить всё это оказалось попросту невозможно.
– Почему?
– Потому что ты, как волк, которого сколько не корми, он всё равно в лес смотрит.
– О чём ты говоришь? Ведь всё то время, что мы вместе, я ни разу не обманул тебя и не причинил боли.
– Не обманул? – она едва не захлебнулась от ярости. – Понимаю, связь с бывшей женой, обманом не считается, ведь у вас это всё по-семейному.
– Что ты несёшь? Я и Елена, давно чужие друг другу люди. Я не прикасался к ней с момента как она, изменив мне, уехала со своим любовником заграницу.
– Ну, видимо её возвращение поспособствовало тому, что вы потянулись друг к другу.
– Рита, ты хоть сама себя слышишь?
– Воропаев, умей признать свою вину. Хватит оправдываться.
– Какую вину? Меня не было дома в тот день, когда она приехала, и ты застала её в нашей квартире. Я вернулся лишь поздно вечером, когда уже обнаружил отсутствие твоих вещей.
– И поэтому она разгуливала по твоей квартире, в чем мать родила, когда я открыла дверь своим ключом. Как она попала в нашу квартиру? Может, объяснишь?
– Я не забрал у неё ключи, после развода. Я ведь не думал, что она когда-нибудь захочет ими воспользоваться. Рита, послушай меня. Я тебе клянусь всем самым дорогим в моей жизни, я не был в квартире, когда она приехала. Поверь мне, прошу тебя. Дай мне ещё один шанс, доказать тебе, что я ни в чём не виноват.
– Нет…
– Почему?
– Потому что этих шансов у тебя не осталось. И главное… – она немного помедлила. – Я больше не люблю тебя, – она обошла его и направилась на выход, но тут же на пороге была перехвачена его руками.
Воропаев крепко прижал её к себе и, несмотря на её яростное сопротивление, накрыл её губы своими.
Хлёсткие удары её рук обрушились на его спину и лицо, но Александр казалось, не чувствовал ничего. Крепко прижимая её к себе, он ласкал её губы и нежно проводил пальцами по её спине.
Рита на мгновение затихла в его руках, и когда он отпустил её, она подняла на него глаза, полные слёз.
– Зачем ты делаешь это, Воропаев?
Он горько усмехнулся.
– А зачем я вообще хожу за тобой уже четыре месяца, как привязанный. Караулю дома и на работе. Потому что я не могу без тебя. Не могу, понимаешь. Все в моём доме напоминает о тебе. Каждая кружка куплена твоими руками, каждая салфетка и полотенце. Ты думаешь так легко избавиться даже мысленно от человека, с которым связаны лучшие воспоминания твоей жизни?
– А ты думаешь, мне было легко в первое время… – она отошла от него в сторону и, опустившись у стены на корточки, склонила голову. – Я ведь думала, с ума сойду, после того как на крыльях прилетела к нам домой с полными сумками вкусностей и хотела рассказать тебе о своей беременности. Думаешь, мне было легко увидеть твою жену, разгуливающую по твоей квартире голой и демонстрировавшую мне сытую удовлетворённую радость на лице, будто бы она только вылезла из твоей постели.
– Ритка… – Александр присел с ней рядом. – Послушай меня, – он взял её лицо в свои ладони. – Не было у меня с ней ничего, и быть не может. В тот день, когда ты пришла, меня не было дома. Чёрт подери, я не знаю, как тебе это доказать. Ну, послушай меня, давай оставим все обиды, умоляю тебя. Дай шанс и мне и себе. Мы должны быть рядом ради Сашки. Я ведь с момента как догадался, что он мой сын места себе не нахожу. Я ведь люблю, люблю вас обоих, – он смотрел в её глаза, не отрывая взгляда. И как только заметил, как по её щекам покатились прозрачные слезинки, склонился и, нежно собрал губами солёные капли с её кожи.
– Давай, попробуем начать всё сначала. Ведь я чувствую, ты любишь меня до сих пор… – он коснулся губами её мокрых ресниц.
Она крепко обхватила его руками за плечи и уткнулась лицом в его рубашку.
– Забирай малыша, и поедем ко мне. Я безумно соскучился. Поедем. Я комнатку для него оборудовал.
Рита подняла на него глаза и улыбнулась.
– Правда?
– Правда. Хочу, чтобы он её освоил, как можно быстрее. Ну, иди за ним.
Рита молча кивнула и поднялась на ноги.
– Я сейчас… – она стремительно направилась на выход из комнаты.
Воропаев поднялся на ноги и, остановившись у стены, прикрыл глаза и улыбнулся.
Его трудный, уложившийся в несколько месяцев марафон, наконец, закончился и теперь он мог вздохнуть, наконец, свободно. Уже сегодня и Рита, и сын будут рядом и он, наконец, почувствует полное облегчение и долгожданный покой.
Внезапно зазвонивший телефон в кармане его брюк, заставил его прервать мысли и с улыбкой посмотреть на экран. Но тут же его настроение резко испортилось.
– Да.
– Саша, у меня проблемы с жильём, – раздался в трубке жалобный голос Елены.
– Какие ещё проблемы? Что ты выдумываешь?
– Хозяйка отказала мне в проживании и сказала, что вернёт деньги за те месяцы, что ты оплатил на год вперёд.
– А в чём дело?
– Её дети переехали в Питер и им негде жить, поэтому мы с Алексеем съезжаем сегодня. Я хотела попроситься пожить у тебя, пока мы не найдём новое жильё.
– Лена, это невозможно, я…
– Что значит невозможно? Это, между прочим, твой сын. Ты и так не принимал участия в его воспитании четыре года, а теперь хочешь, чтобы мы с ним ещё и ночевали на улице, – она повысила голос.
– Прекрати кричать! Я не хочу, чтобы вы ночевали на улице. Подожди немного, я забронирую для вас номер в гостинице.
– Номер? Воропаев ты сбрендил? Я вернулась в Питер насовсем. Насовсем понимаешь? Я буду искать работу, сына оформлять в новую школу. И ты полагаешь, что нам всё это предоставят, если мы будем жить в гостинице?
– А что ты хочешь, чтобы я сделал? Прописал вас обратно?
– А почему нет? Ты несёшь ответственность за сына, а я его мать. Я родила его тебе.
Воропаев обречённо коснулся рукой головы и тут же перевёл взгляд на улыбающееся лицо Риты, которая стоял на пороге зимнего сада с малышом на руках. Она показывала ему пальчиком на него и что-то шептала ему на ухо.
– Ты что молчишь? Ты меня слышишь? Воропаев, я к тебе обращаюсь, между прочим. Так мы можем приехать к тебе сегодня? – кричала в трубку Елена.
– Я заеду за вами сам. Где вы находитесь? – тихо произнёс Воропаев в трубку.
– Там, где ты нас оставил в прошлый раз. Мы на чемоданах. Поторопись, пожалуйста, мне ещё передать ключи хозяйке нужно.
– Через час буду.
– Хорошо, – Елена повесила трубку.
Воропаев убрал телефон в карман, подошёл ближе к Рите и, остановившись рядом, нежно погладил малыша по волосам и, склонившись, коснулся губами его щеки.
– Саш, что-то случилось? Куда и за кем ты поедешь?
– Ритуль, понимаешь… – он взял её пальцы в свою руку и коснулся их губами. – Елене с сыном отказали в съёмной квартире, и мне придётся…
– Понятно… – она развернулась, чтобы уйти.
– Рита, подожди. Куда ты уходишь?
Она резко обернулась.
– Куда? Я еду домой. Ребёнок устал и ему пора спать. Благо у нас с ним есть свой дом и нам не придётся делить его с твоей первой семьёй.
– Ритка, ну как ты не поймёшь, Лёшка ведь тоже мой сын, и я обязан думать и о нём.
– А твоя бывшая жена так в довесок? Слушай, Воропаев, ты или дурак или прикидываешься. Ты что не понимаешь, зачем она заявилась к тебе сразу же после развода с Дэвидом?
– Зачем?
– Твоя жена приспособленка и ей всё равно с кем жить под одной крышей. Лишь бы было уютно и комфортно, и пока у неё нет никого более подходящего, сгодишься и ты, а потом за ненадобностью, она снова тебя вышвырнет. Только я не подбираю то, что вышвыривают другие. Я, знаешь ли, более избирательна в этой жизни. И не смей больше появляться в нашей с Сашей жизни и клясться мне в вечной любви. Тебя для нас больше нет.