Тирамису для одинокого детектива (СИ)
– Да, она сегодня такую вкуснятину приготовила, только помогать ей не разрешила, – Лёшка грустно улыбнулся.
– Моя мама считает, что мужчинам на кухне не место. Особенно когда она творит свои шедевры. Ну, пойдёмте… – Марго подхватив с травы сына на руки, направилась к дому, но зазвонивший телефон в руке, заставил её резко остановиться на месте.
Она взглянула на экран и тут же перевела слегка растерянный взгляд на Воропаева, поспешно передавая ему сына.
– Это папа. Идите в дом, я вас догоню, – Марго развернулась и, сделав несколько шагов в сторону сада, остановилась. – Да, папа… Здравствуй! Да, рассказывай. У тебя всё в порядке? Господи, как я рада. Сколько ты ещё там пробудешь? Пока не знаешь… А разместился где? В гостинице. Понятно. Папа, я должна тебе сказать что-то очень важное. Что-то, что я надеюсь, поможет тебе бороться дальше с новой силой. Нет, хорошее. И надеюсь, для тебя эта новость не станет такой неожиданной, как для меня, – Марго улыбнулась и, сжав телефон пальцами, стремительно направилась вглубь аллеи.
Глава 25
Спустя два часа, поужинав и приняв душ, Рита расположилась с книгой в руках в постели. Чтение не шло на ум и потому, когда Воропаев, наконец, покинул ванную комнату и прилёг рядом с ней на постели, она отложила книгу в сторону и, приблизившись, опустила свою голову ему на грудь.
– Знаешь, я сегодня приступил к работе в офисе Томашевского, – он посмотрел на неё и, подняв руку, нежно провёл пальцами по её волосам.
– Серьёзно? И как тебе новая работа?
– Знаешь, попытался в первый же день устранить бардак, который царит там повсюду.
Марго улыбнулась и, подняв глаза, посмотрела на него.
– Ты, как всегда, пытаешься сделать всё и сразу. Аккуратист ты мой… – она погладила его рукой, лаская кожу.
– А как иначе. Во всём должен быть порядок. Нет, знаешь, я всякое видел, но такого, чтобы в офисе… – он резко поднялся и присел в постели. – Представляешь, у них не было даже камер на улице. Это же никуда не годится. Сегодня высказал всё Томашевскому по полной программе.
Марго присела с ним рядом и с улыбкой посмотрела на него. Она слушала ещё несколько минут его гневную браваду относительно проблем офиса Эльдара, и когда заметила, что он перешёл на громкие обвинительные восклицания, обхватила его пальцы своей ладонью.
– Саша, я беременна…
Когда она почувствовала, как он резко замер и перестал говорить, то перевела свой взгляд и посмотрела ему прямо в глаза.
Воропаев смотрел на неё, не моргая.
– Что ты сказала?
– Саша, я беременна. У нас будет малыш.
– Ты серьёзно? – Александр поднял руку и провёл пальцами по её щеке.
– Да, Вероника позвонила мне два часа назад и сообщила результаты моих анализов, что я сдала утром. И я теперь не знаю, что будем делать. Для меня эта новость стала неожиданной. Санька ведь такой маленький и к тому же проблемы папы не улажены. Я подумала…
– Что ты подумала? – глаза Воропаева полыхнули гневом. – Только не смей мне сейчас говорить, что ты собираешься избавиться от ребёнка.
– Избавиться? Ты что с ума сошёл? Я подумала, может, возьмём кредит в банке и всё-таки подумаем о своём доме. Ведь теперь нас будет пятеро, – она пристально смотрела в его глаза.
Воропаев широко улыбнулся и, обхватив её руками, крепко прижал к себе, покрывая поцелуями её лицо.
– Непременно и не откладывая надолго, поедем туда завтра же с самого утра, прямо к открытию. Ты не представляешь, как я счастлив. Твоя новость действительно лучше любых подарков.
– Я знаю, что для тебя эта новость желанная, хоть и немного неожиданная.
– Неожиданная? Да, я старался на совесть весь прошедший месяц, а ты говоришь неожиданная… – он с укором в глазах посмотрел на неё. – Маме сказала?
– Нет, пока. Зато сказала папе и Лёшке.
– И как он воспринял эту новость?
– Ты о папе или о нашем сыне?
– Об обоих.
– Папа просто счастлив. Сказал, что, итак, сейчас живёт мыслью о внуках и маме. И это очень сильно помогает ему. Но новость о том, что я снова жду малыша, окрылила его и придала сил.
– А как отреагировал Лёшка?
– Как истинный мужчина. Сказал, что теперь мне не позволит ничего делать по дому и будет во всём помогать. Да и с Сашей тоже поможет управиться. Знаешь, твой сын… Вернее наш сын, удивительный человечек. Я не знаю, в кого он у вас с Еленой такой уродился. Но мне кажется, господь наградил его при рождении самыми лучшими человеческими качествами. И в большей степени самым ценным из них, умением жить не ради себя, а ради других. Он необыкновенный и самый лучший мальчишка на свете, и я его так люблю.
Воропаев улыбнулся и прижал её к себе.
– Видимо это, я передал ему по наследству. Если бы ты знала, как я рад, что вы с ним поладили, потому что, несмотря на то, что он уже большой, ему очень нужно материнское тепло, и я благодарен тебе за то, что ты так щедро даёшь ему свою заботу и нежность.
– Я просто люблю его. Люблю, как своего сына, а с годами я думаю, мы и вовсе забудем, о том, что у него другая мать, – Марго потянулась к нему, чтобы поцеловать, но тихий стук в дверь, заставил их слегка отстраниться друг от друга в сторону.
– Кто там? – Марго громко произнесла вслух.
– Маргоша, извините, пожалуйста. Но там какая-то женщина в холле. Спрашивает Сашу, – раздался взволнованный голос Елены Александровны из-за двери.
– Женщина? Она представилась? – спросил Воропаев, поднимаясь с постели.
– Нет, она постоянно плачет и просит, чтобы ты срочно вышел к ней.
– Я иду… – Воропаев взял в руки джинсы и остановившись у края кровати, принялся поспешно одеваться.
– Саша, кто это может быть? – Марго подхватила халат с прикроватной банкетки и тоже встала с постели.
– Не знаю, родная. Сейчас выясним… – Александр стремительно направился на выход и, покинув комнату, быстро спустился по ступенькам на первый этаж.
Остановившись в холле, пристально всмотрелся в знакомую женскую фигуру, облачённую в однотонное серое платье с длинным рукавом. Её белокурые волосы были растрёпаны, а руки периодически подносили белый носовой платок к глазам.
– Галина Васильевна, здравствуйте! – обратился к ней Воропаев. – Что-то случилось? Как вы нашли меня?
Женщина подняла на него заплаканные глаза и завыла в голос.
Марго остановилась рядом и с ужасом во взгляде взирала на неожиданную истерику, происходившую прямо на её глазах.
Воропаев сделал пару шагов и, обхватив женщину за плечи, слегка встряхнул.
– Галина Васильевна, что случилось? Вы можете спокойно сказать. С Еленой что-нибудь?
Женщина подняла на него глаза, и молча кивнув, снова заплакала в голос.
– Я принесу воды и лекарство… – Марго сорвалась с места и стремительно направилась на кухню.
Когда она появилась снова в прихожей, женщина уже сидела на диване в углу комнаты и, закрыв лицо руками, тихо плакала. Протянув стакан с лекарством Воропаеву, Рита присела с ними рядом.
– Саша, что случилось? – она пристально всматривалась, казалось в один миг его изменившееся лицо. Он выглядел расстроенным и подавленным.
Александр повернул голову в её сторону.
– Елена попала в аварию. Она в больнице Сочи в тяжёлом состоянии.
– Господи! Но как это произошло?
– Это всё этот сопляк, с которым она связалась, – женщина подняла заплаканное лицо и посмотрела на Марго. – Я ведь её предупреждала, но она меня не послушалась. Он сел за руль пьяным, и на одном из поворотов трассы, их машина вылетела на обочину и врезалась в гору. Этот мерзавец погиб на месте, а моя дочь в реанимации в тяжёлом состоянии и может умереть в любую минуту.
– Кто в реанимации? – раздавшийся тихий голос на лестнице, заставил их резко обернуться.
Лёшка стоял босой в пижаме на последней ступени и вопросительно смотрел на взрослых.
– Бабушка, кто в реанимации? – он стремительно направился к Галине Васильевне.