Секретарь Ада (СИ)
- Это.. Это что-то вроде семейного обета. Клятва о неразглашении. Жирная табличка «Только для Темплей!»
- Даже если речь идет о человеке, за которого собираешься замуж? Разве доверие в отношениях неглавное?
- Главное, это любовь, - отрезала я и вскочила на ноющие ноги. – Кажется, меня Мэг зовет. Пойду узнаю, что ей нужно.
Разумеется, никакая Мэг меня не звала и Михаил прекрасно об этом знал. Тем не менее, он позволил мне сбежать, уклонившись от неприятного разговора.
У каждой семьи есть скелеты в шкафу. Скелеты семьи Темпль, пожалуй, чуть крупнее, чем у других. Мы –обманувшие Смерть.
Ну, не напрямую, конечно. Смерти я бы лгать не стала, он довольно приятный мужчина. Очень милый и сострадательный. Животных обожает. В общем, просто душка!
Нет, Темпли славятся другим. Дело в том, что мы не умираем. Никогда.
Впрочем, началось все совсем не с этого. Началось, как водится, со стука в дверь.
Глава 9. В дверь дома Темплей постучали...
- Амели! – молодая женщина в потрепанном коричневом платье с отчаянием обреченного на смерть человека колотила в дверь. – Амели, откройте, пожалуйста!
Дверь распахнулась. На пороге стоял огромный мужчина, закрывающий собой весь дверной проем.
- Что вам нужно? –с недоверчивой осторожностью загнанного зверя спросил он.
- Ваша сестра, Амели, она здесь? – заламывая руки, попыталась заглянуть в дом гостья.
- Для чего она вам?– не отступая ни на дюйм, нахмурился мужчина.
- Впусти ее, Бертрам! – решительно велел звонкий женский голос откуда-то из глубины дома.
Брови Бертрама насупились еще сильнее. Он окинул визитершу суровым взглядом, словно прощупывая ее всю, начиная от носков потертых, явно видавших и лучшие дни башмаков, и заканчивая ранними морщинками на усталом изможденном лице.
- Входите, -наконец, вынес он вердикт.
- Благодарю! Благодарю вас! Да благословит вас господь! – залепетала женщина, переступая порог.
- Да, входите вы, чего уж.. – немного смутился от такого потока благодарностей мужчина.
Она коротко кивнула и юрко прошмыгнула в дом.
- Амели, ты уверена? – сурово, но уже без прежнего энтузиазма зыркнул на гостью Бертрам.
- Разве я когда-то казалась тебе неуверенной? – насмешливо улыбнулась его сестра, мешающая что-то в маленьком котелке, висевшем над очагом. Он покачал головой и удалился.
Небольшая комната, в которой оказалась визитерша, представляла собой нечто среднее между гостиной, кабинетом и кухней. Большой стол у окна был завален кусками пергамента и книгами, аккуратными, словно под линеечку выровненными стопками, возвышающимися над письменными принадлежностями. Книги стоили денег, и денег немалых. Тем удивительнее было их видеть в простом фермерском доме. Впрочем, едва ли хозяев дома можно было назвать простыми фермерами. Здесь же рядом с чернильницей соседствовало блюдо свежей ежевики и пучки трав, несколько кусков ракушечника и пузатая бутыль из темного стекла.
Молодая девушка стояла у открытого огня очага и сосредоточенно перемешивала содержимое котелка большой деревянной ложкой.
- Еще две минуты и будет готово. Посидите пока, - кивнула она в сторону кресел, повернутых друг ко другу.
Гостья неуверенно заозиралась по сторонам и застыла в нерешительности. Выбрав, наконец, место, она уселась на самый краешек кресла, чинно выпрямив спину и сжав тонкие пальцы.
- Ну, рассказывайте, - велела Амели, порхая от котелка к столу.
Девушка нахмурилась, не зная, с чего бы начать. Амели Темпль оказалась совсем не такой, как ей казалось. Она-то думала, что знаменитая ведьма Темпль это пожилая женщина с сединой и солидным телосложением. Возможно, у нее крючковатый нос и пара бородавок.
Реальность же оказалась куда более прозаичной: молодая худощавая девушка с темно-русыми волосами и серыми глазами. Впрочем, нос оказался довольно длинным.
- Мой.. мой брат.. - дрожащим голосом начала гостья. - Он.. он умирает.. Доктор сказал, что ничем не может помочь, а..
- А родители ваши где? – резко перебила ее хозяйка.
- А.. – девушка растерянно моргнула, ошеломленная столь резкой сменой темы. - Они погибли в прошлом году. Их задавила телега на ярмарке. Возница был пьян.
- Да, пьяные возницы это бич современности, - покачала головой Амели, впрочем, сочувствия она не выражала. – И чего ты от меня хочешь?
- Спасите его, прошу вас! Вы ведь можете! Денег у нас не слишком много, но я заплачу, сколько скажете! Заработаю и заплачу! Вы ведь можете! – снова повторила она, срывающимся от застрявших где-то на полпути слез, голосе.
Амели Темпль действительно могла. Род Темплей издавна славился своими магическими способностями. В каждом поколении Темплей были женщины и мужчины, умевшие исцелять больных и делать поистине невиданные вещи. Члены этой семьи никогда не меняли фамилию, выходя замуж или женясь, независимо от того, в какой стране они в тот момент жили и какие там были обычаи. Темпли оставались Темплями, таково было их железное правило. Впрочем, сейчас их было всего двое. Увы, мир не слишком жалует тех, кто отличается. А уж к тем, кто может куда больше, чем остальные, он особенно безжалостен.
Амели жила вместе с братом на окраине небольшой деревеньки. Они регулярно платили подати в королевскую казну, продавали на ярмарке кроликов и кур и… занимались колдовством. Местные догадывались, но предпочитали не вмешиваться, пока им не было от Темплей вреда. В конце концов, кто знает, что может случиться, если обидеть ведьму?
В их дуэте именно Амели обладала вспыльчивым нравом и твердым стержнем. Она же и занималась магией разрушения. Именно она однажды под покровом ночи снесла старый сарай, чтобы возвести на его месте птичник. Именно она хладнокровно забивала скот и птицу.
Бертрам же предпочитал созидание. Он возился с травами и выращивал овощи. Он перевязывал раны выпавшим из гнезда бельчатам и оберегал сестру. По мере сил, разумеется. Суровая внешность Бертрама немало ему в этом помогала.
- Что с ним? – резко спросила Амели, после пары секунд раздумий. Она всегда принимала решения быстро, будучи уверена, что промедление смерти подобно. И в некоторых случаях так оно и было.
- Хворает уже пятый день. Лихорадка и черные пятна по всему телу. Доктор сказал, что не выживет.
- Возможно, он прав, - поспешно снимая котелок с огня, признала ведьма. – Дьявол, обед придется отложить! – гостья застыла в ужасе, услышав, как легко с уст колдуньи сорвалось имя нечистого. – Не стойте столбом, скорее позовите Бертрама, он на заднем дворе! Если не поспешить, ваш брат не доживет и до заката.
Никогда еще дорога домой не казалась Лили такой бесконечно длинной и такой невероятно короткой. Она бежала, не чувствуя под собой ног, а рядом рваными прыжками неслась самая настоящая ведьма.
Амели Темпль ворвалась в дом Лили и Дерека Стоктонов, словно яркая вспышка шаровой молнии – быстрая, несокрушимая и немного невероятная. Небольшой фермерский домик никогда прежде не видел ничего подобного. Из холщовой сумки показались на свет пузырьки и флакончики, порошки и травы.
- Выйди вон, - велела Амели и нетерпеливо дернула длинным носом.
Мальчик лежал на большой кровати, слишком большой для такого худого изможденного ребенка. Мягкие подушки с оборками, старательно вывязанными крючком, окружали его со всех сторон, окутывая своими накрахмаленными объятиями. Ребенок спал тем самым поверхностным сном, из которого так просто не вырвешься. Такой сон - частый спутник больных. Бледное лицо покрывала тонкая пленка пота, а в уголках глаз блестели еще не высохшие слезы.
Семья Стоктонов никогда не отличалась особенным богатством, но чем они славились, так это трудолюбивым нравом и домовитостью. Женщины без устали шили, вязали, вышивали, плели кружево и всячески старались превратить свое небольшое жилище в настоящий дом. Отец семьи вносил свой вклад, проводя все свободное время в небольшой мастерской, где плотничал. Вся мебель в доме была создана именно его работящими крепкими руками. Именно на кровати, которую он когда-то смастерил, и умирал сейчас его единственный сын. Чета Стоктонов была слишком мертва, чтобы хоть чем-нибудь помочь своим детям, но Амели.. О, Амели была очень даже жива.