Второстепенный: Плата (СИ)
Я вяло забарахталась на его плече. Сопротивляться не давала боль, впившаяся в левую руку. Дышать стало трудно.
- Нет, погоди…
Сквозь навернувшиеся слёзы я увидела, как Змей, выскользнув из тела, вытянулся в прыжке и распахнул клыкастую пасть и как Ай ударом копыт по голове бесстрашно отправил его в противоположную сторону и юркнул вместе со мной за щит. Странно, я же превратилась в человека. Почему я их вижу?
- Живой? – спросил Альвах, бросив на меня короткий взгляд.
- Ненадолго, – прохрипела я. – У меня… сердечный приступ…
Тот беспокойно дёрнул острым ухом и пробежался по лопатке светящимися пальцами. Внутри разлилось тепло, и боль немного ослабла.
- Люди проникли в сид и идут на штурм. Я объявил эвакуацию тяжелобольных. Быстро в Фогруф, – сказал Злат, встав рядом. – Остальные присоединятся к страже и дриадам. Со Змеем… – он в сомнении посмотрел на едва живую меня. – Полагаю, ты сделаешь всё, чтобы он оставил нас в покое. Иди. В бою от тебя не будет прока.
Точно в подтверждение его слов замок тряхнуло. Где-то за его пределами раздался грохот, как от молнии, и даже через стены я услышала торжествующий хохот Эриды Шейк.
- Корион, присмотри и допроси, – велел Альвах и подтолкнул нас к порталу.
Порталы вели в самые разные места. Больные уходили очень быстро и очень организованно, явно наплевав на соответствие сиду. Кориону понадобилось всего лишь тридцать секунд, чтобы добраться до нужного портала. Прохлада прошлась по коже – и вот уже он устроил меня на постели в Больничном крыле.
Я охнула, когда его пальцы сомкнулись на руке, но ничего, кроме крепкого пожатия, не почувствовала. Корион нахмурился сильнее.
- Человек… Стопроцентный… Элиза! Элиза, срочно сюда, здесь сердечный приступ у человека!
Элиза выскочила из покоев, на бегу поправляя длани. Следом за ней показалась стайка старшекурсников – бардов. В меня полетели заклятья. Боли они не вызвали. Что неудивительно. Грудь и без того ныла так, что мне сейчас можно было пальцы выкручивать – я бы этого не почувствовала.
Однако спустя несколько секунд туго натянутая тетива в сердце расслабилась, давление ушло. Я перевела дыхание и благодарно улыбнулась, когда Элиза протянула мне флакончик с зельем. Корион убедился, что я больше не умираю, организовал вокруг нас ширму, чтобы идущие в Фогруф эльты нас не беспокоили, и посмотрел на меня взглядом доброго инквизитора, сложив вместе кончики пальцев.
- Итак, мистер… – он выразительно скользнул взглядом по выделившимся формам. – Мисс Волхов?
Я прикрыла глаза. Слова вышли с нехорошим сипением и одышкой:
- Как вам угодно. Мне всё равно.
- Значит, всё это время… – Корион потемнел лицом, похоже, вспомнил, что Вадим и Валенсия не появлялись перед ним вместе. – Всё это время меня дурил влюблённый мальчишка! Что это за магия? Во что ты ввязался, идиот?!
- Я не… – начала я, но вспышка заклятья заставила замолчать и меня, и возмущённого Кориона.
- А ну заткнулись, – Элиза опустила руки и, почти силком влив в меня ещё одну порцию зелья, погрозила Кориону пальцем. – Отложи разборки на потом, Корион. Она очень слаба, ей сейчас нельзя нервничать.
Корион щёлкнул пальцами, сняв молчание.
- В том-то и дело, что это не она! – зашипел он не хуже Змея. – Это он! Вадим Волхов!
- Он, она, оно – потом разберётесь! – заявила Элиза и замахала на него руками. – Ей надо поспать, а ты лучше помоги. Тут столько народу – у меня мест не хватит. Что случилось с Сидом Трёх Дубов? А ты спи, – она щёлкнула у меня перед носом, и в лоб ударила синяя искра.
Я открыла рот, чтобы высказать Элизе всё, что думаю, но только зевнула и моргнула. Звуки куда-то уплыли, на тело навалилось что-то мягкое, тяжёлое, уютное... Глаза открыть у меня не получилось.
* * *
Корион как никогда пожалел, что не остался оборонять Сид Трёх Дубов. Он был готов убивать.
Вадим Волхов, маленький мерзавец, идиот и болван, каких свет не видывал, рехнулся окончательно и с помощью каких-то друидских техник научился превращаться во взрослую женщину. Корион знал, что вызывает у него весьма тёплые чувства, но чтобы до такой степени?! Это уже не любовь, а патология! И ведь Корион повёлся! Повёлся, поверил, даже…
Корион бросил лоток с зельями на стол и закрыл лицо руками. Из груди вырвался странный звук: то ли стон, то ли рыдание, то ли истерический смех.
Он же соблазнял Валенсию! Активно соблазнял и пытался уложить в постель! И она кокетничала, охотно подставляла руки и губы для поцелуев. Чёрт возьми, он даже деду с Аунфлаями сказал, что возьмёт её в жёны! Всё это время это была не она – он! Мало того – несовершеннолетний ученик!
Как Кориону пережить такой позор?!
Жертвой стали ни в чём не повинные зелья. Три пузырька разбились вдребезги, стеклянные осколки, сверкнув, осыпались на пол. Корион впечатал кулак в стену раз, другой… и остановился только тогда, когда начал оставлять на камнях кровавые отпечатки.
Рука дрожала, запястье ныло, костяшки превратились в кровавое нечто, но пальцы спокойно и послушно шевелились. Корион медленно вдохнул, выдохнул, вспомнил, что у них форс-мажор с эвакуацией больных, и пошёл лечиться. Потерять боеспособность из-за вспышки эмоций было бы апогеем его недальновидности. А Волхов… Что ж, очевидно, из мальчишки получится гениальный разведчик и диверсант. Актёрские способности в сочетании с тактическим гением – дьявольская смесь. Он даже умудрялся врать, ни словом не отступая от правды. Вылечить от этой безумной тяги к Кориону, граничащей с одержимостью – и будет вообще замечательно.
От этих мыслей Кориону даже полегчало. Немного, но достаточно для того, чтобы затолкать в глубину подсознания зудящее желание задушить паршивца. К эльтам он вышел почти спокойным.
В коридорах царила суета. Элиза позвала профессоров, и они вместе открывали законсервированную столетие назад основную часть крыла. Всюду сновали студенты и младшекурсники. Тряпки, подушки, матрасы и прочие важные принадлежности мелькали то тут, то там. По двору разносился усиленный статуями голос Мэдога, призывая келпи усилить наблюдение за границами, в том числе за естественными порталами. Корион посмотрел, как из озера в Фогруф бегут женщины с детьми, как големы впервые с истребления драконов выкатывают орудия на крепостные стены, и нахмурился.
Приказ усилить наблюдение и подобные меры означали одно – люди проникли в Сид Трёх Дубов через какой-то неучтённый портал. Да, подобный случай уже был. Вадим рассказывал, что Ким Стенли с помощью Змея прошла к японским кицуне через старый естественный разлом. Японцы никого не обнаружили и посчитали, что обычный для подобных разломов сбой пространства-поля-времени или перемолол вторженку, или выпустит её, возможно, лет через двести очередным перевёртышем. Но нападение на Сид Трёх Дубов показало, что как минимум один естественный портал люди как-то подчинили. Были ли подобные порталы в Фогруфе?
Корион окончательно переключился с Вадима Волхова и поспешил в факультетские башни. Детей нужно было увести из них и разместить там бойцов на случай атаки – очень уж удобной для снайперов была позиция: прекрасный обзор, отличные щиты…
Он не один подумал об этом. Профессор Романо и бабуля Хим как раз собирали детей в клуатре, когда Корион привёл подходящих бойцов.
- Профессор, – барды оживились, замахали руками. – Профессор, как хорошо, что вы целы!
- Привет, Корион! – рассеянно поздоровалась Романо. – Так, теперь надо обезопасить теплицы…
Корион затормозил, окинул их взглядом и кивнул эльтам. Те, поправив длани, исчезли внутри башен.
- Взаимно, дети. Все всё взяли? Бабуля Хим, отправляйтесь в центральную часть, к кухне…
Бабуля Хим цыкнула:
- Не учи учёную! О надёжных местах Фогруфа я знаю побольше всяких, – и махнула рукой детям. – Все за мной!
- Но теплицы… - залепетала Романо и получило ложкой по лбу. – Ай!