Мой чужой ребёнок (СИ)

— Пожалуйста, хоть одним глазком! — взмолилась я, отрываясь от стены и планируя встать на ноги.
— Договор есть договор. Тем более с ребёнком сейчас его мама. Простите, но вы не можете встречаться с малышом и справляться о его состоянии. Если вы решите преследовать биологических родителей, вас посадят за нарушение договора. Скажите, вам оно надо?
Я подавила все эмоции и принялась отрицательно мотать головой.
С ребёнком его мама…
Небось Галя поспешила делать фотосессии и хвастаться тем, что «успешно родила».
— Зря вы отказались от помощи психолога. Она бы вам сейчас очень пригодилась вот в таком состоянии, — попрекнул меня доктор.
— Спасибо, но мне не нужна помощь психолога… Если бы я только могла хоть одним глазком взглянуть на ребёнка и попрощаться с ним… Роды начались так быстро, я не успела приготовиться к расставанию с ним…
Я пыталась ухватиться за последнюю соломинку, словно была утопающим в громадном океане. Я смотрела на врача. Желваки на его лице передёрнулись, выдавая напряжённое размышление, но ответ разрушил все надежды.
— Простите. Я не могу этого сделать, — отрицательно помотал он головой и развёл руками.
Я вспомнила, как умоляла малыша подождать ещё немного, когда схватки начали учащаться и принесли вместе с собой нестерпимую боль. Я надеялась, что это тренировочные, что у нас есть ещё несколько дней…
— Оля, я вызываю скорую! — сказал Стас.
Он остался со мной в квартире один, потому что мама увела Витю на прогулку в это время.
— Пожалуйста, не надо! Сейчас всё пройдёт… — умоляла его.
— Я боюсь за тебя! Ты бледная! На тебе лица нет! — не унимался бывший муж.
— Стас, это тре… — договорить я не смогла от очередной вспышки боли, что стянула живот и сорвалась криком с губ.
— Когда я смогу уйти домой? — спросила я у доктора, понимая, что никто не даст мне увидеться с малышом.
— Ваш муж должен будет приехать в течение часа. Я позвонил и сообщил, что ваше состояние удовлетворительное. Он привезёт вам чистые вещи.
Стас… Он оказался рядом как раз в тот самый момент, когда мне так нужна чья-то помощь и поддержка, но мне не хотелось давать ему надежду, поэтому я решила попросить его уйти… Навсегда. Из моей жизни.
Доктор развернулся на каблуках и открыл дверь, но я остановила его голосом.
— Пожалуйста! — он нехотя обернулся. — Скажите хотя бы, кто родился?!
Он несколько секунд стоял, словно солдат по стойке «смирно». На лице мужчины в этот момент сменились разные эмоции, и даже глаза чуть увлажнились.
— Девочка. Три девятьсот, пятьдесят два сантиметра.
Доктор удалился быстрым шагом, а я начала захлёбываться рыданиями.
Девочка.
Дочка.
Маленькая принцесса.
Слёзы хлынули из глаз, обжигая щёки.
* * *
Я ехал быстро, не соблюдая ограничения скорости. Ночью так сильно разозлился на жену, что даже не включил мозги и не подумал о пропущенных Оли. Следовало написать ей сообщение… Я должен был дозваниваться до клиники, чтобы выяснить, зачем они звонили. Оставалось надеяться, что всё в порядке, что она будет дома и обрадуется моему визиту. Мне так много хотелось сказать Ольге: поделиться с ней новостью об уходе отца и сообщить, что я решил покопаться в прошлом жены. Потому что мне не безразлична Ольга.
Вот только её машины у забора не оказалось. Я бросил свою у ворот, не заботясь о том, чтобы правильно припарковать и никому не мешать. Дом оказался закрыт. Ноги начали подкашиваться. Я не должен был открывать двери, но предчувствие чего-то нехорошего заставило это сделать. Я взбежал вверх по лестнице и оказался в комнате, где Оля расположилась вместе с сыном. Она постеснялась и не стала занимать ещё одну спальню, хоть я и твердил, чтобы чувствовала себя хозяйкой. Страх сковал, когда я заметил, что не осталось ничего… Не было игрушек… Вещей… Следовало признать, что это случилось… Они уехали.
Я достал телефон и начал звонить Ольге, надеясь, что она ответит и объяснит, что случилось. Вот только дикторский голос по-прежнему говорил, что абонент недоступен.
 
Чёрт.
Сбежала, чтобы не отдавать ребёнка? На неё это было непохоже… Не такой она человек. Совершенно не такой. Она бы обязательно поговорила. Я вспомнил о её пропущенных. Сердце сжалось в камень.
Я быстро сбежал вниз по лестнице и заметил в гостиной коробку из-под ёлочных игрушек, где лежали комиксы и герои, которых я покупал Вите.
Что-то случилось.
Первой мыслью было, что Галя узнала про дом и наговорила какие-то гадости Оле, но жена вчера выглядела настолько счастливой, что я не мог поверить этим догадкам.
Когда зазвонил телефон, сердце ухнуло вниз. Я понадеялся, что это Ольга, но звонили из «Семейное древо».
— Максим Викторович, это Елена, администратор клиники «Семей…».
Я не дал ей договорить, оборвал на полуслове:
— Что случилось?
— О! Ваша супруга устроила скандал из-за того, что доктор запретил ей устроить фотосессию с дочкой. Вы поймите, ребёнку пока всего лишь сутки… Вспышки фотокамер могут испугать и навредить неокрепшему организму…
В ушах свистело, словно на взлётной полосе. Я смотрел в одну точку перед собой и думал. Кажется, сердце остановилось и отбивало разорванные удары лишь пару раз в минуту.
…С дочкой…
…Всего лишь сутки…
В голове не укладывалось. Я не верил. Казалось, словно меня разыгрывают. Мне хотелось спросить, кто придумал эту злую шутку, но язык не поворачивался. Кажется, он прилип к нёбу и отказывался двигаться.
— Максим Викторович, вы сможете подъехать? — заставил меня встрепенуться голос Елены.
— Да! Я приеду! Подождите! Ребёнок родился? — я не верил. Не мог поверить. Всеми силами отвергал.
— Да. Неужели жена ничего не сказала вам? — переспросила администратор.
— Как Оля? — сразу же сорвался с моих губ второй вопрос.
— Суррогатная мама в порядке. За ней как раз только что муж приехал, собирается домой. Всё хорошо. Только ваша жена устраивает скандал…
— Я разнесу вашу клинику в пыль, если пропустите фотографов, — зарычал я. — Скоро буду.
Я сел за руль, но тело отказывалось подчиняться. Ноги едва двигались. Все конечности в мгновение стали ледяными. Плечи передёрнулись от прохлады, что разносилась по организму со скоростью света.
Как Галя посмела промолчать о ребёнке? Она знала! Ещё вчера знала, потому что запланировала очередную треклятую фотосессию, но ничего не сказала мне. В эту секунду я готов был убить её. Если бы только жена оказалась рядом, не знаю, что сделал бы с ней.
Я резко развернул машину и втопил педаль газа в пол. Мчался на огромной скорости к клинике и, кажется, пару раз попал на камеры. Добрался я туда минут за двадцать вместо обычного часа. Бросил машину у крыльца и поспешил внутрь.
В коридоре сидел фотограф и парочка его помощников. Они держали в руках какое-то оборудование, значит, собирались проводить профессиональную съёмку со вспышками и прочей приблудой.
— Пошли вон! — прикрикнул я на них.
— У нас два часа оплачено. Раз снимать не дают, отсидим, — ответил тот, что держал камеру в руках.
— Чеши отсюда, пока я твою аппаратуру не перемолол! — грозно произнёс я. Наверное, этого хватило, потому что фотограф поднялся на ноги и развёл руками.
— Хозяин-барин. Кто оплатил, тот и решает. Пошли, парни! В кафешку зайдём!
Я сверкнул гневным взглядом на девушку с ресепшена.
— Где они? — спросил я и облизнул пересохшие губы. — Баринова Галина с ребёнком где?
— Так наверху. На вт-т-тором эт-т-таже. Первая палата.
 
Я не собирался разговаривать. Хотел подняться наверх и хорошенько встряхнуть Галю. Быстрым шагом, переступая через одну ступеньку, поднялся на второй этаж и пару секунд стоял около палаты, а затем открыл дверь. Галя выписывала пируэты у прозрачной люльки, делая селфи в одной сорочке и с распущенными волосами. Мне хотелось схватить её за плечи и тряхануть хорошенько, может быть тогда что-то человеческое проснулось бы внутри неё, но взгляд прилип к малышке, что тихонечко посапывала, завёрнутая в пелёнку. На глаза навернулись слёзы. Я подошёл ближе и улыбнулся.