Между нами молния (СИ)

На обратном пути, мы Акуловой разделяемся. Ей необходимо повидаться со своими родителями, которых практически невозможно застать в России и поставить в известность, что она выходит замуж и скоро станет мамой. Думаю, ее мать, сбросится с обрыва. Ведь она считает себя молодой и еще пользующейся популярностью дамочкой. Статус бабушки, не убавит ей драгоценных годов. Я желаю, будущей родственнице удачи и говорю, что она всегда может приехать ко мне.
Сама же я, отправляюсь в ближайший бутик вечерних платьев, выбираю самый сногсшибательный наряд, безусловно, белый, чтоб выделяться среди черных готических тонов.
***
Ресторан находится в живописном районе Сочи. Заведение расположено у небольшого искусственного пруда, вдоль которого, вполне можно пройтись с бокалом шампанского. Я одна и этот факт, невыносимо рвет сердце. Но приглашение в сумочке, на лице идеальный макияж, а на ногах дико неудобные туфли известной марки. Я как хищница в поисках жертвы. Чтобы смахнуть это ощущение, беру с подноса официанта, что обслуживает фуршет на улице, устрицу, приправленную лимонным соком, и быстро проглатываю склизкую закуску. Становится тошно, но глоток сухого вина спасает положение. Какого черта, я пришла сюда? Вдалеке различаю Дину в черном корсажном платье и ярко алым букетом цветов. Не традиционная свадьба. Здесь, в окружении свечей в кованых канделябрах, изобилия мистической атрибутики, она выглядит потрясающе красивой. Правда, я не понимаю, к чему весь этот спектакль с тематическим торжеством. Я мысленно прикидываю, что ее близкие и друзья, наверняка в шоке от таких интерьеров. В микрофон доносится голос ведущего, и я сворачиваю в шатер. Цветовая гамма всё та же. Черные банты на стульях, конечно, перебор, но выбора нет. Я сажусь за стол, на котором стоит карточка с моей фамилией, и облегченно выдыхаю. Спустя час, ничего не меняется. Песни из семидесятых и восьмидесятых годов, окончательно разочаровывают меня. Я много пью и совсем мало ем. Вдруг, кто-то пихает мне в руки микрофон, и я встаю. За спиной слышится: «Это же Майя «Молния» Миронова. Что она тут делает?». Совсем забываю о своем тосте. А в принципе, плевать, я все равно его не готовила.
- Добрый вечер, - начинаю я. – Марат, Дина, рада, что вы нашли друг друга и полюбили. Для всех, кто не в курсе, мы с Маратом встречались несколько лет, до того, как он меня бросил…
Смешки, вздохи и ядовитые словечки, разносятся по всему залу. Я дура. Причем дурнее, других незамужних и озлобленных девушек, что присутствуют здесь.
- Но не будем о прошлом. Сегодня ваш день, ребята. Я желаю вам огромной, просто гигантской любви и симпатичных детишек. А вот победу, я тебе не отдам, Дин.
Я отгибаю указательный палец от стенки бокала и сердито гляжу на будущую кровожадную соперницу. Корнеева подавляет раздражение, а я передаю микрофон дальше, опустошаю хрустальную ёмкость и, запнувшись о стул, нацеливаюсь на свежий воздух, что смогу вдохнуть через пару минут. Ди-джей включает сингл «Chocolate» группы «The 1975» и матерюсь, что на этой свадьбе даже музыка дерьмовее некуда. Чей-то захват, тормозит меня у порхающих на ветру дверей шатра. Я оборачиваюсь и вижу Руслана. На нем помятый костюм с бутоньеркой в нагрудном кармане, рубашка, расстегнутая почти до пупка и ужасно безвкусные лакированные туфли. Нет, я лгу, он восхитительно прекрасен. Просто умопомрачительно соблазнителен. Парень вытягивает меня на танцпол и крепко обнимает. Я молчу. Он молчит. Под эту мелодию нельзя медленно танцевать, но нам закон не писан. Мы переминаемся в искусительной близости и соски под достаточно тонким платьем, трутся о его грудь. Ладони Руса, ласкают мои плавные изгибы. Я закрываю глаза, вырываюсь из собственного тела и уношусь туда, где он любит меня до изнеможения. По всей видимости, он чувствует это и, наклонившись, целует. Всё, я бесследно растаяла. Я не замечаю, как мы покидаем зал, как спешим к машине, как он раздевает меня на переднем сиденье, как его губы покрывают поцелуями мои скулы, шею, плечи. Я витаю в облаках даже тогда, когда он рвет мои трусики, расстегивает ширинку и насаживает на свой член. Насаживает столько раз, что на бедрах остаются отпечатки пальцев, и бледные синяки. Жаркие стоны, которыми я наполняю салон, возносят меня еще выше. Болезненные укусы парня, засосы на обеих грудях, ничто, в сравнении с тем, как он вытрахивает из меня все мысли. Немного придя в себя, я взираю в его пепельно-зеленые глаза и тут же ощущаю, как глубоко он погружается и кончает. Я замираю на секунду, а ему приходится пару раз толкнуться, чтобы полностью выбить из меня рассудок. Волнующий, нарастающий оргазм, замедляет пульс и ускоряет сердечный ритм. Я точно не жилец. Его напористый поцелуй, с таким же настойчивым языком, напоминает о том, что только что произошло. Я жива и лишь на короткое мгновение, очутилась в раю.
 
- Прости меня, детка. С Сашей ничего не было.
- Мне так больно, Рус.
- Знаю, - снова целует и впивается зубами в мою нижнюю губу. – Прошу, прости.
- Что случилось?
- Я был на студии, прояснял кое-что с Сергеем. Потом поругался с Федькой.
- А, ясно. – Я опускаю взгляд на его татуированную грудь и в сотый раз читаю надпись «Персональный Иисус». Лишь сейчас, включаю мозг и связываю ее с хитом «Депеш Мод». Черт, я такая тупица!
- Ничего не ясно. Мне угрожают. Значит, и всем, кого я люблю тоже.
- Что? Подожди, кто угрожает? – я отрезвляюсь и пропускаю важный момент о том, кого конкретно любит Рус.
- Непротив покинуть эту охренительную тусовку?
- Издеваешься? Если ты расскажешь мне всё, я поеду с тобой куда угодно.
- Такими словами, ты нарываешься на похищение.
- Так укради меня. Увези туда, где будем только мы…
Мы целуемся, заманивая языки в беспроигрышную борьбу. Спустя пять минут, я выбрасываю в окно черный конверт, в коем хранилось приглашение на торжество и ловлю рукой прохладный попутный бриз. Октябрь в Сочи и его окрестностях, выдается теплым и ароматным месяцем – немного корицы, немного чайного дерева и одна бусинка тыквенного экстракта. С Русом за рулем, мне всё кажется иным. Совсем недавно я кипела от ненависти к нему, а теперь, мечтаю услышать истину из первых уст. Да, я влюблена в него по уши и когда-нибудь, испытав то же самое чувство, вы поймете, почему прощать, не означает уступать, или давать слабину. А означает, полностью доверять человеку, что выбирает ваше сердце.
А Федька…об этом недоумке, я расспрошу Руслана в качестве десерта. Я даю голову на отсечение, что Домин красноречиво высказался обо мне.
  
Глава 30. Руслан
 
Темная атмосфера праздника в точности отражает облик моей души. Я наблюдаю за Майей в этом поражающем воображение платье и стучу пальцами по обмотанной черным полотном колонне. Как же мне хочется обнять свою девочку, заглянуть в неприступные синие омуты и сказать, какой я козел, что позволил сбежать. Но ее речь, припечатывает меня к месту, и я поражаюсь, как ей хватает смелости, чтобы так открыться перед сотней незнакомых людей.
«Молния» не прогнозирует, не ждет, пока теплый циклон оттеснится к следующему материку. Она выпускает стрелы внезапно, несет в себе гром, что создает сам Зевс. Гроза порывистым воем, достигает своей цели, закручивает пыльные воронки и смотрит, какие руины оставляет хаос, зарождающийся в бурой сердцевине разбушевавшейся стихии. Да, такова Майя. Ходить кругами не в ее манере и бояться оступиться тоже. Падая, она встает и идет дальше, становясь сильнее с каждым новым шагом.
Когда мне все же удается поймать захмелевшую птичку, я не могу бороться с нетерпением, и всё мое поведение демонстрирует, насколько я соскучился по ней. Безумное пепелище, остается после нашего огненного секса в машине. По дороге туда, где я был счастлив не единожды, мы с Майей держим рот на замке. Нам ни к чему сейчас слова. Главное, она меня прощает и верит в то, что Саша и я, спали в одной постели без какой-либо мутной подоплёки.