Между нами молния (СИ)

- Просто спросила. В тот день я была на тренировке. Стас – мучитель! – обманываю я, больно прикусив щеку с внутренней стороны.
- Ладно, девчонки, у меня подготовительные занятия. Я побежала.- Прощается Маша и куча воздушных поцелуев, служат красивым занавесом ее ухода.
- А сейчас, начистоту, подруга. – Аня наводит фокус на свои огромные глазища и прищуривается.
- Я была с ним. Не хочу, чтоб она расстраивалась. Вот и всё.
- Черт, сумасшедшая! Ты и так ей уступила в прошлый раз, пора хватать преимущество за хвост.
- Мы целовались, обнимались, и уснули у него в постели.
- Охереть! – верещит Лукова. – Свершилось!!!
- Тише, тут вокруг полно студентов. – Я кручусь на заднице и мельком осматриваю по сторонам.
- Блин, я надеюсь, целомудренными штучками не закончилось? Если так, то, я теряю сноровку. Ни одна моя подружка не будет носить монашеские одежды!
Я закатываюсь от смеха и шепчу в динамик телефона, чтобы слышала только она.
- Рустик частично остался доволен.
- Твою мать, бля!!!
Я отключаюсь от разговора и крики Ани, прекращаются мгновенно. Засунув аппарат с белым корпусом в сумку, поднимаюсь с травы и шагаю на лекцию. Кажется, меня ждут долгие девичники с расспросами. Лишь одна деталь не будет давать покоя, какого черта, Машка ходила к Русу. Два года, я знаю счастливую девчонку, рассматривающую социальные сети Егора Шипа, и мечтающую о его попке. А выясняется, что она умело, скрывала свои чувства к Минагарову. Я вспоминаю лагерь, и какими безнадежно жалкими попытками были ее хождения перед носом парня. Я уверена, что и спустя время, его отношение к ней не изменилось, раз он поступил так гадко.
***
Около четырех часов дня, я освобождаюсь от учебы, и могу спокойно отдохнуть в одиночестве. Парковка университета полупустая, но моя машина, не грустит, ведь ей не позволяет дремать болтовня Руса. Он гладит ее по крыше и что-то говорит. Издалека смотрится подозрительно, но подойдя ближе, я слышу, что он засыпает нас обеих комплиментами.
- Привет.
- Привет. Я не звонил, решил, что ты будешь рада меня видеть.
Я потягиваюсь на носочки и чмокаю его в губы. Парень придерживает меня, и наш поцелуй рассеивает сомнительную неловкость. Мы выглядим как пара, но оба не чувствуем этого полностью.
- Хочешь прогуляться по городу? Я тут покопался и расчертил для нас любопытный маршрут.
- Едем, не хочу смотреть, как моя соседка красит ногти.
- Кстати, почему ты не сняла квартиру?
- Не знаю. Я же не предполагала, что встречу тебя.
Он трет нос, словно ему залетела песчинка и щекочет волоски.
- Может когда-нибудь, переберешься ко мне?
- Как мило, но на тройничок ты меня не разведешь.
Я подмигиваю ему и сажусь в «Форд». Он проворачивает те же действия и уже в салоне подначивает своим заявлением:
- Боюсь, детка, это тебе никогда не склонить Руслана Минагарова к сексу втроем.
- Ах, я умру от ваших слов достопочтенный мистер Дарси!
Мы оба понимаем, к чему вылезает моя шутка, и смеемся. Да, Руслан явно не достопочтенный джентльмен. Непревзойденный рев мотора пробуждает во мне забытые эмоции. Я хочу, чтобы этот парень показал всё, что задумал и дал возможность начать верить в чудеса.
***
Красная площадб, парк Горького, несколько исторических зданий и улочек, а в финале путешествия старинное кафе. Где мы пробуем отменный шоколад. Это мечта любого шокоголика, коей я являюсь, но, к сожалению, ем крайне редко, по известным причинам. Руслан без передышки, рассказывает мне обо всем на свете, обходя тему самоубийства, и я рада даже такому положению дел. Натуральная горечь во рту, усиливает эффект его ухаживаний и к концу нашей прогулки, я таю от одного взгляда Минагарова. М-да, я падаю в омут с головой…
Тачка Руса везет меня не в университет, а в направлении его квартиры, где я бывала на днях. Задавать вопросы бессмысленно и глупо, не буду строить из себя дуру. Когда мы останавливаемся у парадного входа, я выхожу и, взяв вещи, шагаю к главной двери.
- Эй, не туда.
- Очередной сюрприз? Что может быть круче шоколада?
 
- Узнаешь.
Я доверяюсь ему и бреду до невзрачного закоулка, с разбитыми лампочками в плачущих фонарях. Черт, что я делаю?
- Руслан?
- Иди сюда. – Он подзывает меня пальцем и стоит мне подойти, он просит закрыть глаза. Я повинуюсь. Скрип, решетчатые ступени, узкий коридор и мы тормозим. Парень разрешает смотреть, но от яркого света, я, ни черта не вижу. Спустя секунду, привыкаю к свечению и сдавленно пищу от удивления. Прямо передо мной, в разобранном виде, стоит маленькая машинка из шестидесятых годов. В лагере, Рус любил копаться с друзьями под капотом «Волги» и перебирать ржавые внутренности. Только тут иной случай. Крошка словно из фильма «Хёрби-победитель». Я обожаю Линдси Лохан и это кино.
- Какое чудо, Рус!
- Нравится? – я киваю. – В планах восстановить ее до идеального состояния.
- Когда ты все успеваешь?
- Ночами, если не спится.
- Боже мой…
Я спешу прикоснуться к железному каркасу, что хранит дух прошлого и дышит будущим.
- Ты ненормальная девчонка.
- Почему?
- Потому-что, вам подавай бренды, ванильные свидания и закаты с рассветами.
- Ну, я люблю закаты и рассветы, а то другое, что ты перечислил, чушь. Я лучше, проведу ночь возле этой нереальной красотки!
Я склоняюсь, чтобы поближе разглядеть, что прячется внутри и чувствую руки Руслана на своих бедрах. Зачем я надела юбку…
- Ты астрономически прекрасна, Майя.
У меня получается выпрямиться, но он принуждает вернуться в прежнее положение и садится на корточки. Моя задница, оказывается на уровне его лица. Мягкие, невесомые поглаживания, вызывают тяжесть внизу живота, а на лбу проступает пот.
- Что ты…
- Помолчи.
Пальцами, он спускает мои трусики к щиколоткам и забирается головой под подол. Легкие поцелуи, трелью отдаются в ушах и груди. Я не дышу. Нежно раздвинув ягодицы, Руслан скользит языком от копчика до пульсирующего комочка нервов. Я дрожу, но не в силах помешать этому. Он совершает скольжения без остановки и без намека на стеснение. Черт…клитор разбух и жаждет броска в преисподнюю. Парень показывает всю сноровку, когда продолжая лизать, освобождает одну руку, и она без труда находит путь к моему левому соску, что раздирает тончайшее кружево бюстгальтера.
- Рус…Рус…
- Я сказал, заткнись.
Сильно оперевшись руками о тачку, выставляю зад, давая ему больше простора для фантазий и маневров. Он переворачивается и теперь слизывает переизбытки желания спереди, а оба указательных пальца, вводит в мою киску. Мать моя, женщина!
  
Глава 24. Руслан
 
Майя безумствует и с ее губ срывается божественное ругательство:
- Мать моя, женщина!
Я улыбаюсь про себя, и кончиком языка, буравлю распадающийся на крошечные импульсы клитор. Ретро тачке приходится тяжко, когда руки девушки бьют по ней со всей силы в момент оргазма. Я в жизни не видел лица, прекраснее, чем у той, которую довожу до пика второй раз, с разницей в доли секунд своими длинными пальцами. Майя трясется, а я сижу на заднице и позволяю рукам, блуждающим по ее бедрам, животу и груди, доставлять мне самому бесконечное удовольствие. Через минуту, усаживаю малышку на колени, стягиваю с нее футболку, разбираюсь с надоевшим лифчиком и шепчу:
- Сегодня ты моя. – Не даю ей ответить и целую губами, что подарили ей электрический кайф. Майя ёрзает на мне и колется каменными сосками, представляя которые, я сипло рычу. Наконец, я подбираюсь к ним и уже не выпускаю изо рта. Они навечно потеряны в капкане моих зубов и губ. Девушка реалистично стонет, заставляя всю кровь в моем организме скопиться в члене. Яйца трещат по швам, и я шлепаю Майю по голой попке, чтоб она прекратила тереться. Но, меня игнорируют. Нагло и бесстрашно. Я поднимаюсь со своей легкой ношей, отталкиваю зачищенную от краски дверь и укладываю Миронову на заднее сидение. Она смотрит на меня снизу вверх, чем ускоряет мои движения по снятию одежды. Когда я остаюсь перед ней, в чем мать родила, она облизывается и красиво раздвигает ножки. Бл*ть! Планета начинает вращаться против часовой стрелки! Я ложусь на девушку и раззадориваю своими поверхностными прикосновениями головки к блестящим складочкам, по которым струится нектар возбуждения.