Дочь морского бога (СИ)

Проклятье, да он действительно ревнует! Дело не в Нейтане и не в его факультете. Мальмийский принц почему-то решил, что имеет исключительное право на моё общество.
— Артефакт будет готов в срок, — холодно ответила я. — И все ингредиенты у меня уже есть. Благодарю за заботу, лорд Этан-Бейли.
Он медленно выдохнул и сделал вид, что вытирает пот со лба.
— Простите, если обидел вас, леди Нейшвиль, тяжёлое выдалось утро. Господин Прим напомнил, что у нас мало времени. Спуск в батискафе запланирован на 10-е число текущего месяца.
“Через три дня! — посчитала я в уме и запаниковала — Кошмар!”
— Всё будет готово, — чуть дрогнувшим голосом заверила я.
Нам с Нейтаном действительно придётся совершить маленькое научное чудо. Или замаскировать артефакт-фальшивку так, чтобы он выглядел, как настоящий. Способностей русалки хватит на ещё одну юзифицию. Или на обнаруженный вход в подводную лабораторию. Надеюсь, после такого подвига внимание тайной канцелярии остынет хотя бы на время. Господин Прим успокоится. Но что делать с Роджером? Его ревность — огромная проблема. Гигантская, я сказала бы. Как поступить? Сразу объявить, что у меня с лордом Гростом роман или такая правда сделает только хуже? Сойдёт ли лорд-декан с ума настолько, чтобы вызвать Нейтана на магический поединок?
“Ох, нет, не выдумывай, Каролина, — фыркнул внутренний голос. — Ты слишком высокого о себе мнения”.
Да, слухов о романе должно быть достаточно. Роджер умён и благоразумен. Он оставит меня в покое. А после выполненного задания отстанет и тайная канцелярия.
“Пожалуйста, святые боги, пусть так и будет. Пожалуйста!”
  
Глава 11. Шокирующее предложение
 
Удача, наконец, вернулась ко мне и, видимо, извиняясь за годы отсутствия, помогала по всем фронтам. И заклинание для выравнивания внутреннего и внешнего давления нашлось быстро, и акульи жабры доставили свежайшие. Мы с Нейтаном законсервировали их, а из парочки самых лучших сделали артефакт с рабочим названием "БДСМ". Батискаф дешёвый складной мобильный. Лорд Грост придумал, а его сосед по комнате лорд Чейз почему-то покраснел. Одна я ничего не поняла. Предлагала убрать букву “Д” или заменить чем-то другим, но оба некроманта настаивали, что так лучше.
— Сравните стоимость, леди Нейшвиль, — воодушевлённо размахивал руками Нейтан. — Дорогущая, тяжеленная железяка и наш элегантный артефакт. Конечно, его купят намного охотнее. А шарфик? Где вы видели батискаф с лентами натурального шёлка? Леди-учёным точно понравится.
— Если они переживут шок от названия, — проговорил в сжатый кулак Артур и закашлялся. — Оставьте БДСМ, Каролина. Но помните, что перед заявкой на патент название можно поменять. Сейчас оно ёмкое и с изюминкой. Глупо отказываться.
— Вам виднее, лорд Чейз, — вздохнула я, убирая получившейся шедевр в шкатулку с наколдованным стазисом.
Жабры прекрасно добывали воздух прямо из воды. Мне удалось вплести в некромантское заклинание проницаемости плоти наш “водный фильтр”. Да, рот придётся держать закрытым. Но возможность больше не переживать о запасах кислорода того стоила.
"Прорыв, прорыв! — вопил внутренний голос. — Самое значимое открытие десятилетия!"
Я смущалась невероятно. Десять раз осаживала себя, что испытания не закончены. Да, в учебном бассейне сначала задышал зомби, а потом и лорд Чейз. Но кто знает, как артефакт поведёт себя на глубине? До погружения с Роджером оставался один день. Я нервничала как никогда в жизни. Литрами пила успокаивающий чай и спала в обнимку с учебниками.
— Некроманты плохо на тебя влияют, — ворчали Дана и Лили.
— Вот-вот, — отказывалась спорить я. — Лорд Грост говорил то же самое.
Учёбу пришлось на время забросить. Я вполуха слушала лекции, конспектировала их через абзац. А всё потому что на коленях постоянно держала рукописный дневник с наработками. На семинарах, хвала богам, удавалось отсиживаться в тени. Лили всегда вызывалась отвечать первой. Восстанавливала репутацию после истории с серебряной пылью, и, в качестве побочного эффекта, прикрывала мою спину.
 
— На здоровье, — отвечала она на моё “спасибо”. — Это меньшее, что я могу для тебя сделать.
Выслушав звонок с последней пары по заклинаниям водной стихии, я положила тетради в сумку, не глядя сунула к ним чернильницу-непроливайку, и поспешила в парк. Хотелось проветрить голову. Посидеть немного в тени раскидистых деревьев и больше не думать о сетках и узлах магического плетения.
— Леди Нейшвиль? — из мечтательной полудрёмы меня вывел голос дежурного по общежитию. Третьекурсник с совершенно непроизносимым именем протягивал записку на клочке бумаги. — Вас ждут в комнате для свиданий.
“Папа!” — сразу же догадалась я, разворачивая послание.
Действительно. Лорд Риган Нейшвиль называл меня своей маленькой девочкой и просил поторопиться.
Неужели, из путешествия отец сразу поехал в академию? Так соскучился? Или хочет узнать подробности моей работы с господином Примом? Точно! Его ведь обрадовало, что моими исследованиями заинтересовались в тайной канцелярии.
"Ох, папа, если всё получится, ты будешь мною гордиться, — мысленно обещала я, почти срываясь на бег. — Твою фамилию будут печатать в учебниках. Вот как я отплачу тебе за отцовскую заботу и любовь. Не позором, а славой для рода".
Я тоже соскучилась. Хотелось обнять лорда Нейшвиля, прижаться к его груди и хотя бы на пару минут забыть об опасности. Рядом с папой не страшно. Рядом с папой никто не посягнëт на мои секреты.
Комнатой для свиданий называли мраморную беседку в парке. Множество колонн, увитых плющом, и ажурный купол. Под ним на полу в солнечный день расцветали замысловатые узоры. Я запыхалась и перешла на спокойный шаг. Настоящей леди нельзя быть похожей на загнанную лошадь. Стоп, а кто там рядом с отцом?
Тёмно-зелёное платье тётушки Маргри я узнала сразу. Какая муха укусила мою родственницу, что она покинула поместье и приехала повидаться с племянницей? Я бы уж как-нибудь обошлась без такой чести. Пережила. И кем был ещё один мужчина? Его лицо мне казалось смутно знакомым.
— Каролина, дорогая, — тётушка раскинула руки в приветственном объятии. — Ты всё учишься, моя умница, а мы уже заждались.
Всё. Лекари сообщили моей семье, что я смертельно больна. Или пророки вещали о надвигающемся конце света. Иных причин для такой внезапной любви леди Маргри к “проклятой старой деве” и “позору для рода” я не могла придумать. Да она впервые приехала меня навестить, обычно даже письма не писала!
— Какая неожиданная встреча, тётя, — клюнув её в щёку вежливым поцелуем, произнесла я. — Как ваше здоровье?
“Не потеряли ли вы случайно память?”
А что? Шла леди по саду, и вдруг ей на голову не упало яблоко. Рассудок и помутился. Забыла тётушка, что терпеть меня не может и считает главным разочарованием. Незамужняя Нейшвиль! Какой ужас!
— Годы уже не те, — скромно опустила взгляд самая здоровая женщина на свете. — Но молитвами близких ещё держусь как-то. Мне лишь бы дети были счастливы. Племянница единственная.
— Молюсь за вас денно и нощно, тётушка, — поддержала я спектакль. Если и молилась, то только о том, чтобы подольше сестру отца не видеть. — Что же вас привело в академию?
— Ой, да я что? — всплеснула она руками. — Пусть лучше Риган скажет.
“Ох, русалочьим хвостом чувствую, леди Маргри задумала какую-то гадость”.
Я перевела взгляд на папу и забыла о своих страхах. Улыбнулась и обняла, как давно хотела, прижимаясь носом к груди и вдыхая знакомый с запах.
— Соскучилась, — шепнула я. — Надеюсь, ты никуда не уедешь до следующих каникул?
Папа рассмеялся, ласково перебирая мои волосы.
— Хотел бы, но отпуск между экспедициями короткий. Ты же знаешь хиашимцев. Проще плюнуть на исследования, чем разобраться, где они прячут свои записи.
— И почему они такие туманные, — поддержала я шутку. — Но хотя бы сегодня останешься на чай?