Избранными не становятся… (СИ)
И вот, устав находиться в вынужденном заточении, Ниапрекер собрал армию нечисти и напал на королевство Маизайры. Люди и существа гибли в сражениях. Сердце королевы разрывалось на части. Не в силах противостоять Ниапрекеру, Маизайра собрала всю мощь, что веками копили ее предки, и обрушилась на армию черного мага.
Ниапрекер был повержен, но изможденная королева была при смерти. Из последних сил Маизайра создала маленький белый шар, вложив его в руки своей свите.
— Это шайс. Великое оружие. Наступит день, когда на свет появится Избранная. Будет она грациозна и ловка, словнокошка, умна и хитра, подобно лисе. Она сможет обуздать силу шайса. Будучи доброй и справедливой, она вернет мир. Если же злые силы найдут ее быстрее… — не закончив говорить, королева захрипела, схватилась за сердце, и дух ее покинул тело.
Солнце уже было высоко, когда Лерион, наконец, закончил говорить.
История оказалась интересной. Таких подробностей о чужом мире прежде я не слышала. Из этого рассказа действительно вытекало, что я Избранная, ведь маленький шарик каким-то образом работал в моих руках. Но, ловка как кошка? Ха! Да я самый неуклюжий человек из всех, кого знаю!
— Подожди здесь, я вернусь через несколько минут. Лерион скрылся за большой пристройкой в углу крыши, оставив меня наедине с пегасом. Спустя довольно продолжительное время, появившись снова, мужчина выглядел уставшим, вытирая пот со лба и отряхивая пыль с колен. Я забеспокоилась, что он мог ненароком свалиться с крыши.
— Пойдем, — мужчина указывал куда-то за пристройку. За неприметным покосившимся зданием, служившим скорее складом для ненужных вещей, чем жилищем кого бы то ни было, на кирпичной стене мелом была нарисована слегка кривоватая дверь. У самой крыши, вокруг рисунка и в центре двери были аккуратно выведены какие-то символы. Лерион вынул из ножен меч и вложил лезвие в ладонь, после вытирая его о плащ и убирая обратно в ножны. Сжав руку в кулак и позволив крови покрыть ладонь полностью, мужчина приложил руку к центру рисунка, где значился самый крупный и обведенный несколько раз символ. Прикрыв глаза, Лерион скривился. Символ словно впитывал в себя его кровь. От ладони потянулись тонкие светящиеся нити, покрывая рисунок подобием паутины. Мужчина открыл глаза и отнял руку от стены. Светящаяся паутина продолжала расползаться по кирпичной кладке, заполняя все пространство внутри рисунка, пока не образовала очерченную неровными линиями воронку.
— Знаешь, — смотря, как Лерион перевязывает ладонь, произнесла я.
— В прошлый раз я попала в Ниапрекер совсем не так живописно.
— Куда ты попала? — мужчина рассмеялся. Кажется, на счет ума Избранной королева тоже слегка приукрасила. Едва успокоившись, Лерион взял пегаса под уздцы и галантным жестом предложил мне первой ступить в искрящуюся неизвестность.
Стараясь не думать о том, что может ждать впереди, я уже почти ступила в воронку, когда нога сама сделала шаг назад.
— Боишься? — с издевкой вздернул бровь Лерион. Неуверенно кивнув, я отошла в сторону. Лерион бесцеремонно втолкнул в воронку пегаса.
— Господи, нет! Что ты наделал? Лерион. Ты просто… Через мгновенье, почувствовав легкий толчок в спину, я ощутила несколько мгновений свободного падения. Мир вокруг закрутился. В глаза ударил яркий свет, заставивший ненадолго зажмуриться. Упав на что-то жесткое и больно приложившись животом, я невольно открыла глаза, пытаясь принять более удобное положение. Дальше снова было падение. Впрочем, недостаточно долгое. Падая сквозь колючие лапы ели, я изо всех сил старалась ухватиться за ветки, но лишь ободрала руки. Не долетев до земли каких-то пару метров, я была выловлена сильной рукой Лериона, спикировавшего на пегасе. Мягко опустившись на землю и сделав еще несколько шагов, конь остановился, сложив крылья. Лерион спустился на землю, опуская рядом тело, усеянное корой и зелеными иголками. Из волос торчали сучья. Чувствовалось дальнее родство с лесными нимфами. А может и с кем-то чуть менее живописным. Сев на траву, Лерион засмеялся.
— Да уж, ловкость и грациозность кошки. Сорвав пучок травы, я зашвырнула ею в лицо покатывающегося со смеху провожатого, но травинки, салютом, облетели его, не осев даже на одежде.
— Нужно будет составить собственное описание вышеупомянутой Избранной. Вспыльчивая, решительная и поразительно живучая, — принялся загибать пальцы Лерион, поднимаясь с земли и подавая мне руку. Волосы были почти вычищены, одежда отряхнута, а с царапинами и занозами можно разобраться позже. Взявшись за протянутую руку, с кряхтением я поднялась на ноги. Мышцы ныли, моля о мягкой перине и, возможно, диагностике в травмпункте. По широкой тропинке, ведущей через довольно редкий лесок, мы подошли к широкой реке. Лерион вызвался искупать пегаса, я же лишь слегка умыла лицо и руки, повалившись на траву и подставляя лицо солнцу. На лицо что-то капнуло. Еще две капли упали на шею и одна на руку. Дождь? Отрыв глаза, в свете заходящего солнца я разглядела темную фигуру, склонившуюся надо мной.
— Боже мой!
— Почти угадала! — усмехнулся Лерион. С волос его стекала вода.
Видимо купание с пегасом было совместным. Солнце почти село. Видимо, ожидая, пока банные процедуры крылатого существа закончатся, удалось задремать. Вытерев с лица капли воды, я встала с земли.
— За рекой есть деревня. Мы остановимся там на ночь, а с утра отправимся дальше, — проговорил Лерион, взбираясь на спину пегаса.
Конь взмахнул крыльями.
— Эй, вы же не заставите меня перебираться вплавь? Лерион, подвинься. Чтобы забраться на конскую спину, мне пришлось за что-то держаться. Слегка пострадал сырой хвост пегаса и плащ Лериона.
Мужчина и конь повернули ко мне не слишком любезные физиономии. Но результат был на лицо. Я сидела на конской спине. Маленькая месть крылатой нечисти была приятна и Лериону. А возможно он даже был соучастником. На середине реки конь резко взмахнул крыльями, заходя в крутое пике. Вместе с длинным черным плащом, за который я держалась, застежка которого так удачно щелкнула, я полетела вниз, прорезая водную гладь и распугав криками и фонтаном брызг всех окрестных лягушек. Речка оказалась не глубокой. В обычное время, не имея с собой крылатого коня, мы могли бы перейти ее. Выбравшись на берег, поймав на себе почти искренне удивленный взгляд Лериона, я смачно ругнулась и констатировала факт, что плащ его погиб смертью храбрых. На самом же деле он был прижат найденным в воде камнем, что не позволяло ему всплыть на поверхность.
— Твой конь — чудовище! — прошипела я, забирая у мужчины рюкзак и отходя за кусты. С выжимаемой одежды ручьями стекала вода. В рюкзаке ожидали своего часа свободная белая юбка, майка и сменное белье.
Обуви, к сожалению, там не поместилось.
— Не могу с тобой согласиться! — крикнул Лерион. — Все кто знает Ксеона, могут в один голос подтвердить, что он просто золото, а не конь.
— В ломбард бы это золото… — выходя из-за кустов, бубнила я, в одной руке держа рюкзак, заполненный мокрыми вещами, а в другой кроссовки. Лезть на спину мстительного животного принципиально отказалась, предпочитая спокойную прогулку по мягкой траве вдоль дороги непредсказуемому удобству. Небольшую деревеньку, скрывающуюся за лесом, я узнала сразу, оставляя недоуменно глядящего вслед Лериона, и подбегая к знакомой двери, в нетерпении забарабанив по ней кулаками. Дверь открыл светловолосый молодой человек. По сравнению с пареньком, которого я могла припомнить, он был довольно широкоплеч и чуть более плотного телосложения. Только глаза выдавали в нем все еще молодого конюха. А ведь прошло так мало времени.
— Я вас знаю? — голос у молодого человека остался прежним, но исчезла доля детской непосредственности.
— Ты знаешь меня, я знаю тебя, — завуалировано произнесла я, пытаясь высмотреть за его спиной хрупкую девичью фигуру. — Алена дома? Молодой человек недоверчиво заглянул в мои глаза, словно начиная что-то понимать, но все так же отрешенно отвернулся от двери и позвал девушку по имени. Впрочем, результатов это не принесло и, вздохнув, хозяин дома отправился на поиски, оставив гостью на пороге. Не прошло и минуты, когда к двери вышла миловидная девушка, поглаживая округлившийся живот. Я часто заморгала, пытаясь разглядеть в этой девушке свою подругу.