Аромат Жасмина (СИ)

  
10 
 
Богдан
«Придурок… лажанулся по полной программе…» – замечания Жасмин, основанные на личном опыте, как обухом топора по голове ударили.
Нахрена я так сказал? Вернее – то, как это сделал, по сути – в приказном порядке, поставив перед фактом, не заботясь о её мнении и интересах. Можно же было как-то иначе выразиться… Единственное, о чём думал в тот момент – своих желаниях, заполучить эту женщину и не отпускать больше... Есть слабое оправдание: меня переклинило, не совладал с эмоциями, потерял контроль, причиной чего является она – разбудила внутреннего зверя, который уже не откажется от «своего» и никогда не отступит назад!
Не прощу себе, если неаккуратно брошенной фразой сам всё испортил и лишился шанса на взаимность – неуместным поведением мог напугать. На что надеялся, спрашивается? Между нами и так слишком быстро всё произошло, а я давлю на неё, тороплю события и указываю, как жить – со мной, на моих условиях. Ей хватает сложностей в отношениях с Маратом… И кто знает, какие ещё проблемы имеются?
«Нет, уезжать не собираюсь» – я поднялся с постели, натянут боксеры и решительно направился в кухню.
Должна выслушать... Неправильно поняла мои слова: я не считаю Жасмин вещью или переходящим призом от мужчины к мужчине, и, уж тем более – не пытаюсь поработить, превратив в безвольную послушную игрушку. Зато, что касается, остального, был честен: довольствоваться статусом любовника и прятаться по укромным местам, встречаясь периодически – не стану, как и быть временным способом отвлечься от ежедневной рутины, ну и делить, теперь уже мою женщину, с Хасановым не буду, не позволю ему помешать нам. Хочу оградить её от влияния деспотичного мужа, защищать, оберегать. Да, преследую собственные цели – она нужна мне, целиком и полностью, и этим всё сказано!
Жасмин стоит возле окна, руки скрестила на груди – поза напряжённая.
– Прости, – приблизился к ней, но не трогаю, опасаясь сделать хуже. Пусть успокоится.
– Богдан, у-ез-жай, – по слогам произнесла она. В мою сторону не смотрит.
Невыполнимая просьба:
– Я не оставлю тебя здесь, – и в своих намерениях твёрд, – либо ты поедешь со мной, либо останусь.
– Ну вот, – она развернулась лицом, взглянула на меня – глаза блестят от едва сдерживаемых слёз, – опять командные замашки звучат в твоём голосе. Не смогу так: отношениями, в которых чувствую себя дискомфортно – жертвой или запертой в клетке птицей, сыта по горло. Боюсь повторений печального сценария... испытать заново эту боль… нет, – покачала головой, – наступать на одни и те же грабли не стану. Мечтаю избавиться от этого раз и навсегда. Лучше сразу расставить точки над «i», чем позже столкнуться с трудностями.
– Давай поговорим, объясню всё, – «что же я натворил… идиот…».
Чем думал?!! Обидел её…
Не скрою, рассчитывал на другую реакцию. Полагал, моё предложение жить вместе будет воспринято не столь категорично – в штыки. Мы же взрослые люди, к чему эти сомнения и метания. Не попробуешь – не сделаешь выводов. Хочу показать, какими бывают отношения мужчины и женщины, где нет места унижениям, насилию и грязи – чего Жасмин хватает в жизни и знакомо как никому. Причём, сужу исключительно по тому, что стало известно, а сколько всего ей пришлось вынести? – даже не представляю.
– Поговорить? А в этом есть смысл? – возмутилась Жасмин. – Ты уже выразил нежелание связываться с замужней женщиной. Зачем только начинал… добивался моего расположения… ведь знал обо всём заранее и тебя это не остановило… сейчас же ставишь условия… Повторюсь: случившееся между нами не даёт право распоряжаться мной.
– Жалеешь? – лишь бы не ответила «да». С остальным разберусь – исправлю ошибку и буду вначале думать, прежде чем сказать что-либо.
– Нет, ни о чём не жалею, и в мыслях не было. Я стремлюсь изменить свою жизнь, правда. С тобой мне хорошо, ты как глоток свежего чистого воздуха. Но твои слова сильно задели… – она резко замолчала, опустив взгляд. – Это так похоже на поведение Марата. Сравнивать вас неправильно… и, тем не менее… Немало общего заметила на одном-единственном примере. Он всегда только тем и занимается, что пытается «ломать» меня, требуя покорности во всём, порой, угрожая… и применяет не самые «щадящие» методы для этого…
 
«Да понял уже» – а насчёт угроз – много вопросов. Чем можно угрожать жене? Уж не поэтому Хасанов активно ищет её?
– Прости, – выдохнул облегчённо. Главное – не всё потеряно.
Обнял Жасмин: не в состоянии видеть, как мучается и терзается. И в этом виноват я – триггером болезненных воспоминаний послужило моё неосторожное заявление.
– Уйти от мужа пока не получится, хотя очень этого хочу, – она не противится, позволяет прикасаться к себе. Доверчиво прижалась к моей груди.
«Вроде бы не злится больше».
– Не получится? В чём проблема? – «по каким причинам оттягивает развод, цепляется за брак, от которого устала?». – Расскажи. Если нужна помощь и непосредственное содействие – я готов. Только не прогоняй, не отталкивай…
– Собственника не будешь «включать»? – Жасмин слегка отстранилась. Смотрит, нахмурившись.
Пообещать это крайне сложно: нравится ей или нет, а теперь – принадлежит мне, сама проявила инициативу, значит – согласилась на всё, в моём понимании, и пусть не принимает этот факт, но всё-таки дала право вмешиваться, когда отдалась... А вот постараться контролировать свои эмоции, заботиться о её чувствах и желаниях – выполнимая задача, ну и давить на неё не буду.
– Богдан, твоя задумчивость о многом говорит…
– Отрицать не стану, – перебил, – привык поступать так, как сочту нужным, и не останусь стоять в стороне, если замечу несправедливость. Один раз уже послушал тебя и ушёл, а к чему это привело… – провёл пальцами по её щеке с огромным синяком. – Я же защитить хочу. Сколько будешь терпеть выходки и нападки мужа? Зато рядом со мной увидишь разницу, никогда не почувствуешь себя жертвой, забудешь о насилие – это единственное, что могу обещать.
– И откуда ты такой взялся… – она уткнулась в мою грудь, потёрлась носом.
В этой фразе прозвучал подтекст, как показалось, о чём Жасмин не решилась откровенничать. Лично я понял так: «почему не встретила тебя раньше…» – и это вторит моим ощущениям.
– Ответить глупо? – заключил её лицо в ладони, заглядывая в красивые глаза.
– Это как?
– Папа с мамой постарались – оттуда взялся, плод любви я.
– Ладно, плод любви, — она улыбнулась уголком губ, — оставайся.
– Расскажешь о своих проблемах? – аккуратно уточнил, – и не только об этом…
– Расскажу, и ты тоже готовься к расспросам, хочу знать о тебе всё.
«Давно пора» – мы успели стать близки как мужчина и женщина, но до сих пор плохо знакомы.
  
11 
 
Жасмин
Не знаю, с чего начать… Богдан может подумать, что нужен исключительно для того, чтобы решить проблемы и обрести независимость от мужа. Хотя… По сути, так и есть, но с одним весомым уточнением: и в мыслях нет использовать его, тем более – сейчас, когда мы стали близки. И всё равно выпрашивать деньги неудобно...
«Ей-богу, как нищенка с протянутой рукой…».
– Жасмин, скажи уже что-нибудь, – он крепко обнял за талию, устроился на стуле, усадив меня на свои колени.
– Причина в фонде… – отвернулась в сторону. Стыдно и неловко. – Марат основал «Надежду», я директором там числюсь, и поскольку организация некоммерческая – без спонсорства нам никак не обойтись, а с некоторых пор мы остались без помощи – муж больше ни в чём не принимает участия, отказывается выделять деньги, перекрыл кислород – доступ к общим счетам закрыл. Я почти на два месяца задерживаю зарплату сотрудникам, работать бесплатно никто не будет – скоро люди начнут массово увольняться. Только волонтёры готовы трудиться из альтруистских побуждений, за интерес, – «впрочем, даже им надо выплачивать небольшое содержание на проезд, оплату мобильной связи, обеды, форменную одежду и, конечно, организацию развлекательных программ для детей». – А если подам на развод, не заручившись дополнительной поддержкой, то разом лишусь всего. Хасанов не просто разозлится – захочет уничтожить дело моей жизни… и меня заодно… ещё потребует вернуть вложенные средства… – ну вот, призналась, наконец.