Антология советского детектива-46. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

— Как, как? — удивился Петр. 
— Очень просто, — засмеялся Игорь, — медсестры есть, мед-братья тоже были, я где-то читал об этом. А ты мой медсвояк. Ну ладно, передаю тебе старшего лейтенанта, только ты его с девушками в одно купе не сажай, он у нас скромный. 
— Для него место подготовлено. Вы поедете с нашим врачом, капитаном, очень милым человеком, — повернулся Карпунин к Сергею. 
  
Данилов
 
О том, что Муштаков идет по коридору, все узнавали заранее. Сначала помещение наполнял медовый запах трубочного табака, потом из-за поворота, где в «пенале» располагался его отдел, появлялся подполковник Муштаков. Данилов никогда не видел его в форме. Даже зимой сорок первого, в момент наивысшего напряжения сил, когда не то чтобы побриться, поспать некогда было, Володя Муштаков всегда появлялся в белой крахмальной рубашке, прекрасно сшитом костюме и модном галстуке. Таким же точно предстал он сегодня перед Даниловым. Муштаков шел по коридору в потрясающем синем костюме с трубкой в зубах. Данилов оглядел его всего, от безукоризненного пробора до черных ботинок на толстой каучуковой подошве, и в душе даже позавидовал. 
— Милый Ваня, — Муштаков взял его под руку, — вот уж действительно, если гора не идет к Магомету... Я, как ни странно, ищу тебя. 
— Слушай, Володя, ты где такой вкусный табак берешь? 
— «Золотое руно»? Проще простого. Мой приятель писатель, у них есть свой буфет, там талоны на табак можно отоваривать именно этой маркой. 
— Чертовски здорово пахнет. 
— Открою секрет тебе одному. Я беру обыкновенный табак и мешаю его с «Золотым руном», поэтому мои запасы долговечны. Но все же я очень прошу: зайди ко мне. Во-первых, я угощу тебя чудесным кофе, во-вторых, у меня есть соображения по поводу твоего покойника. 
— Ты имеешь в виду Судина? 
— Именно его. 
Они вошли в отдел по борьбе с мошенничеством. 
В кабинете Муштакова приятно пахло хорошим табаком и довоенным кофе. 
— Садись, он еще горячий, сейчас тебе налью. 
— Ты знаешь, сколько времени я не пил настоящего кофе? — спросил Данилов, глядя на Муштакова, возившегося с немецкой трофейной спиртовкой. 
— Знаю. Ровно столько же, сколько и я. С середины сорок первого. Но вчера приехал с фронта мой брат и привез мне эти трофеи. — Муштаков показал на спиртовку и банку с яркой этикеткой. 
Данилов взял чашку из рук Муштакова и вдохнул забытый аромат. Сделал первый глоток и закрыл глаза от удовольствия. Когда Данилов ухаживал за Наташей, они часто бывали в кафе «Красный мак» в Столешниковом. Стены, обшитые темными панелями, мягкая удобная мебель, мраморная стойка в глубине. Кафе как бы состояло из двух половин: одна его часть несколько возвышалась, туда вели три ступеньки. Тогда по телефону для конспирации они говорили: пойдем к трем ступенькам. Они приходили туда, брали бутылку «Кара-Чанах», пирожные и кофе, крепкий и ароматный. 
Иван Александрович сделал еще глоток, потом еще. 
— Налить? — предложил Муштаков. 
— Неудобно разорять тебя. 
— Пустое. — Он наклонил кофейник, долил еще полчашки. — К сожалению, все. Пей, я тебе кое-что расскажу. 
Муштаков открыл сейф, достал тоненькую папку. 
— Это показания одного золотишника, спекулянта Володи Булюля, нет, не напрягайся, ты его не знаешь. Он промышлял у скупки в Столешниковом. Вот что он поведал нам. 
 
«Перекупленные дорогие вещи я отдавал за золото и медикаменты некоему Судину Илье, по кличке Морденок. 
 
Вопрос. Какие медикаменты вам давал Илья Судин? 
 
Ответ. Сульфидин и иногда морфий. 
 
Вопрос. Где он их брал? 
 
Ответ. Это мне неизвестно. 
 
Вопрос. Сколько сделок у вас было с Судиным? 
 
Ответ. Точно не помню, пять или шесть. 
 
Вопрос. Чем он занимался? 
 
Ответ. Подвизался уполномоченным по снабжению от какой-то бакинской организации. 
 
Вопрос. Где и когда вы с ним познакомились? 
 
Ответ. Мы вместе отбывали срок на ББК [55]. Только тогда у него другая фамилия была, а кликуха та же...» 
  
— Ну вот, пожалуй, и все новости, — Муштаков закрыл папку, — теперь ты можешь почти точно установить, кто такой Судин. 
— Володя, — Данилов встал, — я сейчас к начальству иду, ты мне не дашь этот протокол? 
— Зачем он тебе? Я просто прикажу, и выписка через пятнадцать минут будет в приемной у Осетрова. — Муштаков взглянул на часы и постучал кулаком в стенку. — Это моя спецсвязь. Иди спокойно. Все будет вовремя. 
Выходя из его кабинета, Данилов столкнулся в дверях с сотрудником Володиного отдела. 
  
Данилов и начальник
 
Они разложили бумаги на большом столе начальника. В кабинете было по-утреннему зябко, но форточка все равно оставалась чуть приоткрытой, начальник считал, что свежий воздух целебен. Он читал материалы по делу, а Данилов рассеянно рисовал один и тот же мужской профиль на коробке от папирос, ожидая первого вопроса. 
— Ну что же, Иван Александрович, — начальник оторвался от бумаг, — читается с неослабевающим интересом, как авантюрный роман. 
— «Похождения Рокамболя» [56]? — усмехнулся Данилов. 
— Нет, скорее, «Петербургские трущобы» [57]. Доложи о предпринятых мерах. 
— Сегодня утром Белов выехал в Баку. Наблюдение за Валиевой осуществляют местные товарищи. 
— Ясно. Транспорт? 
— Литерный санитарный поезд. Идет на двойной тяге. Должен прибыть на место через три-четыре дня. 
— Дважды в день связывайся по ВЧ и докладывай мне. 
— Есть. 
— Что с Кузымой? 
— Часа через два допросим. 
— Что за срок странный такой? 
— Наркоман, пока еще не отошел. 
— Меня крепко интересует этот «полковник». Где шофер? 
— Никитин выехал за ним. 
— С прокуратурой говорил? 
— Конечно. 
— Кто дело-то ведет? 
— Чернышов. 
— Степан Федорович. Смотри, жив курилка! Молодец! Ему сколько лет-то? 
— Шестьдесят два. 
— Мне кажется, что главные фигуры здесь «полковник» и Кузыма. С Судиным все ясно. Кстати, пальцы его и фото, кличку тоже немедленно в ГУМ [58] для идентификации. Говоришь, был на Беломор-канале? Выясним! А теперь, Ваня, дальше поедем. Какие у тебя имеются мысли в отношении стратегии, а также тактики? 
— Вы меня, видимо, с генералом Скобелевым [59] спутали. 
— Нет, я тебя ни с кем не спутал. — Начальник зашагал по ковру. — Нет, не спутал, — добавил он. — В сыске тоже нужна и стратегия и тактика. Понял? 
— Куда уж как ясно. Только, на мой взгляд, задача у нас одна — срочно расколоть Кузыму и выйти на «полковника». Повяжем его, тогда мы на коне. Уйдет... 
— Тогда я с тебя первого спрошу, за всю шоколадку, — хохотнул начальник. — Ну а с меня... — Он не докончил и повернулся к окну. 
— Ну что мы заранее о выговорах думаем, — Данилов встал, начал собирать бумаги, — что-то вы слабину давать начали. Пока мы точно выходим... 
— В цвет? — Начальник быстро повернулся. — Конечно, если возьмем, то оно так и будет. А если нет?.. 
— Найдем. 
— Иголку в стоге сена. Оптимист ты, Ваня. А может, лучше обрубить концы? — хитро спросил он. 
— Это как же? 
— Да так, возьмем Валиеву, а убийца Соколова у нас. 
— Вы что, шутите?! 
 
— Конечно, шучу, — вздохнул начальник, — только кое-кто так делает, и ничего — в передовиках ходит. 
— Мы с тобой разве в розыск за этим пришли? За карточкой на доске Почета и процентами? 
— Иди ты, — махнул рукой начальник, — тебе же русским языком сказано: шучу. Могу я пошутить или нет?