Антология советского детектива-46. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

— Это точно, к сожалению. 
— Ну ладно, хватит об этом. Я тут материалы смотрел. В допросе Спиридоновой сказано, что этот аферист... как его? 
— Гомельский. 
— Правильно, Гомельский, и тот, кто выдает себя за Шантреля, земляки. 
— Точно. По нашим предположениям, они оба из Харькова. 
— Так вот какое дело, друг мой Данилов. — Королев встал, прошелся по кабинету. — Есть одна комбинация, пока я еще не уточнил ничего, но через два часа полная ясность будет. Приезжай в наркомат к шестнадцати, — капитан поглядел на часы, — нет, лучше к восемнадцати. Лады? 
— Лады. 
— Ну тогда я не прощаюсь. 
Данилов вышел из управления в семнадцать тридцать. Машину вызывать не стал: от Петровки до площади Дзержинского, где помещался наркомат, было двадцать минут хода. Погода испортилась, начал накрапывать мелкий дождик. Данилов ускорил шаг, через проходной двор вышел на Неглинную и там быстренько на Кузнецкий мост. 
В ГУМ Данилов заходить не стал, опасаясь, как бы от него не потребовали срочно написать какую-нибудь справку, до которой работники наркомата были весьма охочи. Он позвонил Королеву прямо из бюро пропусков. 
— Пришел, — обрадовался капитан, — а я тут кое с кем договорился. Ты жди, я сейчас. 
Через несколько минут он спустился и повел Данилова подземным переходом в другое здание. Иван Александрович здесь был впервые, поэтому разглядывал все с любопытством. 
— Что, любуешься нашим «метро»? — усмехнулся Королев. 
— Солидно сработано. 
— Фирма. Это тебе не уголовный розыск. 
— Уж это точно. 
— Мало почтения в голосе слышу, товарищ Данилов, — Королев засмеялся и показал на дверь: — Нам сюда. 
Потом лифт поднял их на четвертый этаж, и они шли длинным коридором мимо одинаковых дверей с круглыми цифровыми табличками. 
— Все, пришли, — Королев толкнул дверь и пропустил Данилова вперед. 
Из-за стола навстречу им поднялся лейтенант с зелеными пограничными петлицами: 
— Товарищи Королев и Данилов? 
— Они самые. — Капитан достал удостоверение. 
Лейтенант бегло взглянул на него и показал рукой на дверь: 
— Товарищ полковник вас ждет. 
В небольшом кабинете, всю стену которого занимала завешанная шторкой карта, за столом сидел полковник погранвойск. 
— Товарищ полковник, капитан Королев и начальник отделения по борьбе с бандитизмом Московского уголовного розыска Данилов, — доложил Королев. 
— Мне звонили о вас, садитесь. Я дал команду узнать, есть ли в районе действий партизанской группы интересующий вас человек. 
Полковник нажал кнопку. В дверях появился адъютант. 
— Новожилова ко мне. 
— Слушаюсь. 
«А порядок у них железный», — подумал Данилов. Он не успел спросить у Королева, к кому и зачем они идут, и поэтому чувствовал себя не в своей тарелке. А спрашивать у Королева именно сейчас было совсем неудобно. Что подумает о нем полковник-пограничник? Мол, пришел, куда и зачем — не знает. Видимо, этот отдел имел какое-то отношение к партизанским отрядам. Данилов решил пока ждать. 
— Разрешите? 
В кабинет вошел майор с такими же зелеными петлицами. 
— Ну что у вас, Новожилов? 
— Мы связались по радио и получили ответ. Пономарев, начальник уголовного розыска Харькова, действительно находится в указанном вами соеднинении. 
— Спасибо. Можете идти. Ну вот, товарищи, интересующий вас человек нашелся. 
— Товарищ полковник, — Королев мельком взглянул на Данилова. И Иван Александрович увидел сразу повеселевшие глаза капитана. — Товарищ полковник, — продолжал он, — нам надо послать туда своего человека. 
— Ну что ж. На этот счет также есть распоряжение замнаркома. Кто полетит? Кто-нибудь из ваших сотрудников? 
— Нет, мои, к сожалению, все заняты. Придется послать кого-нибудь из наших коллег. — Королев кивнул в сторону Данилова. 
— Прекрасно. Поторопитесь. Он должен быть у меня к двадцати одному часу. 
Только теперь Данилов понял все до конца. Пономарев, тот самый Пономарев, о котором говорил Муштаков. Надо лететь к нему и показать фотографию того, кто выдал себя за Шантреля. 
 
В коридоре Королев спросил: 
— Знаешь, где мы были? 
— Нет. 
— У начальника штаба ОМСБОН [12] полковника Орлова. 
Данилов присвистнул. 
— Так-то. Видишь, как я все организовал. Теперь знай лови своих бандитов. 
— Фирма, — Данилов хлопнул Королева по спине. — Работа высокого класса. 
— То-то. Кто полетит? 
— Я. 
— Нет, брат, не выйдет. Ты операцией руководишь, у тебя в руках все нити. Не выйдет. 
— А жаль. Я на самолете ни разу в жизни не летал. 
— Ничего, успеешь. Кончится война, возьмешь билет — и в Крым, с комфортом. Так кто полетит? 
— Думаю, Муравьев. 
— Это тот, молодой, с двумя шпалами? 
— Тот самый. 
— Вроде боевой парень. Не подведет? 
— А чего сложного? На самолете туда и обратно, да карточку Пономареву показать. Всего страху сутки, — наивно, словно не понимая, ответил Данилов. 
— Это точно. Дело пустяшное. Рейс Москва — Великие Луки с посадкой в живописных местах. — Лицо Королева стало строгим. — Все может случиться, Иван Александрович, ведь в тыл летят. 
— Я за него ручаюсь, Виктор Кузьмич, а если моего слова мало, то возьми у нас в парткоме рекомендацию, которую я вчера ему написал. Для вступления в партию, между прочим. 
  
Муравьев
 
Минут через сорок машина остановилась. По темным окнам скользнул узкий луч фонаря. 
— Документы, — скомандовал кто-то невидимый в темноте. 
Полковник Орлов, сидевший на переднем сиденье, протянул бумаги. Часовой внимательно читал их, потом передал еще кому-то. Наконец раздался голос: 
— Пропустить. 
Со скрипом распахнулись металлические ворота. 
«Наверное, приехали на аэродром», — понял Игорь. 
Еще минут десять машина шла в кромешной темноте. Муравьев из-за спины Орлова, напрягая зрение, пытался разобрать что-нибудь на черном экране лобового стекла. Сначала ничего не было, но потом привыкшие к темноте глаза начали различать большой предмет, лежащий на земле. Он пытался понять, что это такое, но так и не понял. Машина остановилась. 
— Приехали, — обернувшись, сказал Орлов. 
Игорь вышел на летнее поле, пошел за полковником. Постепенно контуры неизвестного предмета стали вырисовываться точно, и он понял, что это самолет. Вот только какой, Муравьев не знал. 
К Орлову подошел военный и доложил, что все в порядке. 
— Вот тот самый человек, которого приказано доставить в отряд, сказал Орлов. — Пойдемте, товарищ Муравьев, — повернулся он к Игорю. 
Военный пожал Муравьеву руку, пробормотал фамилию. 
— Скорее идите к трапу. 
— Спасибо, товарищ полковник. — Игорь шагнул к Орлову. 
— Не стоит, мы же одно дело делаем. — Он крепко пожал руку Игорю. — Помните, если что случится, действуйте по обстановке, не забывайте о звании чекиста. 
— Я все сделаю. — Голос Муравьева сорвался от волнения. 
— А вот волноваться не надо, это же наша работа. Ну, счастливого полета. — Полковник легонько подтолкнул Игоря к машине. 
У трапа его кто-то услужливо подсадил. 
— Осторожно, осторожно, — предупредил чей-то голос. 
Игорь, оступившись, шагнул в черный проем двери. В салоне пахло бензином, нагретым металлом и еще чем-то пахло, только вот чем, Муравьев никак не мог определить. Он сделал несколько шагов по покатому полу. Впереди в темноте светились приборы. «Кабина», — понял Игорь и, больно ударившись коленом об острый выступ, почти упал на узкое металлическое сиденье у борта. 
Колено ныло длинной пронизывающей болью, и Игорь подумал, что в такой ситуации ему только ногу сломать не хватает. Постепенно он освоился с темнотой и понял, что кроме него здесь есть еще люди. 
 
Загрохотал пол под чьими-то тяжелыми шагами, с лязгом закрылась дверь. Потом взревел мотор, и машина, чуть подпрыгивая, покатилась по полю.