Потанцуй со мной (ЛП)

Тесс потребовалось мгновение, чтобы понять.
— Ты хочешь сказать?..
— Рен — ребенок от донора спермы. — Рука Тесс подлетела ко рту. — Я отнес документы прямо своему адвокату. Все законно. Впервые в жизни Бьянка все сделала правильно.
— О, Иен… — Ее сердце так сильно сжалось в груди, что вытеснило все остальное. У Бьянки не было семьи, а в свидетельстве о рождении Рен стояло имя Иена. Глаза ребенка Тесс распахнулись, когда слеза упала ей на щечку. Тесс всхлипнула и тыльной стороной ладони смахнула слезы. — Это действительно конец? Она вправду моя?
Иен кивнул.
— У тебя есть все, что ты хочешь. Не только Рен. После вчерашней ночи, я думаю, и твоя карьера вернулась.
И то правда. Тесс благополучно приняла роды в сложных обстоятельствах, не потеряв при этом мать, но было ли этого достаточно, чтобы вырваться из паралича, или она собиралась продолжать убегать?
Больше ни за что. Смерть Бьянки навсегда останется с ней. Тесс не могла представить, что принимает роды, не испытывая страха. Но она это будет делать. Она преодолела себя вчера вечером и будет проходить через этот ад всякий раз. Она акушерка. Это ее суть.
Над их головами в ветвях порхала птица. У нее будет все. Карьера. Ребенок. Гора, которая стала ей домом, и город, который одновременно принимал ее в свои объятья и бросал вызов. Все, кроме Иена Норта.
Тесс посмотрела на верхушки деревьев.
— Теперь нам не нужно оставаться в браке.
Иен подошел к ней.
— Нет никакой спешки, но… — Он потер рукой подбородок. — Я получил предложение насчет школы.
Тесс сглотнула. Посмотрела прямо перед собой.
— Ты собираешься продавать дом?
— Я не знаю.
Она заставила себя высказать очевидное.
— Речь не о том, что твоя жизнь здесь сложилась.
— Нет, не так.
Она поднялась с края платформы.
— Мне нужно забрать Саванну из больницы.
— Лестница крутая. Отдай мне Рен.
— Я могу справиться с ней.
— Я знаю, что можешь, но…
Тесс уже спускалась по ступенькам. Внизу она помедлила. Иен стоял над ней наверху лестницы. Ей нужно было что-то сказать, и требовалось сказать это сейчас, когда она еще в одежде и ясно мыслила.
— Я думаю, тебе стоит принять это предложение.
— Почему?
Он спустился по лестнице наполовину, прежде чем спрыгнуть на землю.
— Тебе лучше знать. С тех пор, как живешь здесь, ты не смог сотворить ничего, что тебе нравится, связал себя браком, который тебе не нужен, и взял на себя ответственность за ребенка, который тебе не принадлежит.
— Никто меня не заставлял, — упрямо возразил Иен.
— Иен, ты должен разрубить этот Гордиев узел. Ради себя и ради Рен. — Тесс знала, что должна прояснить ситуацию, даже если это разбивало ей сердце. — Если ты останешься здесь, то Рен будет казаться, что это навсегда, и она станет рассчитывать на большее, чем ты сможешь дать. Я не хочу, чтобы она связывала с тобой фантазии об отце. Это несправедливо по отношению к вам обоим.
— Господи, Тесс, ей всего семь недель. Времени впереди много.
— Она уже идет к тебе так же легко, как ко мне.
— Она только родилась! Куда спешить.
— Просто сделай это, Иен. Нет смысла ждать.
И Тесс зашагала к школе, оставив его позади.
***
Иену не понравился их разговор, особенно намек на то, что он представлял какую-то опасность для Рен. Тесс просто сумасшедшая. И все же…
Та нервозность, с которой он имел дело с той ночи, когда рисовал ее тело, беспокойство, мешавшее ему уснуть, не были такими уж острыми. Тесс не только дала ему разрешение вернуться к его прежней жизни, она практически приказала это сделать.
***
Когда позвонила Келли, Тесс находилась в больнице, ожидая выписки Саванны.
— Брэд вернулся домой сегодня утром, но я не готова с ним разговаривать. Я знаю, что вы с Рен сейчас живете в хижине, но не будет ужасным, если я займу другую спальню? Просто ненадолго. Не стоило спрашивать, но…
— Конечно можешь.
Келли не спросила, почему Тесс теперь там живет, но ей должно быть любопытно.
 
На обратном пути в Темпест шел дождь. Саванна вместе с Зоро и Рен устроилась на заднем сиденье. Первые несколько миль она провела, злорадствуя по поводу того, что ее выписали менее чем через двадцать четыре часа после прибытия в больницу, а ее мать не могла уехать до сегодняшнего дня. На этот раз Тесс устраивала болтовня Саванны, так как почти не давала думать об Иене.
— Ты меня вообще слушаешь? — поинтересовалась Саванна.
— Я слушаю.
— Обещай, что скажешь мне, если я делаю что-то не так. Я не собираюсь облажаться с Зоро, как мама со мной.
— Саванна, с каких пор ты прислушиваешься к моим советам?
Саванна щелкнула жевательной резинкой.
— Я изменилась. Теперь я мать.
— Когда это ты успела измениться? Не далее как двадцать минут назад ты заявила, что мои джинсы слишком мешковатые и мне следует покрасить волосы, потому что они скучные.
— Это не имеет никакого отношения к ребенку! Это для твоего же блага.
Тесс воздела очи.
— Дорогой Господь, не дай мне выкинуть ее на обочину, как бы сильно ни хотелось.
Саванна ухмыльнулась.
— Вчера я отлично справилась, правда?
— Ты отлично справилась, — подтвердила Тесс.
— Намного лучше, чем мама.
— Сошлюсь на Пятую поправку.
— Я не знаю, что это значит, но хочу только сказать, что не слетала с катушек, как она. — Еще один щелчок жевательной резинки. — Из-за тебя.
— Я рада, что все хорошо закончилось.
Более рада, чем Саванна могла себе представить.
— Ты была такой спокойной. Ты точно знала, что делать.
— Если ты сделаешь мне еще какие-нибудь комплименты, я отправлю тебя проверить в порядке ли у тебя с головой.
— Я заставлю Фииша очистить заднюю комнату, чтобы мы с мамой устроили там детскую комнату для Зоро и Джона. Что за дурацкое имечко Джон? Все дети над ним будут смеяться.
Тесс многое могла высказать по этому поводу, но решила выбрать примирительный тон.
— Хорошо, что они вырастут вместе.
— Рен тоже вырастет с ними.
— Надеюсь, что так.
В зеркало заднего вида Тесс видела, как Саванна обняла рукой автокресло сына.
— Тебе нужно открыть врачебную практику, Тесс. В самом деле.
— Я не врач.
— Ты знаешь, о чем я. Работать акушеркой. Многие женщины здесь врачей не любят, но они пойдут к тебе. Помнишь то пустое здание, которое принадлежит Фиишу, недалеко от «Разбитого дымохода»? Ты можешь арендовать его. Завести там какой-нибудь офис.
— Тпру, не гони так быстро.
— Кто-то должен тебя подтолкнуть. Похоже, тебе нужна целая вечность, чтобы решиться на что-то.
— Не забывай, сколько людей все еще думают, что я убила мать Птички.
— На самом деле никто так не думает, Тесс. Просто много народу — типа многие женщины — вроде как тебя боятся.
— Боятся? — Дворники скрипели по стеклу. — С чего вдруг я могла так кого-то напугать?
— Да ладно тебе. Будто ты не знаешь.
— Да не знаю я! — воскликнула Тесс.
— Смотри на дорогу. У тебя дети на заднем сиденье.
— Говорит худший водитель в мире.
— Да уж, ты наверно и понятия не имеешь. Это из-за того, как на тебя смотрят их парни, — сказала Саванна с преувеличенным терпением. — Не так уж все. Но типа многие. Даже порядочные парни, как мой папа, которые не спят с кем попало. Это сводит маму с ума. Женам и подругам это не нравится.
— Ты делаешь из мухи слона.
— Медик должен быть более наблюдательным.
Тесс вспомнила то глупое определение, которое ей дал Иен. Сочная вдова. Она нажала на педаль газа.
— Не смеши меня.
***
Устроив Саванну с сыночком, Тесс остановилась у хижины, чтобы проверить Келли, где ее встретил запах свежей выпечки.
— Понимаю, что навязываюсь, — сказала Келли с дивана, где они с Авой ели сахарное печенье, наблюдая, как дождь стучит по окнам. — Извини. Я не знаю, куда мне еще идти.