Идеальная девушка (СИ)

— Слава! Я волновался о тебе!
Марк возник внезапно, заставив отпрянуть от экрана.
— Это лишнее, — сухо ответила я.
— Как же? Твое день рождения прошло, а мне даже поздравить тебя не удалось, — укоризненно сказал Марк, пытаясь пригладить растрёпанные волосы. — У меня и подарок для тебя есть. Навряд ли ты оценишь, но…
День рождения? Подарок? Почему он говорит о таких заурядных, ничего не значащих вещах? Заррон-младший исчез из поля видимости, оставив меня гадать, не напился ли от горя. Только в этом случае он мог бы жалеть, что припозднился с поздравлениями.
Пятнадцать. Останься все по-прежнему, через год бы я стала совершеннолетней, а теперь непонятно, что дальше. Под какой возрастной закон попадает мой случай, если я все еще не приписана к какому-то определенному планетарному сектору? Восемнадцать? Двадцать один? Впрочем, неважно.
Марк вернулся, держа в руках что-то круглое.
— Без подарочной ленточки, прости, — усмехнулся он, приближая предмет к камере, чтобы продемонстрировать отрезанную голову Джонатана во всей красе.
Кроме посиневших губ в нем ничего не изменилось. И в то же время я словно смотрела на незнакомца. Лицо казалось глуповатым и грубым. Разве его я любила?
— Криков и угроз не будет? — не дождавшись реакции, спросил Марк, приподняв одну бровь.
Вот теперь все стало на свои места. Подарок для меня? Как бы не так! Марк делал то, что хотел, голова Джонатана — его подарок самому себе.
— С чего бы? Ты такой заботливый и милый! Но, надеюсь, голова Де Лачжона ещё на месте?
— Империя не одобряет массовых убийств, — Марк ухмыльнулся, — Но я позабочусь, чтобы оставшиеся трое попали в исправительные колонии с самыми тяжёлыми условиями. Ты можешь лично выбрать.
— Спасибо. У меня тоже есть для тебя подарок, — я усмехнулась. — Де Лачжон был на складе в тот день. Вытаскивая его, я и получила лазером в глаз.
— Что ж, это меняет дело, — ледяным тоном сказал он. — Надеюсь, ты не врешь, чтобы попытаться устроить побег и для этого мерзкого старикашки? Или хочешь выпросить для него условия помягче?
— Звезды! Нет, конечно! Можешь хоть на ломтики ему руки и ноги настрогать! Я, может, даже рада буду.
— Неужели? — Марк внимательно меня разглядывал, пытаясь понять, обманываю его или нет.
— Я тут привела голову в порядок. Удивляюсь, как ты сложил из мелочей картину, даже догадался на всякий случай умолчать о том, что бомба не взорвалась, потому что капитан пустил ее в расход.
Взгляд Марка вновь потеплел.
— Если честно, я восхищен именно этой твоей способностью. Она совсем не связана с телепатией. Ты силой воли подавила настоящие воспоминания и создала другие. И не только воспоминания, чувства, эмоции — все подчинилось твоей воле, Слава. Уверен, в дальнейшем ты будешь способна и на большее…
От нежного, довольного бархатистого голоса, мне сделалось дурно. Так странно — моя воля настолько чудовищно могущественна, что могла делать невозможное, а в то же время я оставалась слабой и жалкой девчонкой, которой вновь хотелось разреветься, несмотря на то, что все давно закончилось.
— Кстати, полюбуйся на нашего героя, — Марк вывел на экран изображение какого-то доходяги.
Лысый, морщинистый старик, с нездоровой сероватой кожей, набрякшими тяжелыми веками и мерзковатым седым пухом, торчащим из ушей. При взгляде на него на ум приходила только одна мысль — вот-вот помрет.
— Узнаешь?
Я отрицательно помотала головой.
— Это наш ненаглядный капитанишка. Де Ла… чего-то там. Успел сделать себе новую рожу и документы. Его ловили дольше всех.
— Человек, чьих ожиданий, я видимо, не оправдала, — сквозь зубы проговорила я, наплевав, что Марк слышит.
В груди вновь разгоралось пламя злобы и обиды. Я ведь не сделала ничего, за что заслужила такое отношение к себе.
Не удивительно, что в момент, когда Джонатан вышвырнул меня, возникло желание, чтобы всего этого на самом деле не было. Желание не верить в произошедшее. Желание, чтобы все было иначе — я сильнее, экипаж — самой лучшей семьей на свете, а подобное никогда не могло произойти.
 
— Ты была ребенком! Чего этот кусок дерьма мог ожидать от тебя? Очнись, Слава! Забудь об этих ничтожествах! Среди них ты могла только подсознательно впитывать то, что они думали, в том числе и о тебе, и как следствие, оставаться на их уровне. Отключи оборону корабля, я спущусь за тобой. Ты нужна мне, Слава! У нас с тобой получится все, что угодно. Ты сможешь быть, кем только пожелаешь! Я никогда не предам тебя, не вышвырну, как вещь.
Меня словно ударили ногой в живот. Я забыла, как дышать, понимая, что он поймал меня. Сказал именно те слова, которые больше всего хотелось услышать. Да, Кэп — хороший человек, который точно бы не бросил меня, но вот нужна ли я ему? Определенно нет. Я даже немного позавидовала Марку. Он и без телепатии отлично справлялся с жизнью. В двадцать три достиг всего сам, не используя авторитет отца…
— По-моему, ты все равно рано или поздно сделаешь мне больно, Марк.
— Не так больно, как они, — не стал убеждать он меня в своей безобидности.
— Это точно, так — уже не будет…
* * *
Спускаясь на штурмовике, Марк болтал со мной не умолкая.
Вначале, я еще спрашивала о корабле — просто не верилось, что мне ничего не будет за угон и повреждения обшивки, но Заррон-младший отмахнулся, что грузовик застрахован.
Хотелось спросить, значит ли это, что я могу оставить корабль себе? Вот подарок на день рожденья, получше бесполезной головы бывшего парня!
Но я молчала. Слушала рассказы Марка о планетах, на которых ему доводилось побывать. Где-то по заданию, где-то во время отпуска. Это его намек, что вскоре я тоже побываю на таком внушительном числе планет.
— Тебе сильно влетело от отца? — рискнула спросить я, когда Марк ненадолго замолчал.
— Сущие пустяки. Я выкрутился. К тому же у нас есть новый свидетель взамен Кэпа. Так что все по плану.
— На самом деле я считала его. Все имена…
— Не по связи! — отрезал Марк.
— Как скажешь, — хотя я не сомневалась, что линия преотлично защищена.
Когда штурмовик Марка приблизился к кораблю, подлетел к ангару и стал резать оплывшую обшивку, чтобы попасть внутрь, сердце подскочило к горлу. Что я творю?! Пока не поздно, нужно резко поднять грузовик в воздух, стряхнуть с него ко всем сверхновым штурмовик, а если повезет — сбить самим кораблем, превратив в мелкие обломки. Или, если Марк достаточно быстро среагирует — опустить корабль, раздавив поврежденный штурмовик. Повреждения на таком расстоянии он получит в любом случае. Достаточно легкого касания корабля, чтобы важные детали конструкции отломались. Я смогу навсегда стереть самодовольную ухмылку Марка…
— Слава, ты мечтала побывать на какой-нибудь определенной планете? Или о чем-нибудь другом? Теперь, когда ты, насколько я понял, освободила кумира своего детства, у тебя есть какая-нибудь цель?
Мечта? Если не брать в расчет что-то настолько жирное, как собственный корабль то, пожалуй, это побывать в одной из туманностей, хотя бы с краю.
Но как-то странно говорить подобное человеку, чья мать родилась и выросла как раз в туманности. И ее волосы, как и у меня, искусственные. Это начинает отдавать каким-то извращением. Если же опустить это неприятное чувство, остается еще то, что по работе Марку точно не нужно в какую-либо туманность, а полет именно внутрь занимает очень и очень много времени.
Так что я отшутилась от вопроса:
— Не могу сказать в эфир. Это касается политики.
Подозревает ли Марк о том, что я думаю о его убийстве? За время, что мы не виделись, он существенно продвинулся в сокрытии своих мыслей. Или же так только кажется? Это могла быть как проверка, так и изощренная пытка — продемонстрировать, что доверяет мне свою жизнь, потом подбросить мысли, что неплохо бы убить его и пусть я помучаюсь, разрываясь надвое. А может, моя паранойя достигла тех высот, где любое событие вызывает шквал подозрений…