Спасение (ЛП)

В памяти Юрия всплыла старая, словно из другой жизни картина — заполненный сплошным потоком автомобилей мост.
«Я стар, — вздохнул он. — Я помню, как выглядел наш мир, до того как он был создан».
После того как последние автомобили и грузовики ушли в историю, высвобожденные порталами дорожные деньги позволили мосту воссиять в новом качестве. Заново изобрести и пересоздать себя — в качестве висящего над землёй ландшафтного парка.
В бетонных конструкциях были прорезаны отверстия, под ними — закреплены заполненные грунтом огромные кадки, в которых посадили деревья. Затем, прямо на железобетонное покрытие дороги, уложили дёрн, превратив мост в летящую над землёй зелёную дорогу.
По обеим сторонам моста располагались ажурные конструкции из стали и стекла, в которых находились многочисленные бары, клубы и рестораны, предоставляющие посетителям, помимо всего прочего, потрясающий вид на реку, город и все окрестности. Вдоль дорог, на прилавках, нашли место ремесленники, изготавливающие и продающие разные мелкие товары, нужные горожанам.
В очередной раз протяжно вздохнув и размяв мышцы ног, утомлённые непривычной нагрузкой, Юрий начал долгий путь вверх по искусственному склону. Он старался придерживаться предлагаемой пологом деревьев тени. Здесь, прямо над рекой, зной, влажность и духота слились в едином ужасном крещендо. Альстер брёл, перекинув свой лёгкий пиджак через плечо и жалея, что не догадался надеть шляпу. Вокруг него, невидимые и неслышимые, разыскивая Конрада МакГлассона, вились дроны.
Вскоре они оповестили Юрия об обнаружении цели — Конрад сидел за одним из столиков кафе, расположенного возле бетонной опоры. В руках он, как и положено разумному человеку в такую жару, держал запотевшую кружку светлого пива, самодовольно и с чувством лёгкого превосходства оглядывая снующих мимо кафе вспотевших людей.
— Борис, заблокируй все локальные интернет-узлы в радиусе ста метров вокруг него, — отдал команду Юрий, подходя к кафе лёгким прогулочным шагом.
— Выполнено, — ответил электронный ассистент.
Альстер тем временем разглядывал свою будущую жертву при помощи мощных телеобъективов дронов. Конраду было хорошо так за сорок, но в его коротких, кудрявых волосах, таких же чёрных, как и его кожа, не было ни одной седой пряди. Его одежда, шорты и старая оранжевая футболка придавали ему неприметный вид, ничем не выделяя на фоне толпы.
Единственной особой приметой было отсутствие солнцезащитных очков; все остальные на мосту в тот день носили их так, словно очки стали обязательным атрибутом одежды, вроде купальника на пляже. Присмотревшись к транслируемому в его очки изображению лица Конрада, Юрий понял причину этого ухода от общих правил.
Конрад не отдыхал. Конрад работал. Несмотря на праздную позу и кружку пива, он напряжённо осматривал проходящих мимо людей, детально изучая их.
«Вот молодец какой, — умилился Альстер, — только сдал Горацио и уже ищет новую жертву. Весь в трудах, аки пчёлка».
Конрад заметил Юрия, когда тот был ещё в двадцати метрах, и сразу напрягся. Благодаря оптике Альстер видел, как на его лице за доли секунды промелькнули отрицание, гнев, торг, страх, сменившись принятием.
«А ты хорош», — подвёл итог игры в гляделки Юрий.
Несколько раз судорожно оглянувшись по сторонам в поисках явившейся его арестовывать команды, Конрад вперился в Альстера, явно вознамерившись прожечь в нём взглядом дырку.
— Успокойся и не дрожи, я же не собираюсь тебя бить, — растянув губы в улыбке, сказал Юрий и подошёл к столу.
— Это хорошо, — ответил Конрад, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие, что получалось из рук вон плохо, если судить по выступившим на его высоком лбу маленьким каплям пота.
— Я слишком стар для этого, — вздохнул Альстер, садясь на свободное кресло, — поэтому этим займутся специально обученные люди из моей команды. Молодые, здоровые, землю копытами роют — до того им хочется показать себя. Кстати, они вооружены. В тебя когда-нибудь стреляли тазером? Незабываемые ощущения, знаешь ли. Особенно если это не сертифицированный для полиции тазер, который никто не ограничивал до установленной законом гуманной мощности. У нас как раз такие. И вот ещё что, — добавил Юрий, догадавшись по незначительной перемене позы, что его собеседник собирается бежать, — я отозвал твою портальную карту. Тебе придётся проделать всю дорогу до дома на своих двоих. И это, — он расплылся в сочувственной улыбке, — при такой сумасшедшей жаре.
 
— Чего ты хочешь? — мрачно процедил мужчина.
— Для начала расскажи мне обо мне. — Альстер откинулся на спинку стула.
— Что?
— Прекрати вилять, всё ты прекрасно понял. Ты наводчик. Ты славишься тем, что можешь найти человека, в точности соответствующего любому заданному профилю. Покажи, насколько ты хорош, проанализировав мой профиль.
— Это блеф, — мрачно сказал Конрад, — у тебя на меня ничего нет.
— Кое-что есть. — Ухмыляясь, Юрий погрозил ему пальцем. — Как минимум, я знаю твоё имя. И знаю, что ты лучший в своём деле.
— Доказательств не будет.
— А вот это ты напрасно, — мягко, по-отечески вздохнул Альстер. — Нехорошо быть таким букой. Я знаю, что ты специалист по поиску людей, которые выпали из социума, сами не осознавая того. Людей, не обремененных социальными связями. Уязвимых людей. А ещё я знаю, что ты, чтобы стать успешным на своём поприще, должен в одиночку заменить собой целый отдел лоботрясов. Поверь мне, я знаю, о чём говорю — я как раз возглавляю такой отдел. Треть моих сотрудников умеет читать. Вторая треть — писать. А отправлять на задание мне приходится по трое — третий следит, чтоб эти два умника не заблудились.
А ты справляешься со всем один. Без поддержки ИИ и систем обработки больших данных. Ты хоть понимаешь, Конрад, какой у тебя особенный и редкий талант? Ты можешь бросить один взгляд на вчерашнего выпускника, юного неподкупного идеалиста, счастливого от того, что устроился на первую в своей жизни работу, и верящего, что стоит немного поднажать — и он станет генеральным директором компании. И ты понимаешь, что он определённо не станет возражать, если незнакомец, с которым он только что познакомился в баре, предложит ему косячок. И вот когда это случайное знакомство стало началом прекрасной дружбы, а также серьёзной зависимости, наш йуный идеалист сделает всё, включая предоставление доступа к данным Корпорации ради следующей дозы. Довольно непредсказуемый поворот для всех, кроме тебя.
Или девушка, симпатичная, но застенчивая, не знающая себе цену и которую так легко совратить. Внезапно она встречает парня, восхитительного, замечательного парня с белоснежной улыбкой, парня, о котором даже не могла мечтать в своих самых смелых мечтах… Между ними проскакивает искра, и девушка понимает, что встретила настоящего принца, готового обеспечить ей жизнь, которой она достойна. И-и-и… Бинго! Через некоторое время как-то получается, что он не просто её парень, он — её сутенёр. Ещё одна жизнь разрушена.
Юрий прервал монолог, чтоб постучать по лбу собеседника.
— Ты ещё тут? Конрад?
Тот молча отстранился, ничего не говоря.
— Молчишь… — продолжил Альстер. — А должен восхищаться иронией — у человека, сделавшего своей профессией поиск чужих слабостей и зависимостей, нашли зависимость и слабость.
— Ты ничего про меня не знаешь, ты, мерзкий кусок дерьма. Ты ничего не угадал в своём «анализе».
— Фи, Конрад, как некультурно, — Юрий взмахнул рукой, — смешивать личное и рабочее. Я здесь по долгу службы, так что оскорблять меня бессмысленно. А что до моего анализа… то я обратился к тебе именно потому, что ты в этом деле лучше меня. Докажи это. Расскажи мне обо мне.
 
— Ты не из полиции, — сказал Конрад МакГлассон, окинув его взглядом.
— Верно. Но этот вывод слишком очевиден, чтобы служить доказательством. Даже ребёнок мог догадаться об этом, заметив, что я не показал удостоверение и не зачитал твои права. Ну, Конрад, поднажми. Удиви меня.