Спасение (ЛП)

Понятно было, что они просто опасаются взять на себя ответственность. Типичные дети корпоративной культуры, что с них взять. В любом случае их мнение ничего не значило — всё решал триумвират из Юрия, Каллума и Алика, а вот они как раз проголосовали «за».
Всё это время Ланкин сидел вместе с нами, внимательно слушая, но ничего не говоря. Когда мы подсчитали голоса и вынесли вердикт, он кивнул и ушёл организовывать операцию.
На это потребовалось шесть часов. Киберы вынули криокамеру Люциуса из грузового отсека корабля и осторожно перетащили по круговым проходам в исследовательскую базу. Один из герметичных боксов к их прибытию был преобразован в отделение интенсивной терапии.
Получив сообщения, мы собрались в прилегающей к боксу смотровой комнате, около огромного, во всю стену, окна из бронированного стекла. И вовремя — двери шлюза открылись, и в камеру въехала грузовая платформа с криокапсулой, едва видной из-за окружающих её множества техников и врачей в громоздких защитных костюмах.
— Эту капсулу ещё не открывали? — спросил Юрий. — Нужно взять пробу атмосферы.
— Мы уже провели анализ. Во всех камерах, включая эту, находится стандартная корабельная смесь газов.
— Жаль, — сказал Юрий. — Я надеялся узнать, где эту капсулу запечатали.
— А как насчёт безопасности? — спросил Элдлунд. — Нашей безопасности? Когда мы обсуждали выведение пациента из комы, я не подозревал, что вы переместите сюда всю криокапсулу.
— Нас с вами защищает полметра бронированного стекла, — Ланкин постучал костяшками пальцев по окну, — тогда как сама лаборатория полностью изолирована от основной базы. Стены, пол и потолок защищены отсеками с повышенным давлением. Никакой жучок — живой или искусственный — не проникнет отсюда на базу…
Тем временем киберы, работающие под контролем техников, взрезали стеклянную крышку, подняв стекло манипуляторами. Краем глаза я заметил, как Элдлунд напрягся, втянув голову в плечи, но тело Сочко оставалось неподвижным.
Пришла очередь медиков. На влажно блестевшую кожу Люциуса прикрепили пластыри, отслеживающие сердечную и нервную деятельность. В бедренные и сонные артерии ввели катетеры, подключённые к автоматическим дозаторам, готовым обеспечить по первому требованию подачу искусственной крови или лекарств.
Следующим этапом было подключение аппарата искусственной вентиляции лёгких. Люциус не дышал — необходимый его телу кислород поступал непосредственно в кровь через пуповину. Открыв ему рот и очистив от слизи носоглотку, врачи вставили подключённую к ИВЛ интубационную насадку.
Затем, просунув под тело полотнище ткани, они переложили его с камеры на медицинскую кровать. После чего отошли, освободив поле деятельности специалисту в тактической броне. Осторожно закрываясь щитом, он перерезал пуповину, связывавшую Люциуса с лежащими в капсуле искусственными органами.
Предосторожности были напрасны. Перерезанная пуповина просто опала, истекая кровью, а сердце Люциуса продолжило размеренно биться. Активность мозговых волн также оставалась неизменной, соответствуя глубокой коме. Включившийся аппарат ИВЛ начал закачивать богатый кислородом воздух в его лёгкие.
Мы заворожённо наблюдали за тем, как грудь надувается и опускается обратно. Поднимается снова и опускается. В завораживающе медленном ритме, за которым наблюдали все собравшие в зале люди.
— Он дышит сам, — объявил ведущий врач с удивлением.
Улыбающийся из-за стекла Ланкин показал доктору большой палец. Двое врачей тем временем подкатили к телу стойку автохирурга — нужно было удалить обрубок пуповины из пупка Люциуса.
— Ну, и что дальше? — спросил Юрий.
— Будем ждать, — сказал Ланкин. — Поскольку его состояние стабильно, мы позволим его телу самостоятельно отфильтровать барбитураты. Тогда он проснётся естественным образом. Если нет, то медики применят диализ и стимуляторы.
* * *
Оставив в покое мирно спящего Люциуса, мы вернулись в переговорную, к нашим уютным стульям и кухонному процессору. Луи и Элдлунд сразу отправились к автомату с закусками, Алик заказал бельгийский горячий шоколад из раздаточного устройства, а Кандара налила себе пинтовую кружку клубничного молока из холодильника.
 
— Всё прошло подозрительно просто, — мрачно произнёс Юрий, откидываясь на спинку кресла.
— Да, — сказала Кандара, садясь рядом со мной. — Люциус может похвастаться внушительной мускулатурой. А ведь он спит тридцать два года, чёрт возьми!
— Прифельцы пофаботились об этом, — пробормотал жующий Луи, подходя к нам. В руках он держал полную тарелку омлета, сосисок и оладушек. — Их тефнологии фыше нафых.
— Да ладно, Луи, — снисходительно бросил Каллум, — это несерьёзно. Это сродни вере в фей и Деда Мороза — никакая химическая обработка не сохранит бездействующее тело в такой физической форме в течение тридцати лет.
— Да, но Люциус не волшебная фея, — произнесла Кандара, — и даже не Дед Мороз. Он реально существует и находится в боксе неподалёку. Его мускулы можно подойти и потрогать.
— А может быть Люциуса просто доделали до конца? — предположил Элдлунд, садясь рядом с ними и держа в руках чашку с кашей. — Всех остальных пришельцы собирались перестраивать своими универсальными клетками, для этого и удалили большинство органов. И только с Люциусом эта операция была завершена полностью.
— Нет, — рассеянно сказал Ланкин. — Его тело — настоящее. Мы взяли несколько проб — это человеческие клетки. К тому же искусственные органы кселл, находящиеся в камере спячки, были другими. В отличие от остальных камер, где человеческие органы действительно частично замещались инопланетными, тут они всего лишь поставляли кровь, богатую кислородом и питательными веществами. Люциус всего лишь просто спал всё это время.
— Или не спал, — произнёс я, внимательно следя за реакцией на лицах коллег. — Может быть, он бодрствовал. По крайней мере, часть времени.
Юрий заинтересованно посмотрел в мою сторону, приглашая продолжить. По своему опыту я знал, что он был хорошим руководителем, ценящим мнение подчинённых. Алик же продолжал сидеть с кружкой кофе в руках. Как и любой хороший следователь, он выжидал, пока подозреваемый выговорится, вырыв себе могилу собственными показаниями. Его безжизненное лицо было неподвижно как омут, в котором водятся сами знаете кто.
— Физзарядка, — нетерпеливо сказала Кандара, улыбнувшись. — Ты ведь имеешь в виду, что он выполнял в камере физические упражнения?
— Самое простое объяснение, — улыбнулся я в ответ, — самый простой способ держать мышцы в тонусе — заниматься спортом.
— То есть ты думаешь, что Люциус просыпался каждую пару дней и проводил несколько часов напрягая мышцы? И снова впадал в спячку, как по таймеру?
— Земля вызывает Кандару! Кандара, ответьте! — рассмеялся Луи. — Бедняга Люциус лежал в своей камере скрюченный как цыплёнок табака! Как он, по-твоему, там качался?
— Ну, камера могла открываться, — пожала она плечами.
— И что? Снаружи нет воздуха. Чем он там дышал во время пробежек?
— Тогда объясни сам, — возмущённо воскликнула Кандара, — почему он в такой хорошей форме?!
— А я уже сказал. — Луи помахал рукой в воздухе. — Всё дело в продвинутой технике пришельцев. Ну или в генетических манипуляциях, — добавил он, заметив, как скривилась Кандара.
— Медицинская бригада секвенировала ДНК всех жертв, — сказал Ланкин. — У Люциуса нет никаких модификаций — он даже не использовал противовозрастную терапию.
— Тогда сколько ему лет? Шестьдесят? Дедушка подозрительно хорошо сохранился для своего возраста! — воскликнул Луи.
 
— Стоп! — рявкнул Алик. — Хватит гадать на кофейной гуще. Скоро Люциус очнётся, и мы сможем всё у него узнать. А пока давайте сосредоточимся на том, что нам точно известно. Мы собрались здесь, чтобы решить — представляет ли этот корабль прямую и явную угрозу.
— А что, есть варианты?! — воскликнул Юрий. — Инопланетяне со значительно более продвинутой технологической базой создали секретный плацдарм в Солнечной системе и похищают людей для непонятных, но ужасных экспериментов. Что вам ещё надо?