(не) Мой Боно (СИ)
— Пап, ты сейчас ничего не хочешь мне сказать? — осторожно спрашивает Малена, отступая от меня на шаг. Она так и не сводит с меня цепких глаз.
— Она тебе уже представилась. Это Доминика, и она сейчас уходит, — наконец, ответил Назар.
— И кем тебе приходится Доминика?
— Мален, тебе не кажется что ты лезешь не в свое дело?
— Не кажется, пап, — замотала головой девушка, — почему ты ее гонишь? Что она натворила?
— Я дочь Ивана Хмурнова. Того, кому принадлежал этот город. А твой отец не хочет, чтобы я с ним виделась, — тихо говорю. Еле слышно, — он считает, что имеет право решать людские судьбы и указывать другим, как нужно поступать. Ты вот можешь говорить со своим отцом, а я — нет. Потому что этот человек против. И мне, действительно, пора. Если ослушаюсь, он отберет моего ребенка.
На этой ноте разворачиваюсь и выхожу из кабинета. Сил спорить больше не оставалось. Назар Волков не тот человек, который поддастся на мои мольбы и попытки его задобрить. Ему всё равно до моих чувств, потому что его слово всегда в приоритете.
Выйдя из кабинета, сталкиваюсь в коридоре с двумя телохранителями, которые безмолвно преградили мне путь.
— Можно пройти? — уже знаю их ответ, но попытаться стоило.
— Назар Максимович приказал вас задержать.
Обреченно вздыхаю и присаживаюсь прямо на пол, прислонившись к стене. Гипнотизирую черную дверь глазами, ожидая, пока выйдет Царь и разрешит мне уехать домой. С недавнего времени я перестала быть свободным человеком. Стала зависимой. От Руслана, желаний Волкова и Боно. Зависимость с последним являлась самой пагубной моей привычкой, от которой сложнее всего избавиться. Роман Боно — это особый вид наркотика, с которого соскочить практически нереально. Мне кажется, даже если меня прошибет амнезия и забуду своё имя, этот черт из мозгового центра не уберется. Будет так же как и сейчас там вольготно прогуливаться, раздражая нервные рецепторы, напоминая, как с ним было хорошо.
До умопомрачения ужасно и хорошо. В этом и есть кайф. И мне его не хватает.
Дверь кабинета открылась минут через тридцать. Не знаю, о чем говорил отец со своей дочерью, но Малена вышла из комнаты довольная, а вот Волков — наоборот. Он хмыкнул, увидев меня, сидящей на полу и жестом показал свои людям, чтобы шли на выход вместе с ним. Его дочь осталась и с легкой улыбкой обратилась ко мне.
— А ты что сидишь на полу?
— Жду своей участи. Судебное заседание закончилось? Можно мне хотя бы устно зачитать приговор? — прислонив голову к стене, я лениво отвечала, даже не смотря на девушку.
— Можно, Ник. Вставай и пойдем, — Малена протянула мне ладонь, помогая подняться.
— В аэропорт? — отказываюсь от помощи и сама встаю на ноги, отряхиваясь. Полы в этом заведении моют также отвратительно, как и при прошлом хозяине. Уборщицы не боятся гнева Назара Волкова, разметая пыль по углам.
— Завтра полетишь в Питер. Сегодня ты останешься у нас в гостях. Я тебя приглашаю, — заявила дочь Назара и, не дожидаясь моей реакции, пошла в сторону выхода. Мне оставалось только пойти за ней следом, чтобы задать +100500 вопросов, которые возникли в голове.
***В машине мы ехали в полной тишине. Каждый думал о своем. Волков неторопливо вел авто по пустым улицам, а Малена с кем-то переписывалась в телефоне. Краем глаза я заметила подмигивающие смайлики кому-то в Телеграмме и грустно улыбнулась. Так, наверное, и выглядят счастливые люди: переписки с любимыми, ожидание малыша и заботливый отец. У меня этого ничего не было. У меня был только Игорь, по которому уже до жути соскучилась и отчим. С последним видеться пока была не готова. Не созрела для серьезного разговора, который обязательно между нами состоится, но позже.
Мне никто не сообщил, зачем везут к себе домой, я не настаивала на ответе. Уяснила, что Волков не тот человек, с которым можно договориться. Если сказал, что полечу завтра, значит так и будет. Тем более, сама чувствовала сильную усталость. Хотелось обнять мягкую подушку и упасть в объятия Морфея.
— А что с Лешей? — рискую подать голос, когда автомобиль свернул в частный сектор и припарковался напротив двухэтажного коттеджа, возведенного в английском стиле. Красиво и со вкусом. Никакой вычурности в кофейно-белом сочетании газобетонных блоков с большими окнами. Дом выглядел уютно.
— Он улетел в Питер, — пояснил Волков, когда мы уже вышли из машины и поставил авто на сигнализацию, — за тобой завтра Руслан приедет и заберет тебя.
— А меня спросить ты не хотел? — при мысли, что придется увидеть этого предателя, меня начинает потряхивать. Я не хочу видеть Руслана после его совместной командировки с бывшей.
— Он поставил меня перед фактом. Я не приглашал, если ты об этом. Передаю тебе его слова. Трубки ты от него не берешь.
Ничего не отвечаю. Придется подготовиться к выяснению отношений. Рано или поздно это всё равно бы произошло. Днем раньше, или позже.
Волков запустил меня в дом и я оказалась в просторной гостиной. Привлекла внимание лестница из светлого дерева на второй этаж, камин, делающий обстановку более домашней и уютный диван. Захотелось плюхнуться на него и вытянуть ноги. Назар заметил, что я с интересом изучаю интерьер, но ничего не сказал. Он дождался, когда Малена зайдет в дом и обратился к ней.
— Через сколько будет?
— Полтора часа и в городе, — сообщила девушка, — я ему скинула адрес.
— Замечательно, — кивнул Волков и посмотрел на меня, — можешь пока отдыхать. Я позову тебя. На втором этаже есть комната для гостей, на кухне продукты. Разберешься. Мне нужно отъехать.
— Назар, — окликаю его уже на выходе. Дожидаюсь, когда мужчина повернется ко мне и добавляю, — может ты скажешь, наконец, почему со мной возишься?
— Вожусь? — он, казалось, удивился или озадачился. Склонил голову набок, словно любовался мной. Последние часы замечала, что Назар сильно изменился. То и дело бросал в мою сторону странные взгляды. — Я пытаюсь от тебя с утра отвязаться, но ты, как пиявка, никак не отцепишься. Надеюсь, скоро я это исправлю.
— Не обращай внимания. Он иногда бывает букой, но по факту, мой отец — очень добрый человек, — сказала Малена, когда Назар вышел, — ты сама в этом убедишься. Сегодня у него был сложный день. Пойдем на кухню, перекусим и поболтаем.
Она пригласила меня на просторную кухню, небрежно показав на стул, а сама полезла в холодильник. Я молча наблюдала, как на столе появляются ингредиенты для бутербродов и встала, чтобы помочь. Не могла спокойно наблюдать, как беременная девушка ухаживает за мной.
— Решила помочь? — улыбнулась Малена и протянула мне нож. — Чай? Зеленый?
— С молоком, — улыбаюсь в ответ и неожиданно чувствую, что мне она нравится.
Нарезаю бутерброды ровными кусками в своем стиле и предвкушаю завтрак. На часах уже было восемь вечера, а у меня во рту и маковой росинки не было. У Кати только чай попила. Желудок моментально отреагировал на любимый зеленый чай с молоком и бутерброды, громко заурчав на всю кухню.
— Хватай скорее бутер с рыбой, а то мне кажется, что ты меня проглотишь, — шикнула Малена и рассмеялась.
Мы быстро расквитались с угощениями на столе, после чего на кухне стало тихо. Я знала, что означает эта пауза — начало разговора. И он не заставил себя ждать.
— Ты не хочешь мне сказать, почему меня привезли сюда, а не отправили домой? — откидываюсь на спинку удобного стула, и изучаю Малену. Она очень похожа на своего отца. Не только внешне, но и повадками. У Волкова сильная генетика. Интересно, у него все дети такие красивые и самоуверенные? Я бы даже сказала, безбашенные и упертые. Ранее он говорил, что есть еще младшая, совсем малышка.
— Я уговорила отца, чтобы ты осталась. Некрасиво тебя выгонять из города. Плюс мне скучно тут, хотела пообщаться, узнать тебя поближе, — вытирая губы салфеткой, пояснила девушка, после чего сморщилась и потерла кулаком кончик носа, — ты дочь Хмурого? Это правда?