Дети Предтеч (СИ)

  
Дети Предтеч
   
Пролог. В Кремле
 
Август 2007 год. Москва. Кремль
Первый секретарь компартии Дальнего Космоса Валерий Александрович Копылов, бывал в Кремле довольно часто, однако всякий раз попав сюда, поражался мрачному величию старинной архитектуры крепости гибеллинов из которой и раньше правили огромными территориями, а уж теперь власть Кремля простиралась чуть ли не половину земного шара и значительные территории космоса. Это накладывало свой отпечаток буквально на каждую вещь в коридорах, по которым сновали деловитые секретари и помощники и важно вышагивали руководители. Что уж и говорить о приёмном кабинете Генерального, в котором сам Копылов, как раз ожидал, когда товарищ Бронницкий освободится от текучки.
Полковник Копылов вздохнул, грустно усмехнулся про себя и подумал, мог ли он знать тогда, в уже далёком 1980 году, когда его, молодого сержанта-связиста, вызвали в особый отдел и после недолгой беседы предложили перейти на службу в Главное разведывательное управление Генерального штаба, которому срочно требовались кадры, для работы над проектом «Ясон». Ну а дальше, сначала одно, потом другое, следом офицерские курсы и вот теперь он, полковник и первый секретарь, а ещё возможный преемник и скоро обоснуется здесь, в Кремле.
В кабинет вошёл Бронницкий и Копылов отметил, что генеральный сильно сдал за последнее время. Странно. Он ведь старше его всего на пятнадцать лет, а самому Копылову не исполнилось ещё пятидесяти, и четыре года назад, едва заняв эту должность, выглядел гораздо бодрее и… здоровее. Однако он не подал виду и пожал руку Бронницкому, с которым они общались по-простому, как старые товарищи, которыми они и были.
— С чего начать? — спросил Копылов.
— Обстановка в Дальнем космосе, — бросил Бронницкий. — До меня доходят разные слухи.
— Если вы о внешней обстановке, то всё более или менее в полном порядке. Имперские осколки вовлечены в вялотекущую войну между собой, серьёзного перевеса после гражданской войны в Халлдорианском Альянсе больше нет ни у кого. Наиболее милитаризованные государства, вроде Торкартена и Тауси, продолжают драку, потихоньку исчерпывая свои возможности и ресурсы. Сама Империя насмерть сцепилась с Тарна Тангорихкс и непонятно, кто из этой схватки выйдет победителем.
— В идеале, чтобы никто, — проворчал Бронницкий. — Но так не получится, поэтому нам выгоднее, чтобы забег выиграла республика. Американцы как? Не тревожат?
— После отставки Гейтса ЦРУ снизило активность. К тому на фоне обострения противостояния между демократами и республиканцами, во многих спецслужбах США началось брожение. Работают, естественно, но им сейчас не до нас. Готовится большая драка внутри истеблишмента, и их внеземные колонии слишком явно выступают на стороне республиканцев.
— А у нас, как дела в Дальнем Космосе? — равнодушно бросил Бронницкий, но за этим равнодушием Копылов учуял тревожный сигнал.
Он вздохнул и потянулся к папке. Достал несколько листов и положил перед генсеком.
— К сожалению, поток новых переселенцев начинает иссякать. Даже несмотря на то, что созданы все условия и ехать им предстоит не в чистое поле, а в нормальные, функционирующие города, которые даже лучше земных, так как строились с нуля по инопланетным технологиям. После исчезновения имперской угрозы граждане передумали переселяться в новые миры, потому что Земля стала более безопасной, чем Дальний космос. Наиболее тяжёлое положение с Кадмией, Красным Уралом, Персеем и Новым Полесьем, где в наличии существенное различие в климате. Про Кастор, Полынь и Ярве я пока не упоминаю, они всё-таки на особом положении. Единственное светлое пятно во всём этом — Калуна. Но это исключение, подтверждающее общее правило.
— Да, там мы с кадрами угадали. Товарищ Валевский оказался большим энтузиастом. А по остальным — что предлагаешь?
Копылов нахмурился. Он бы с удовольствием бы попросил ещё с десяток таких Валевских себе в республиканский комитет, но понимал, что это невозможно.
 
— Во-первых, надо усилить агитацию, сделать красивую картинку, ориентированную на молодёжь, а ещё имеет смысл поработать с распределением молодых специалистов. И во-вторых, самое главное, в чём, наверное, меня не поддержит министерство обороны: надо убрать требование обязательной армейской службы…
— Сразу нет, — перебил его Бронницкий. — Мне хватило этой дурной идеи Верховного Совета: заселять планеты асоциальным элементом. Кстати, спасибо твоим ребятам из группы Кирьянова, что помогли её похоронить на корню. Красиво сработали. Кое-кто из активных сторонников даже должности лишился.
Копылов кивнул, принимая благодарность, но всё-таки решил оспорить слова генерального секретаря.
— Эдуард, у меня сплошь и рядом ситуация, когда есть молодой специалист. Муж служил, жена нет. И в итоге никто никуда не летит. Сам понимаешь хоть у нас обязательная военная служба для всех, но по статистике медкомиссии дают женщинам отвод гораздо чаще, чем мужчинам. И уже безразлично, родила или не родила…
— Давай так, Валер, — Бронницкий вздохнул. — Для семейных особо ценных специалистов сделаем исключение. Я подумаю, как это можно оформить, договорились? Но и ты не подкачай. Ведь список проблем этим не исчерпывается?
— Да. Есть не менее сложный вопрос. Цены на билеты. Это отпугивает граждан. Многие считают, что, оказавшись в Дальнем Космосе, они окажутся отрезанными от семей…
— Понял. Завтра подниму этот вопрос на заседании Совмина. Подумаем, что можно сделать. Ты не закончил?
Копылов извлёк из папки небольшую брошюру и протянул её Бронницкому.
— Вот здесь вариант, как снизить издержки, используя портал на Касторе. Мы, для наших нужд уже активно им пользуемся и действительно, расходы немного, но сократились.
Бронницкий стал изучать брошюру.
— Знакомые всё лица… Кирьянов, а в соавторах Рейман Н. Е. Рейман… Это погоди, Женьки Реймана чтоль сынок?
— Так точно.
— А говорят, на детях гениев природа отдыхает, — протянул Бронницкий.
— На дочери она отдохнула, — хмыкнул Копылов. — Зато она красивая.
— В маму, — буркнул Бронницкий, листая брошюру. — Валерий Александрович, ну, порадовал! Отличные кадры подбираешь. Передам это в Минфин и чтобы через неделю мне дали полный отчёт. Может быть, ребят как-то наградить?
— Если только Реймана, — хмыкнул Копылов. — А у Кирьянова и так вся грудь в медалях и орденах.
— Тогда дай ему всё, что попросит.
— Попросит он расширить приёмную станцию, дать ему ещё людей для оперативной работы… и что ещё… вот на днях говорил. А! Увеличить пропускную способность посадочных колец, а то и построить новые, так как те ещё Предтечи ставили.
— В чём проблема? Ресурсы есть, а подобный энтузиазм надо поддерживать и вознаграждать.
— Всё дадим. Но не сразу, а то он от счастья лопнет.
Бронницкий и Копылов рассмеялись, но потом лицо генерального секретаря стало серьёзным.
— Он готов к выполнению основной задачи, ради которой мы и начали весь проект «Фараон»?
— Валера пока этого не знает, но готов. Уже целый год бьёт копытом и рвётся в бой.
— Когда дашь отмашку?
— В следующем году. Пусть пока сформирует пару отрядов, окончательно окопается на Касторе, да и ещё у него одна проблема скоро встанет во весь.
— Да, я тебя понял. Что же… Валерий Александрович, давно хотел тебя спросить. А ты сам веришь, в то что эти так называемые Дети Предтеч существуют?
— Это не вопрос веры Эдуард. Это объективная реальность, пока не проявленная в ощущениях, но скоро мы её проявим.
Бронницкий кивнул, и они перешли к насущным, хозяйственным вопросам, требующим немедленного рассмотрения.
  
Часть 1. Предатели и новички
 
 
Там, к востоку от Суэца, злу с добром — цена одна, Десять заповедей — сказки, и кто жаждет — пьёт до дна, Кличет голос колокольный, и привольно будет мнеЛишь у пагоды старинной, в полуденной сторонеНа дороге в Мандалай, Где суда стоят у свай, Мы кладём больных под тенты и идём на МандалайО, дорога в Мандалай, Где летучим рыбам райИ зарю раскатом грома из-за моря шлёт Китай! Редьярд Киплинг