Игра за гранью (СИ)

Несмотря на довольно большие габариты снаружи, в танке оказалось тесно. Точнее, так-то я знал, что из-за брони внутри не так уж много места, но его оказалось даже меньше, чем я ожидал.
— Не умею я, — попытался объяснить, но мне в грудь снова уперся автомат.
— Не прикидывайся. Я тебя из танковой дивизии не просто так выцепил. Заводи и поехали.
— Я тут первый день. И, вообще, болен, вирус у меня. А ты — просто идиот. Нахера это сделал?
— Не пизди мне тут. Поехали.
Из автомата хомяк при мне ни разу не выстрелил. И я начал подозревать, что патронов у него, может, и патронов-то нет.
— Да пошел ты! — ответил я, усаживаясь на не слишком удобное сиденье.
— Да я тебя прикладом забью! Заводи давай!
— Значит, патронов у тебя нет.
— Есть! Есть у меня патроны! Только ты дебил, если думаешь, что я внутри танка стрелять стану! — он перехватил автомат за цевье так, что сунул мне в морду магазин. — Дырку видишь? — отверстие на магазине, и впрямь имелось. — Полный комплект!
В слабом свете фонаря я не особо разглядел, есть ли патроны в магазине. Но даже если их и нет, этот хомяк реально может забить прикладом. И даже без приклада.
Я стал разглядывать вентили, рычаги какие-то. Ну, два рычага — это я понял, управление гусеницами. Еще ручка, похожая на коробку передач. Но ничего похожего на ключ зажигания тут не имелось.
Снаружи раздались хлопки и по металлическому боку танка что-то со свистом скользнуло.
— Заводи! — хомяк взвизгнул так, будто ему жопу прострелили.
Я взялся за один из рычагов, потянул на себя. Что это было, понятия не имел, но тут перед глазами возникло уведомление:
Навык управления бронетехникой +1
Ну, круто, прокачал персонажа.
Взгляд упал на вентили, попробовал их покрутить, но ничего не произошло, и я начал попросту включать все тумблеры, которые видел. Попробовал нажать педаль газа, ну, я предположил, что это педаль газа, но двигатель и не думал запускаться. Нашел небольшой рычажок, передвинул зачем-то — педаль газа, как мне показалось, дрогнула. Нашел еще два тумблера, так же включил, чтоб было.
Танк продолжал стоять намертво, а по броне еще несколько раз выстрелили. Я нажал большую красную кнопку, и вдруг раздался гул.
— Ты чего творишь, придурок?! — заорал на меня хомяк.
И тут я увидел еще одну кнопку. С едва заметной надписью «Старт».
Стоило ее нажать, как махина завибрировала и издала такой душераздирающий звук, что на месте врагов я бы уже подался в бегство. Казалось, грохот пронизывает все тело. Я закашлялся и нажал педаль газа.
Мотор заорал громче, но танк с места не сдвинулся.
— Скорость, болван! Скорость включи!
Я взглянул на рычаг, похожий на коробку передач. Ну, так-то он не очень похожий, но ничего более подходящего тут не имелось. Вжал педаль, как мне показалось, сцепления в пол и сдвинул рычаг на одно положение.
Внутри что-то взвизгнуло, загрохотали гусеницы и махина медленно, но верно поползла вперед.
— Быстрее! Разгоняйся! — орал хомяк.
Я не знал, как точно переключать здесь передачи. Действовал по наитию. Поддал газу и сдвинул рычаг. Танк разгонялся. Не очень быстро, изматывающее грохоча, но разгонялся. И только теперь до меня дошло, что я абсолютно не вижу, куда еду. Сиденье было слишком низким, и я не доставал до смотровой щели.
Меня вдруг подбросило вверх — кажется, мы на что-то наехали. Я машинально ухватился за левый рычаг, и танк начало разворачивать.
— Смотри, куда едешь! — в плечо снова ткнулось дуло автомата.
— Мне ничего не видно! — выкрикнул я.
— Кресло подними, идиот!
Трясло тут сильнее, чем на американских горках. Я пожалел, что тут нет ремней безопасности. Еще не хватало, чтоб меня мордой по прибором размазало на очередной колдобине. Я нащупал вентиль, покрутив который можно было отрегулировать высоту сиденья. Однако, даже когда мой взгляд поравнялся с щелью, я все равно ничего не увидел. Потому что не обладал навыком ночного зрения.
— Гони давай! — верещал хомяк.
Кажется, мы еще что-то переехали. И еще. Я не хотел думать, что под гусеницы мог попасть человек. Да и с чего бы кому-либо под танк бросаться? Может, бочку какую раздавили. Точно, я видел возле склада пластиковые бочки. Ох, только бы в сам склад не въехать. У меня не было никакой уверенности, что танк способен проломить каменную стену.
 
Хомяк глядел в перископ. Не знаю, видел он там что-то, но пыхтел знатно. Даже автомат из рук выпустил. Положил себе на колени, будто про меня совсем забыл. Ага, этот придурок, наверняка, думал, что танк теперь сам по себе едет.
Я резко извернулся и схватил оружие за приклад. Хомяк тоже дернулся, успел вцепиться в цевье, но я уже крепко сжимал магазин. Конечно, сил у меня сейчас было намного мало, но на адреналин добавил мне прыти.
— За дорогой следи, идиот! — выкрикнул хомяк, дергая автомат на себя. А я дотянулся до курка и понял, что вполне могу пустить ему в брюхо пулю.
— Да пошел ты! — произнес я и нажал на курок.
Выстрела не последовало. Я растерялся и выпустил из рук оружие. Хомяк ударил прикладом в плечо. Больно, не слишком. Так, неприятность досадная.
— Все-таки нет у тебя патронов.
— Были б патроны, я б там всех положил.
— Ты псих. Нахрена так делать?
— Ты, давай, машину веди. А то прикладом забью.
— Смотри, как бы я тебя не забил, — все же отсутствие патронов меня воодушевило.
— А какой тебе в том смысл? Ты теперь такой же дезертир, как и я. Ну, убьешь ты меня, но танк-то угонял ты, — хомяк растянул лыбу, отчего лицо его стало еще шире.
— Гандон! — выпалил я. — Нахрена ты это сделал? Нахрена стрельбу устроил?
— Они заслужили, — хмуро буркнул толстяк.
— И чем же?
— Всем! — его пухлая морда исказилась так, что его бы в фильм ужасов без грима взяли. — Ты не представляешь, что эти уроды вытворяют.
— Ясно, — ответил я. — Обиженный, что ли?
— Т-ты! — хомяк так разозлился, что слюной забрызжал. — Ты думай, чего несешь, тварь! Я их всех! Всех завалил! И тебя завалю!
— Ясно-ясно, заткнись, я за рулем.
Дышалось с трудом, голова шла кругом, а в висках стучали назойливые молоточки. Я постарался не обращать на хомяка больше внимания. Отъехать бы подальше, из танка бы только выбраться, а потом… Надеюсь, у меня хватит сил убежать.
Я ехал по-прежнему вслепую, удивляясь, что до сих пор мы не наскочили ни на одно серьезное препятствие. Мы давно уже должны были преодолеть полигон, а за ним должны были находится еще постройки. И хоть танк и бронированный, вряд ли мы могли бы протаранить здания, совсем того не почувствовав. Выстрелов я больше не слышал: то ли рев мотора их заглушал, то ли нас больше не преследовали.
Хомяк заткнулся, я краем глаза пытался увидеть, не заснул ли он, но тот пялил глаза вперед, будто мог что-то разглядеть в беспросветном мраке.
***
Юрка, воспользовавшись тем, что торчки развалились на полу с блаженными лицами, осторожно подошел к их коню.
— Большая зверюга, — произнес он. — Троих легко увезет.
— Я не поеду на приспешнике Хурсаг! — возмутилась Дилинэ.
— Брось, Диля, нормальный транспорт, — отмахнулся Юрка.
— Я призову Шанану. Она поможет нам остановить рабов Хурсаг. И без этой твари.
— Прости, — заговорил Ремизов, — но ты прямо отсюда останавливать этих Хурсаг собралась? Как мы до них доберемся.
— Нужно взобраться незаметно забраться на гору, — ответила жрица. — Там я призову Шанану, и мы остановим разрушение. А если отыщем других жрецов, призовем ужасное сияние.
— Дилинэ, нам придется воспользоваться, — Ремизова с сомнением взглянул на «коня», — этим животным, — произнес он, так как назвать зверюгу конем — у него язык не повернулся. — Это будет отличной маскировкой.
— Это будет мерзко. Я чую этот отвратительный запах. Я — ми-сикиль Шананы, я не могу. Можете ехать без меня.
— Короче, — Юрка подошел к жрице вплотную, — срать я хотел, чего ты там хочешь. Сказал поедешь, значит, поедешь! — и он ухватил девушку за талию и попытался перекинуть через плечо.