Паутина миров: Остров (8 книг) (СИ)

– Эй, ты что творишь?! Это фамильный фарфор, которому больше тысячи лет! – в ярости вскочил Гуанюй.
– Ой, кажется, разбилась, – невинно пожал я плечами. – Можно мне другую кружку? Без яда?
– В смысле, без яда? – нахмурился глава клана. – Хочешь сказать, что тебя пытались отравить в моем доме? Кто? Кому это может быть нужно?
– Знаете, вы либо слишком плохой актер, либо, наоборот, хороший. Я вам верю. Верю, что не вы отдали такой приказ. Но мне на ум приходит лишь одна личность, которая имеет доступ к вашим покоям и при этом почему‑то меня невзлюбила. Иначе зачем добавлять в мое полотенце иглы?
– ЮН! – вместо ответа глава клана рявкнул так, что стены зашатались. Вот уж кто действительно способен командовать армиями на поле боя, перекрикивая даже вопли умирающих.
Ждать долго не пришлось, и вскоре девушка появилась на пороге.
– Присоединяйся, кажется, нам есть что обсудить вместе.
– Как прикажете, отец, – прикрыв лицо веером, произнесла девушка и, подобрав кимоно, села в позе уважения рядом со столом.
– Скажи, зачем ты пыталась, уже дважды, убить нашего гостя ПОСЛЕ боя? Если так было нужно – сделай это ДО, или гораздо позже, вне поместья, чтобы на нас не пало первое же подозрение.
От такой откровенности у меня в горле ком встал. То есть факт, что она меня пыталась убить, для Гуанюя вообще не проблема? Для него вопрос – как и где?
– Простите, отец, я поступила импульсивно. Прошу меня извинить, больше такого не повторится, – Юн поклонилась, ожидая решения главы клана.
– Я на всякий случай уточню: вы больше не будете пытаться меня убить или не будете этого делать так явно? – спросил я, переводя взгляд с отца на дочь и обратно.
– Да, времена изменились, – грустно улыбнулся Гуанюй, садясь обратно за стол. – Я даже немного скучаю по тому, что было. Никаких тебе покушений, никаких сражений между кланами. Нет, враждовали, конечно, но по‑тихому. Ведь в противном случае все могли быть наказаны. Попался – и твои ученики уже не попадут в академию, причем не только в текущем году, а несколько поколений. А значит, твой клан зачахнет и выродится без новых воинов .
– Значит, все потеряли ограничения и решили бороться за мнимое верховное место? – спросил я, уже понимая ответ. – И теперь вспомнились все многовековые обиды, претензии и желания? Прискорбно, но я все равно не понимаю, зачем убивать меня?
– Она же сказала – импульсивно, – попытался оправдать дочь Гуанюй.
– Э, нет. Такое объяснение могло бы удовлетворить кого угодно, но не меня и не Юн. Мы слишком давно знаем друг друга, чтобы оно сработало. Еще в тринадцать Юн спланировала серию романов и подстав, чтобы разорвать нашу «родственную» связь. Затем быстро возвысилась, превратившись из никому не нужной сироты в дочь влиятельного героя , позднее владыки , а теперь главы клана. Ученица двух владык , Крови и Души. Импульсивность – это не про нее.
– Ну вот так сглупила, бывает, братец! – не выдержав, сказала девушка, зло взглянув на меня горящими фиолетовыми глазами.
– Ого, так это личное? Но чем же я тебя так обидел? У нас всегда были неплохие, можно даже сказать, хорошие отношения. Я даже настроился, что мне никуда не деться от нашего брака… – Мгновение, и взгляд Юн из злого превратился в недоуменный. – Что же я тебе такого сделал, победив мастера ? Вроде, наоборот, теперь никто не усомнится в правильности выбора.
– От брака? Не деться? – ошарашенно пробормотала Юн, смотря на меня, а затем на отца, ожидая поддержки или разъяснений. Владыка  лишь прикрыл лицо рукой. – Вы все же хотели?..
– Довольно! – ударил по колену Гуанюй. – Есть только один шанс разрешить это разногласие быстро, раз и навсегда. Обещаю, что, несмотря на решение, мы не будем нападать на клан Гуанг, пока вы сами не начнете враждебных действий. Дочь. Принеси сверток. Быстро.
– Как прикажете, отец, – быстро семеня, она вышла из зала, и почти сразу послышался стук сандалий о деревянный пол. Судя по нему, она даже не бежала – летела. Генерал вновь прикрыл лицо рукой, хитро поглядывая на меня меж пальцев одним глазом. Сверток? Либо я сильно чего‑то не понимаю, либо одно из двух.
 
– Мне кажется, или мы уже были в похожей ситуации? – осторожно поинтересовался я у Гуанюя, и тот нахмурился, но предпочел хранить молчание, пока дочь не вернется. Я слышал, что девушка стоит за перегородкой, восстанавливая дыхание. И не только я.
– Входи уже! – не выдержал глава клана, и, тихо отодвинув перегородку, в комнату, с достоинством, приличествующим невинной деве, вплыла Юн. В руках, прижимая к сердцу, она держала завернутое в дорогую ткань оружие. Судя по очертаниям – гелефу мастерской работы. И, куда важнее, две ленты, которыми оно было перевязано.
Красная и белая. В абсолютно правильном, связанном узоре. Будто два дракона сплелись в небесах в прекрасном брачном танце. Подарок… жениху. Задержав дыхание, девушка встала на колени и, чуть поклонившись, протянула сверток мне. Не колеблясь, я поклонился в ответ, принимая оружие.
Шок в глазах Юн нельзя было передать ничем. Она до крови закусила губу и посмотрела на отца. Который не спеша встал и, наслаждаясь каждым мгновением, подошел к нам, чтобы перевязать руки лентами со свертка.
– Поздравляю, дети. Теперь вы помолвлены, – в конце концов сказал Гуанюй, разрезав получившиеся плетеные браслеты на две части. Одна – неснимаемая – осталась у меня на запястье, вторая, точно такая же – у Юн. – Время для свадьбы еще не пришло, мы обсудим детали позже. А теперь, доченька, советую тебе отправиться в свои комнаты и хорошенько умыться.
– Хорошо, отец, – плохо скрывая радость, ответила девушка и, вскочив, вышла за дверь. Она даже сделала шагов десять и ушла еще за пару перегородок, прежде чем решила, что мы ее не услышим. – Уиии, ДА! Да‑да‑да‑да!
– Вопрос свадьбы считай решенным, – усмехнулся Гуанюй, глядя на дверь за которой слышались удаляющиеся крики его дочери. – Сам понимаешь, без должного ответного подарка она состояться не может. Но уверен, ты что‑нибудь придумаешь. Ну, и откупные должны соответствовать ее статусу. Правда, она меня прибьет, если я буду мешать, так что, в случае чего, я готов выделить тебе ссуду. Но если ты вдруг передумаешь и захочешь обидеть мою девочку… смерть будет для тебя желанным подарком.
– Даже не думал о таком. Надеюсь, не станет проблемой, если я возьму не одну, а несколько жен? – спросил я, кивая на целую вереницу браслетов на запястье Гуанюя. Старых, вросших в кожу, и совсем свежих. – Это не только традиция нашего общества, но и суровая необходимость.
– Хочешь сказать, что ты ее не любишь? – насупился глава клана.
– Нас связывают долгие и не всегда простые отношения. И все же я с уверенностью могу сказать, что любовь в них есть. Иначе я прибил бы ее еще после суда, на котором меня разоблачили.
– Вот как? – усмехнулся, ударив по колену ладонью, Гуанюй. – Вы друг друга стоите. Не думаешь же ты, что дочка не рассказывала мне о ваших приключениях? О том Воине, который нанес мне решающий удар сегодня. Вначале я не поверил – Свет, сражающийся с исчадием Хаоса и злых богов на равных – но сегодня убедился. Обладатель такой силы может стать моим зятем. А то, что ты думаешь не только о себе, но и о долге главы клана – еще лучше.
– Рад это слышать, и, надеюсь, до свадьбы вы сумеете убедить в этом дочь. Иначе, чувствую, в моем доме поселится смерть, – я покачал головой, представив их отношения с Аи. Вот ведь тоже заноза в заднице, придется не просто объяснять, но и выстраивать с ней отношения заново. А сейчас, мягко скажем, не до этого.
 
Положив на колени освободившийся от лент сверток, я развернул дорогую ткань, сложенную в несколько слоев, и, аккуратно отложив ее в сторону, достал оружие. Еще успел удержать мысль, что свадебное кимоно получится богатым, но все вылетело из головы, стоило мне взять в руки подарок.
– Это настоящее произведение искусства, – сказал я, не в силах сдержать восторга и ошарашенно рассматривая глефу, достойную любого главы клана. Что там – самого императора! Длинное, клиновидное лезвие с дуговой сабельной заточкой, идеальное как для мощных рубящих ударов, так и для колющих. Противовес – жало с шипом четырехугольной формы, для пробития особо прочных доспехов. Даже рукоять – не деревянная или железная, а из легкого и эластичного сплава, с полостями для сбора и использования крови в бою.