Паутина миров: Остров (8 книг) (СИ)

– Но, если дать оружие, огнестрельное оружие, вашим людям – они не станут непобедимы, но станут сильнее. Не нужны будут все эти жертвы, даже стену можно будет оборонять куда проще!
– И что в результате? Не сегодня или завтра, а через тысячу или две лет? Не знаешь? Ну так я тебе могу рассказать! В начале воины перестанут погибать на передовой, начнется перенаселение. Мы будем вынуждены отправить свои войска на Гэге, чтобы они захватывали больше территорий, иначе наступит долгосрочный продовольственный кризис, голод и вымирание.
А на соседней земле не только обезьяны живут, там город зараженных которые опаснее любых тварей и далеко не всех из них возьмет обычное оружие. Нам придется делать пушки, танки, изобретать заново паровую технику. И что будет дальше? Мы будем сражаться, точно так же, как и сейчас, но в куда больших масштабах. А если тьма придет раньше в ответ на нашу войну и начнется новая черная чума? Что останется от тайного дворца?
А даже если мы вдруг победим. Пусть с огромными потерями. Что тогда? Вокруг нас – бушующий океан. Вода населена нагами, морскими чудовищами и монстрами, которым наплевать на ружья и револьверы. Как скоро мы полностью истощим Чщаси и Гэге? Окажемся вновь на грани голода и вымирания? Нация будет разделена на две части. Те кто будут жить на старшем брате ополчатся на младшего, в попытках отобрать ресурсы, и война начнется уже среди людей. В конце концов останется крохотная горстка выживших, которую придется возглавить мне или другому из моего клана. И вновь вернуться к сегодняшней жизни. Нет. Огнестрельному оружию тут не место.
– Вы… говорите очень доходчиво. – признал я, глядя на ректора, впервые открывшегося с такой, эмоциональной стороны. – Будто нечто подобное уже происходило.
– Да. – кивнул Гуй Шен, собравшись и вновь одевая маску вежливого безразличия. – Мы пробовали жить по‑старому в новом мире. Ничего не вышло.
– Вот только была ли при этом опасность поглощения всего живого приближающейся тьмой? Вы сами сказали, каждый день кольцо сжимается на три метра. Что если орбита младшей сестры не стабилизируется? Что если она продолжит улетать?
– Тогда мы все умрем. – пожал плечами ректор. – но, если она продолжит улетать мы не в состоянии этого изменить. Нет никакой разницы, двадцать лет пройдет до всеобщей гибели или сто. Смысла в сопротивлении стихийным бедствиям нет. Можно спрятаться. Уйти или закрыться. Но не противостоять им. Ты же не станешь бороться с ураганом при помощи одеяла или против наводнения – ведром?
– Но вы говорили, что у нас есть шанс остановить катастрофу…
– В первую очередь мы должны надеяться, на естественные причины. Инерция и притяжение земли должны сделать свое дело. – сказал ректор, садясь обратно в кресло. – если за восемь лет этого не произойдет тогда мы будем предпринимать экстренные шаги.
– А не слишком ли поздно? Если вы можете, в состоянии что‑то сделать, значит нужно это делать именно сейчас! Уводить людей от напасти, искать выход.
– Как интересно, и как же мне поступить по‑твоему? Броситься сломя голову на материк? Но погоди же, для того чтобы добраться до побережья нужно перебраться через пролив, в котором проживают двенадцать воинственных племен наг со своими легендарными монстрами. Там уже погибла флотилия императора, а значит нет никакого смысла в создании кораблей. Лучше мы все равно не построим. И как же быть? Наверное, нужно найти союзников, сделать так чтобы они были нам обязаны и укрепить их силы. Ох постой, я же блин именно этим и занимаюсь!
– Черт. Простите, не подумал. – пришлось признать мне. – Но как вы планируете остановить падение луны, вы правда это можете?
– Раз уж мы говорим на частоту – не знаю. Возможно я могу получить с ней связь. Но не отсюда. Наша башня не предназначена для столь сложных операций. – вздохнул ректор. – На Гэге, в цитадели проклятого города, есть другие силы. Если придется, мы пробьемся туда, и попробуем оживить монолит, отвечающий за связь с луной. И нет, нам для этого понадобится не огнестрельное оружие, а команда незаметного проникновения способная добраться до монолита, не поднимая лишний шум. Иначе исследовательская экспедиция превратиться в полномасштабную войну. А мы к ней не готовы.
 
– Так что мешает подготовится?.. – начал было я, но под тяжелым взглядом ректора замолчал. – Нельзя просто игнорировать такое преимущество как огнестрельное оружие. Это нелепо. Как отказываться от выращивания овощей в теплицах, чтобы они росли и зимой, мотивируя это тем что теплицы – неестественны. Пусть я и не думаю на много тысяч лет вперед, но я не могу смириться с такой… расточительностью. Вы жертвуете сотнями хотя могли бы сохранить их жизни.
– Верно, жертвую, чтобы дать место для детей и счастливых семей. Все. Этот вопрос не обсуждается. Я запрещаю тебе создавать оружие самостоятельно или каким‑либо образом наводить на мысль других. Если ты нарушишь этот запрет – немедля будешь изгнан за стены Чщаси. Я не могу и не хочу тебя убивать, но пожертвовать одним ради спокойствия многих – готов не раздумывая. Я отвечаю за каждого на этом острове.
– Но запрещать изучение фейерверков надеюсь мне не станете? – нахмурившись спросил я. – Ведь об их производстве знает целый клан. Такое уже не скрыть.
– И зачем тебе это знание без применения? – мрачно спросил Гуй Шен. – Получать знания и использовать их для убийства невинных вещи совершенно разные. Мешать тебе учиться будет неразумно и непоследовательно. В конце концов ты именно для этого здесь. Хорошо. Но если я узнаю, что ты посмел…
– Я понял. Не создавать огнестрела. Ничего, я придумаю ему другое применение. Даже увеселительное. Напоследок я хочу вас спросить об одной вещи. Темные или черные. Гильдия убийц. Что вы о ней знаете?
– Это просто страшные сказки, ничего существенного. – отмахнулся ректор. – Когда недостаточно опасности снаружи человеческий мозг находит их внутри. Слабые разумом находят ответы на свои вопросы в мистике или божественно проведении. Так и с таинственной и никому неизвестной гильдией убийц, лица которых никто и никогда не видел.
– Зато видел глаза. – сказал я, и Гуй Шен мгновенно напрягся. – Они не могут скрыть своих глаз, возраста, роста и осанки. И я их видел. Они приходили ко мне, собираясь прикончить. Больше двух лет назад.
– Тебе просто это приснилось, так что не переживай. Такой организации на острове нет. А если даже нечто подобное существовало, им не войти в академию. – строго сказал ректор. – Если же ты хочешь распускать слухи и поднимать недовольство среди учеников, ничем хорошим для тебя это не кончится. Еще раз повторю – ее нет.
– Возможно у той организации в которую входят Лян Хуабао и Гуй Шунюан другое название. Но это именно они приходили прирезать меня той ночью. – упрямо сказал я. – В отличие от других, я не могу ошибаться по этому вопросу. Мало того, что я их видел, так я еще и сопоставил их изображение с тем что сохранилось в интерфейсе, сомнений быть не может.
– Ты сейчас говоришь о моем первом помощнике с которым мы прошли через тысячелетия, которому я полностью доверяю и мастере отвечающем за подготовку молодежи. Умеющему с ней работать. Лян Хуабао лучший преподаватель который воспитал тысячи превосходных студентов, ставших героями. Он честен, в меру заботлив и всегда добивается нужного результата. То, о чем ты говоришь – непростительная клевета. И чтобы я от тебя такого больше никогда не слышал!
– Одно из двух. – сказал я резко вставая со стула. – Или вы прикрываете собственную внутреннюю структуру, тайную полицию и гильдию убийц, либо не видите то, что находится у вас прямо перед носом. В любом случае, я докопаюсь до правды, даже если мне придется действовать в одиночку.
 
  
Глава 2
 
– Всем привет. – сказал я, входя в нашу комнату, выделенную после перехода на формальный третий курс. Правда она скорее напоминала солдатский барак с десятью гамаками. Три из которых пока пустовали. Аи все так же спала на женской половине, как и один из товарищей Ичиро, оказавшийся нам совсем не товарищем, а просто не слишком красивой девочкой полуорком. Но сегодня одним пустым гамаком стало больше. – Чего все такие хмурые и где Хироши?