Академия соблазна. Дурнушка из преисподней

— Любое сильное чувство для меня… Губительно.
— Сильное чувство? — я снова смотрю ему в глаза, и сама не замечаю, как в эту секунду приникаю еще ближе.
Дэмиан очень сильно стискивает челюсти и, кажется, даже дыхание задерживает. Обращаю внимание, что на щеке совсем тускло проявляется контур печати, но тут же гаснет. 
— Совершенно оглушительное, — выдыхает наконец он…
…И подается вперед, впиваясь в мои губы своими.
Не помню, чтобы и я сама когда-то испытывала что-то столь же оглушительное и сильное. Чтобы вот так выдыхала со стоном кому-то в губы от нервного ожидания, прежде чем с небывалой страстью ответить на его поцелуй. И уж точно я никогда вот так не цеплялась бесстыдно в ворот парня, увлекая его за собой, буквально вынуждая вжимать меня своим телом в перила балкона, грубо и жадно, превращая невинный первый поцелуй в акт всесжигающей страсти.
Дэмиан отстраняется от меня первым. Мне же кажется в эту секунду, что даже пол дрожит под нашими ногами. На его лице написано замешательство… Не успеваю я даже подумать, почему, как он вдруг обхватывает меня руками, увлекая вниз, буквально прижимая всем своим телом к неровной поверхности крыши, да так сильно, что я даже сделать вдох не могу, а потом…
Слышу взрыв. Такой силы, что, кажется, на мгновение даже теряю сознание.
К сожалению, лишь на мгновение — потому как в следующие же секунды сквозь звон в ушах слышу, как обрушивается потолок под нами. Я даже вскрикнуть не могу, настолько сильна хватка Дэмиана, но, продолжая удерживать меня одной рукой, он, кажется, прямо на полу пытается начертить знак… 
Сделать этого до конца он не успевает. Впрочем, в портал мы все равно проваливаемся. Или все же сквозь крышу?.. В любом случае — грохот и тряска вокруг такие, что мне кажется, будто мы рухнем сейчас прямо в ад. Ах да, постойте-ка…
Я не ощущаю удара — только как в один момент из груди выбивает весь воздух и я не могу больше вдохнуть. Грудную клетку сдавливает так больно… Всеми остатками сознания и сил я цепляюсь за Дэмиана так, словно бы от этого зависит моя жизнь.
Хотя, какая там жизнь.
После такого не выживают.
Это последняя мысль, которая проносится в моем сознании, прежде чем оно окончательно ускользает от меня.
14. Когда приходишь в себя после бури 
Первым делом я ощущаю боль. Сознание пытается вернуть себе власть внутри моей головы — но каждая попытка сформулировать любую мысль отзывается жуткой болью. Голова словно желает взорваться… Взрыв, точно. Кажется, это последнее, что я помню.
Пытаюсь открыть глаза, точнее — вспомнить, как это делается. И вместе с тем мою грудную клетку сводит приступом кашля, и из-за этого боль мгновенно распространяется на все тело. Шевелиться больно. Кашлять больно. Черт, я хотя бы дышать могу, чтобы не терпеть все эти мучения?
Оказывается, нет. При любом резком вздохе легкие грозят взорваться кашлем, поэтому я стараюсь дышать осторожно и медленно. Воздух вокруг словно… Тяжелый, неоднородный, очень сухой. Наконец продираю глаза — почти ничего не видно. Плотная взвесь пыли хорошо видна в слабо пробивающихся лучах света. Наверное, оттого и кашель. 
— Эй, меченая, — слышу хриплый, до боли знакомый голос откуда-то с противоположного конца комнаты.
— Да, тыковка, — да уж, мне слова даются не лучше, и даже язвительность не скрашивает эти интонации, словно у курильщика с тридцатилетним стажем.
— Я рад, что ты живая, — даже по голосу слышу, что Каэль ехидно улыбается. — Не знаешь, случайно, что произошло?
Хороший вопрос. Мы с Дэмианом стояли на крыше, он повалил меня вниз, мы поняли, что вот-вот обрушится потолок, он попытался открыть портал… На этом — все. Отсчет теперь начинается с того мгновения, как я очнулась с болью даже в тех местах, что в жизни у меня никогда не болели.
— Что-то… Очень хреновое, — со свойственной мне язвительностью отвечаю я.
Морщусь, когда пытаюсь поднять голову и хоть немного оглядеться. Беспокойно ищу взглядом фигуру в черном… Ну или хотя бы намек на белую макушку… Ничего. Зато замечаю Каэля, придавленного чем-то очень большим. Какая-то плита или кусок стены… Отсюда не разобрать.
 
Так, стоп. Кто-то реально устроит взрыв в поместье Мэг?
Приходится слишком много соображать для той, кто только-только пришел в себя. И кому, вообще-то, до сих пор больно пытаться что-то соображать.
— Дэмиан… — тихо зову я, опираясь на локти и стараясь медленно подняться. Хотя бы сесть. Разумеется, он не отзывается. Было бы слишком просто, верно?
— О, так вы с ним, оказывается…кх-х… Чудесно проводили время? — удивительно, как Каэль до сих пор находит в себе силы на подобные подначивания.
— Ты даже не представляешь, — в его же манере отвечаю я, внимательно осматривая пространство вокруг себя. Не хотелось бы, поднимаясь, задеть какую-нибудь хрупкую конструкцию и повлечь тем самым новые обрушения… Но на деле все выглядит более-менее. Надо мной даже потолок цел. И как я тут оказалась тогда, если точно помню, что падала через крышу?
Подсознание само подсказывают ответ — портал, что открыл Дэмиан. Но ведь если тот сработал, разве не должен быть демон здесь, рядом со мной?
— Обещаю, что со мной тебе будет не хуже, если ты…кх-х… Поможешь мне выбраться.
Да уж. Чувства юмора этому рыжему не занимать даже в условиях какого-то гребанного апокалипсиса. Хотя, постойте… Он же здесь, в аду, уже происходил недавно. Может, поэтому они все здесь такие странненькие и несколько поехавшие? Кто-то вон вообще умудрился взорвать дом Мэг…
Кто, кстати? 
Думать о том, в каком состоянии она сама, у меня нет никаких моральных сил. Я усиленно гоню от себя любые мысли и переживания о тех, кого здесь не вижу. Я подумаю об этом позже Здесь и сейчас моя задача — подняться на ноги, не потерять снова сознания, а после — быть может, и впрямь помочь Каэлю, если мне это удастся.
С первыми двумя пунктами со скрипом, но я справляюсь. А вот с третьим…
— Тебя сильно приложило по голове, если ты думаешь, что я смогу сдвинуть эту штуковину… Как она тебя еще не раздавила? — искренне удивляюсь я, потому как теперь, подойдя ближе и оценив масштабы действия, я прекрасно понимаю, что любой человек на месте Каэля был бы уже мертв.
— Ерунда… Мне бы только руку освободить. Левой у меня плохо получается использовать магию, — словно бы в подтверждение, Каэль машет мне левой рукой. Правая же вместе с доброй половиной его тела находится под завалом. Беда… Я даже опускаюсь на колени рядом с рыжим, осматривая мраморную плиту, но мне даже смотреть на нее не надо, чтобы понять — она совершенно неподъемна. Нет, серьезно, демоны бессмертные, что ли? Как его еще не раздавило?
— Я все равно не представляю, как тебя освободить. Я, насколько ты помнишь, магией вообще пользоваться еще не обучалась. Да и… Ты видишь ее?
Я только сейчас обращаю внимание на то, что всполохов света в воздухе теперь не видно, и хмурюсь.
— Ари… Помнишь то занятие Андраса?
Я удивленно вскидываю бровь, не понимая, к чему ведет Каэль.
— Причем тут…
— Весь дом Мэг — одна большая иллюзия. Никто не строит…
— Ну конечно, — перебиваю его я, выпрямляя спину и обхватывая себя руками за предплечья. — Кто бы сомневался.
— Думаешь, у того, кто изгнан в эту глушь, есть средства на подобную роскошь? Если нам повезет… Эта плита из драгоценного материала, да и многое остальное — всего лишь подделка.
Звучало очень логично. И в то же время — совершенно безумно.
— И что? Мне просто закрыть глаза и слушать? Как и тогда?
— На уроке Андрас хотел, чтобы мы определили источник иллюзии… Сейчас же тебе нужно уничтожить всего одну ее часть.
— Бред какой-то… Как может что-то несуществующее причинять тебе вред? Удерживать? — в груди начинает подниматься ощутимое волнение, а я слишком в большом раздрае, чтобы хоть как-то с ним справиться.
— Как и любая другая магия… Ариана, сосредоточься. Мэг где-то там, ей нужна наша помощь…