Ты больше не уйдешь! (СИ)

До конца круиза семь дней. Мы через океан доплывем до Гавайев, отметим завершение путешествия и разлетимся по домам. Что будет со мной и Адамом? Он ничего особенного не говорил на этот счет. И я не касалась этой темы. Мы просто проводили время вместе. Не просто, конечно. Головокружительно, счастливо, жарко.
Может, мне стоило его спросить? Я даже думала посоветоваться с мамой или Юной. Но последние дни круиза летели сумасшедше быстро. Лайнер гудел и вибрировал от невероятного количества развлечений. Каждый день происходило что-то новое. Не хотелось ничего упустить. Я постоянно забывала о том, что хотела посоветоваться с мамой. Она с папой все больше времени проводила, у них словно начался второй медовый месяц. Да и отвлекать не хотелось. А с Юной мы лишь постепенно сближались, очень осторожно с моей стороны.
Как бы там ни было, ее возмутительный поступок нельзя вычеркнуть из памяти. Сложно доверять человеку, который недавно еще угрожал пистолетом.
То, что сделал Адам, я тоже не забыла. Я хорошо помнила тот момент и свой смертельный страх. Одной ночью, после секса, когда мы разговаривали по душам, он сказал, что все равно не смог бы выстрелить.
Возможно. Но я не поэтому его простила, не из-за этих слов. Как он говорил, за поступки можно извиниться только поступками. И простила я его потому, что он сделал счастливой меня и мою семью.
Хотелось остановить время, хоть немного его задержать. Но оно неумолимо торопилось. Круиз подходил к концу, вдалеке виднелись гавайские острова. Вечером нас ждал последний праздник, и завтра все начнут покидать лайнер.
Почти два месяца пролетело с того дня, как я поднялась на борт. Впечатлений за это путешествие хватит на годы вперед. Я стояла на палубе, жмурила глаза от яркого солнца и вспоминала самые замечательные моменты.
Одна тревожная мысль незаметно подкралась и оглушила: может, Адам ничего не говорит о нашем будущем потому, что не знает, чем закончатся его разборки с французами? А я даже не спросила, придумал ли он уже хороший план.
После праздника все-таки поговорю с ним.
Кроме посещения всевозможных мероприятий на корабле, на сегодня был запланирован семейный ужин. Уже на восемь человек. Поэтому мы с Юной свалили с представления в акватеатре за час до конца. Нужно ведь привести себя в порядок, чтобы сразить наших любимых наповал.
Юна хорошо умела делать макияж и прически. Намного лучше меня. Объяснила это тем, что ей часто приходилось раньше работать под прикрытием. И вот уже я себя чувствовала младшей сестренкой, сидя на стуле, пока Юна колдовала с моим лицом и волосами.
Возможно, мы со временем подружимся? Я мечтаю понянчить своих племянников.
— Как тебе? — спросила Юна, явно волнуясь по поводу того, что я отвечу.
На меня с зеркала смотрела сногсшибательная красотка. Мисс мира. Не меньше. Глаз не оторвать. Макияж не был вызывающий, он был чувственный, страстный. И волосы, локон к локону, спускались на плечи чудесными волнами.
— Не нравится?
— Нравится, конечно! Ты что! Я просто в шоке…
Адам оказался в еще большем потрясении, когда мы с Юной поднялись на палубу, самые последние. Он широко распахнул глаза и, видимо, на несколько секунд потерял дар речи. Я подошла к нему плавной походкой и заглянула ему в глаза с улыбкой.
— Малышка, ты несравненно прекрасна.
— Садитесь за стол, — махнул папа нам рукой.
Сегодня палубу украсили еще пышнее, чем в прошлый раз. Цветов — целая чудесная оранжерея. И ко всему прочему стояли музыканты в стороне, которые будут играть лишь для нас.
Официант разлил всем шампанское. Наверно, кто-то уже захотел сказать тост. Зазвучала мелодичная, сказочная музыка.
Адам неожиданно отодвинул свой стул подальше и опустился передо мной на одно колено. Мое сердце сделало кульбит. Жар бросился к щекам.
— Ты выйдешь за меня? — спросил он и раскрыл бархатную коробочку.
  
Глава 34
 
Адам
Марта лежала на моей груди и рассматривала кольцо с бриллиантом. Оно ей нравилось. Глаза сверкали ярче самых дорогих драгоценностей. И мне радостно было от ее восторга.
 
Малышка согласилась выйти за меня. Слегка не верилось. Я боялся, что она откажет. После всего… Что было. И я бы не злился из-за отказа. Я бы продолжил ее добиваться.
Но она согласилась! В тот момент я чуть ей ребра не сломал своими объятьями. Сейчас тихо радовался. Нет, слабо сказано. Я был счастлив? Тоже слабо. В общем, такой сильной радости я еще не испытывал. И неважно, как ее можно назвать.
Завтра утром, когда все пассажиры лайнера разлетятся по домам, я полечу во Францию. Дата уже названа. Мне нужно будет перевезти оружие для французов. И начать воплощать план, который я продумал до самых мелких деталей.
Обычно перед подобными делами я не особо волновался. Потому что хорошо знал себя, был уверен в своих силах. Но сейчас… Я понимал Марту. Волнение присутствовало.
Всеми виной она. Не заденет ли ее расправой, которую я собирался устроить французам? Как ей сказать о том, что утром я улечу? Не хотелось, чтобы она грустила. Мне так нравилось смотреть в ее сверкающие глаза.
— Адам…
Почему она вдруг приподнялась и помрачнела?
— Ты ведь… придумал тот план? Когда ты пропадешь?
Она думала о том же, что и я. Твою ж… Расслабленное валяние в кровати закончилось. Я вздохнул. Ну рано или поздно надо сказать.
— Придумал, малышка. — Я ее ласково обнял. — Там все идеально спланировано. Утром я улетаю и через две недели вернусь.
Невыносимо видеть, как ее взгляд тухнет, как брови хмурятся. Лишь бы не плакала. А то мое сердце разорвется.
— Но ты скучать не будешь. Ты будешь очень занята.
— Чем же?.. — без интереса спросила она.
— Подготовкой к свадьбе. Я вернусь, и мы сразу поженимся.
Марта всполошилась. Ее глаза забавно округлились. Она враз села, и одеяло сползло с ее аппетитной груди.
— Через две недели?! У Ростика и Юны только летом. Как за две недели…
— Я оставлю тебе целую команду помощников. Ты справишься. К тому же с тобой будет семья.
Она молча хлопала длинными ресницами. Мне хотелось смеяться.
— А еще… Свадьба будет на Гавайях. Тебе передадут ключи от моей виллы. Можете туда все въехать. Места хватит.
— У тебя есть целая вилла на Гавайях?
Я рассмеялся. До чего забавная.
— У меня много чего есть. — Я потянулся к кошельку и достал банковскую карту. — Держи. Здесь очень много денег. Не упади в обморок, когда посмотришь баланс в банкомате. А я знаю, ты это первым делом сделаешь.
Еще пребывая в шоке, малышка забрала у меня карту. И вдруг набросилась на меня с объятьями. Я сжал ее крепко-крепко.
— Я буду очень скучать… — бормотала она. Похоже, уже начала плакать. Ее слезы потекли мне кислотой по сердцу.
— Я буду тебе писать и звонить каждую свободную минуту. Их не очень много будет, но я обещаю стараться выкраивать их для тебя.
Знала бы она, как мне не хотелось улетать. Целых две недели без нее! Это ад.
Но нужно. Будь это обычная перевозка оружия, которые в большинстве своем полностью безопасны, я бы взял ее с собой. Она ничего и не заметит. Как не заметила в Тайване — именно там выгрузили ящики, пока все отдыхали на празднике.
Эта перевозка будет опасной. Мне нельзя отвлекаться. По этой же причине я решил закончить все дела до отлета. Самое важное — позвонить родителям.
— Привет, мама.
— О, мой мальчик! Как я рада тебя слышать! Как твои дела?
Голос матери всегда возвращал меня в родной дом. Дарил умиротворение.
— Я женюсь.
Что-то оглушительно грохнулось на той стороне трубки. Надо было сказать ей присесть.
— Ты серьезно? Кто она? Кто эта девушка?! Она ведьма?
Я расхохотался.
— Что ты смеешься? Я думала, ты никогда не женишься.
— Очень хорошая девушка. Она тебе понравится. — Вспомнив, что говорил отцу Марты, я добавил: — Возможно.
— Если она тебя смогла окрутить, то она мне уже нравится, — хихикнула мама. — Когда свадьба?