Зет|Падение (СИ)
Во дворец, стоит сказать, приглашены были только самые-самые, остальные же пировали по-своему за его стенами, однако же внутри всё равно было по меньше мере несколько сот человек. Хоть в лицо я никого здесь не знал, а Глав кланов нашёл быстро — их разноцветные костюмы ярким пятном выделялись на всём многообразии одежд снующих от одного столика с закусками к другому групп молодых и не очень людей.
— Здравствуйте! Простите, не знаю вашего имени, хоть и крутимся в одних кругах… — подошла к нам пожила пара, и старушка заговорила.
— Доброго вам дня, госпожа, господин! — кивнул я им. — Так уж вышло, по делам мне с женой пришлось покинуть земли Страны Вод на некоторое время.
— Ох, неужели! Не расскажете ли, где вы были?
— Конечно, госпожа. Путешествие наше пролегало через Имперские просторы.
— Ох, Империя! А…
Дальше шёл весьма нудный и утомительный диалог, от которого я по понятным причинам не мог отказаться. Пара спрашивала меня про Империю, я отвечал. За время разговора сложилось стойкое впечатление, что жители Страны Вод считают имперцев чуть ли не дикарями или хотя бы жалкими оборванцами, прозябающими в бедности. Что ж, каждому своё… К этому времени пожилая пара наконец оставила нас в покое, а лицо Марики сделалось еще более кислым. Неудивительно.
Так прошли примерно пол часа. Все вокруг ходили туда-сюда, заводя бессмысленные беседы с первыми встречными и малознакомыми людьми. Что-то мне всё это напомнило… Мы с Марикой успешно избежали такого утомляющего времяпрепровождения в одной из дамских комнат.
Разговоры вдруг стихли, когда протрубили в трубы и объявили о прибытии Правительницы, точнее её «замены». Мы всё так же оставались в тихой и удобной комнатке, так что я мог лишь слышать её речь.
«Я приветствую вас, дорогие жители Страны вод! Благодарю весь Высший свет и представителей Великих кланов за то, что собрались сегодня здесь по весьма благоприятному поводу! Я искренне желаю вам чтить нашу необъятную историю, помнить, почему для нас так важен сегодняшний день, и, наконец, желаю насладиться пиром, который мы для вас подготовили!»
Показалась Правительница лишь раз и ушла сразу же после своей тирады под звуки восторженных возгласов и хлопков. Всё это вызывало такую скуку, что даже спать захотелось. Впервые за лет десять! И правда, празднество на славу выдалось, тут уж спорить не буду. Но не за тем мы здесь…
Пока господа и дамы наслаждались не слишком приятным общением и напитками, я спустил Марику через удобно расположенное в комнате окно. Там она переоделась в одежды более неприметные и отправилась в условленное место в обход всего замка. Теперь осталось лишь ждать.
Звучала музыка оркестра, собранного из лучших дворцовых трубадуров, смычки плясали в такт разгорячившихся гостей, а те хихикали и умилялись, сотрясая пол своими каблуками. Старики же в пляс, конечно, не вступали, но тоже наслаждались праздником по-своему, обсуждали свою молодость, перемены в моде, популярные слухи, политику и бизнес. Слуги мелькали тут и там, только и успевая менять пустые серебряные подносы на те, которые ломились от обилия всех самых разных блюд и напитков. Пришло время чего-то посерьёзнее, закуски — это, конечно, хорошо, но пузо ими не набить, особенно если это пузо еле-еле прикрывается дублетом, а пуговицы, скрытые под толстой тканью, так и норовят продырявить чей-то глаз или, как минимум, разбить пару бокалов.
Сквозь весь этот топот, шум, гам, болтовню и музыку немногие смогли расслышать звук отдалённый, непривычный, который явно был не к месту. Всё больше и больше господ стали обращать внимание на этот странный звук, головы их всё чаще оборачивались в сторону запертых ворот. И вдруг в них постучали… нет, заколотили, загремели яростно и с рвением, отчего некоторым сталось плохо, а некоторым — страшно: «Вдруг это тварь осколочная ломится к нам в замок?». Тут уж все затихли — и трубадуры, и старики, и молодняк, только теперь они могли внимательнейшим образом расслышать тот самый звук. Ржание коней, топот, возня, истошные крики, возгласы о помощи, и… молитвы. Кто-то прислонился самым наглым образом прямо к воротам и шептал так проникновенно, как возлюбленный не признаётся в своих пылких и страстных чувствах. Он взывал к богам, просил смилостивиться, замаливал свои грехи. Голос иногда его переходил на крик, он часто заикался, порой что-то несвязно бормотал. Концом его молитвы стал дикий возглас, и что-то гулко стукнулось и ворота…
— О, боги милостивые!!! — оказался я в самом центре зала и прокричал, сделал голос свой как можно драматичнее. — Неужели, Смерть Чёрная пришла?! Наконец-то нам воздастся за все грехи наши, и сбудется пророчество!
«Что? Смерть? Пророчество? Что он несёт?», — последовали шепотки.
— Как же вы, слуги Божьи, можете не знать, что пришло оракулам пророчество?! — пока я распинался, ворота стали покрываться чернотой и жалобно заскрипели, через прорези в белокаменных стенах полез густой чернильный туман, он медленно спускался и подбирался к сапогам и туфлям.
— В Имперский храм пришло пророчество еще два месяца тому назад! Боги недовольны родом людским, и потому шлют на нас Смерть Чёрную. Глядите! — указал я на туман. — Теперь вы верите?! И он не остановиться пока не иссушит до костей каждого из нас!
— Но что же делать?!
— Можно же убежать?
— А уплыть? — кричали люди.
— Не будьте глупцами! Если Смерть добралась сюда — в самый центр Страны Вод, то, что вы думаете сейчас твориться за стенами замка? Спасенье есть лишь одно! — сказал я, и сотни пар глаз уставились на меня. — Туман Смерти плавает по ветру, но в землю ходу ему нет! Слышал, что под дворцом этим простирается сеть каналов…
— Точно, есть такая!
— А что же делать с едой?!
— Да хрен с ней, сейчас прятаться надо!
Испуганная толпа стремительно направилась искать проход в каналы, а я же, улыбаясь, спрятался в «тени».
Глава 20 Ёжик в тумане
Проход в те самые каналы был найден на удивление быстро. В который раз убеждаюсь, страх — величайший инструмент. Пока толпа напуганных и даже одичалых гостей в шесть сотен голов пыталась забиться всем скопом в узенький проход, я направился по ту сторону дворцовых стен.
Там горело всё, что только могло гореть, серый дым столбами поднимался по всей округе — так уж повелось, что в панике кто-нибудь обязательно да, например, разобьёт лампу, полную керосина, а потом он по случайности зажжётся… Всё веселье и праздничный настрой были вероломно прерваны и забиты в самые дальние уголки сознания появлением «Черной Смерти». Её кольцо опоясывало город, всё сужаясь к замку, заботливо подсказывая бегущим путь к «спасению». Марика сделала всё в точности так, как я и просил. Громадной высоты кучной вал пожирал улицы, дома, скотину и тех, кого удача обошла стороной, и лишь вереница белых-белых костей, что вскоре обратятся в пыль, тянулась за ним. Даже лучи столь всемогущего светила не могли прорваться сквозь тюрьму черноты столь абсолютной, что ночь ей и в подмётки не годилась.
Вскоре стадо наконец было согнано в загон — молитвы словно в купольном храме отражались от холодных стен, казалось, будто сами Боги вторили им, давая хоть крупицу ветреной надежды, те же, кто отчаялся, устал просить, безмолвно опустились на колени — их взгляд был пуст, пустота эта затягивала многих, одни представляли, какими лучшими людьми они, несомненно, станут в следующей жизни, другие сокрушались, что не успели ещё сделать всё, что хотели на этой бренной земле. Находчивые же бродили тут и там в поисках света, еды, места более глубокого… Но ни у кого, ни у единой души не возникало мыслей, как им дальше быть, как пережить эту заразу божью, как встать потом с колен, как возродиться и вернуть былую славу и богатства вновь. Верно, в их головах страна разорена, золотистые нивы, пушистые холмы, речные и озерные просторы и даже могучие леса обращены в ничто, земля блистает чернотой, полнится трещинами, из которых извергается пламя погибели, их собратья, друзья и семьи, оставленные где-то там, безвольной гнилой плотью выложили путь наказанию богов. Теперь их осталась лишь жалкая горстка… без надежды на спасение.