Эфириус. Битва за рай

Проблема заключалась в чрезмерно сжатых сроках.
– Неделя, – настаивал господин Кампфен. – Ваш прототип ведь готов, его нужно только уменьшить.
– Но господин Феррен с ним не знаком, поэтому лучше три, – отбрыкивалась я.
Слишком свежа была память о невыполненных вовремя перчатках эмпатии.
Шон хмурился, молча следил за нашей словесной баталией, пока один из его юристов о чём-то шептал ему на ухо. Госпожа Холт тоже в обсуждении не участвовала. Её больше интересовал господин Майне, который что-то фиксировал в записной книжке.
– Хорошо, две, но только из уважения к вам, Карина, – с нажимом сказал господин Кампфен. Моё упрямство его раздражало. – Больше тянуть нельзя. Производство должно быть как можно быстрее запущено. Иначе нас с вами просто разорвёт на части толпа.
Я посмотрела на Штольцберга. В серых глазах отразилась сталь.
– Хорошо. Я согласна, – выдохнула обречённо.
– Я тоже, – наконец обозначил свою позицию Шон. – Готовьте контракт. Мои юристы с ним ознакомятся и сообщат, понадобится ли вносить какие-либо дополнения и изменения.
– Хорошо, Шон, – произнёс господин Кампфен. В этот момент один из юристов что-то прошептал ему на ухо, и он нарочито небрежно спросил: – А что насчёт «Технолиба»? Наше соглашение в силе?
Шон окинул его внимательным взглядом и ухмыльнулся.
– Добавь пару нулей, Люде, и присылай договор.
Я нахмурилась. Что за договор? И при чём здесь «Технолиб»?
И тут до меня дошло, что на данный момент Шон Феррен являлся единственным в Эдеме владельцем антианомального экскаватора, о котором мечтали буквально все. А это означало, что он не только восстановил подмоченную репутацию, выкупив мой контракт, но и скоро станет одним из богатейших людей в стране!
Так вот, значит, чего стоила его забота!
Я бросила в Шона презрительный взгляд. Резко встала со стула с явным намерением покинуть комнату, но меня остановил Штольцберг:
– Не спешите, моя дорогая. – Я вопросительно на него посмотрела. – Мы ещё должны пообщаться с журналистами. Иначе Маркус Карелтон заработает нервный срыв. – Присутствующие тихонько рассмеялись. – Кассандра, Шон, Людо, прошу вас, присоединяйтесь к нам.
Вы вышли из комнаты и в коридоре столкнулись с Йеном. Светлые волосы были растрепаны ветром, серые глаза лучились энергией, а чёрная кожаная куртка сменилась дорогим пиджаком.
Он извинился за опоздание, уточнил у Шона, что пропустил и, якобы в честь нашего будущего сотрудничества, всучил мне огромный букет алых эфириусных роз вместе с сертификатом на приобретение любого продукта в салонах «Л.И». И, не дав мне опомниться, галантно взял под руку и повёл в конференц-зал.
Там вокруг импровизированной сцены уже были выставлены стулья для представителей СМИ. К нам тут же подлетел Маркус Карелтон.
– О господи, Кара! Ну наконец-то! Я весь извёлся, пока вас дожидался! – темпераментно выпалил мой пиар-агент, энергично размахивая тростью с платиновой рукояткой в виде головы дракона. Гуляли всю ночь до утра? – Он заговорщически мне подмигнул, и я изобразила неопределённую реакцию, в который раз пожалев о том, что не сделала утром яркий макияж и не надела что-то получше джинсов и чёрной мужской футболки. – Фредерик, она согласилась? – с любопытством выпалил Маркус. Верховный архонт кивнул. – Ура! Грандиозная новость! Ребята, вы слышали? – он обратился небрежно к своим помощникам из креативной группы – розоволосой Гвен с огромным букетом жёлто-лиловых эфириусных орхидей и синевласому Ирбису.
За ними мялись перевозбуждённые репортёры и операторы с камерами. Их любопытные взгляды перебегали с меня на Шона со Штольцбергом и обратно.
– Я сделаю небольшое объявление, Маркус, если ты не возражаешь, – с притворным добродушием произнёс Верховный архонт.
Господин Карелтон мгновенно сообразил, что к чему. Отбежал в сторону, принялся раздавать указания, энергично махать руками, обращаясь к зрителям. Штольцберг вышел вперёд и, широко улыбаясь, сказал:
– Начну с того, что вчерашняя предварительная презентация прототипа госпожи Грант прошла успешно, и ей действительно удалось создать полноценный экскаватор, который до сих пор без сбоев работает в аномальной зоне. Мои специалисты уже протестировали его функционал и остались в восторге.
 
Репортёры заулыбались, с энтузиазмом захлопали в ладоши. Штольцберг выждал пару секунд, а затем жестом призвал слушателей к молчанию. Беснующаяся толпа сразу же успокоилась.
Какая власть была в руках у этого человека!
– Дорогие мои, это ещё не все новости. Не далее как час назад госпожа Грант согласилась продолжить работу в этом русле в паре с господином Ферреном. Вместе они будут создавать портативную технику для аномальных зон!
Вздохи восхищения слетели с губ журналистов, и толпа опять взорвалась восторженными овациями.
– А как насчёт нескольких кадров с презентации Кары? – заговорщически спросил господин Карелтон. – Все изнывают от любопытства…
Я посмотрела недоверчиво на своего пиарщика, потом – с затаённым испугом на Штольцберга: он же его сейчас прикажет арестовать!
В серых глазах моего врага отразилась сталь, но голос стал добродушнее, мягче.
– А тебе всё неймётся, Маркус, – тихонько рассмеялся Верховный архонт и покачал головой. – Понимаю… Но, к сожалению, не могу удовлетворить твою просьбу. Презентация госпожи Грант проходила в нестандартных условиях на закрытом правительственном объекте, и из соображений национальной безопасности я не имею права рассекречивать те записи.
Послышались разочарованные вздохи.
– Однако, – Штольцберг улыбнулся, вскинул указательный палец, – буду счастлив предоставить всем заинтересованным лицам кадры с бала в честь госпожи Грант, где будет проходить презентация их с Шоном первого совместного прототипа…
Я ошарашенно уставилась на Верховного архонта. Что?!
–…Он состоится примерно через две недели. В Хрустальном замке. – Шон скосил на меня глаза и криво ухмыльнулся. Разумеется, Штольцберг ему заранее обо всём рассказал. – Маркус Карелтон разошлёт всем пригласительные.
– Для меня это честь, Фредерик, – охотно отозвался он. – А сейчас… как насчёт нескольких фото?
Я выступила вперёд. Под яркими вспышками фотокамер пожала руку Верховному архонту, затем Йену и Людо Кампфену, старательно оттягивая тот момент, когда придётся коснуться Шона. Он наблюдал за мной, иронично склонив голову набок, и ухмылялся. Наконец Шон подошёл ко мне и протянул руку.
Я медлила. Ситуация до боли напоминала начало нашего феерического вальса во время бала иллюзий, после которого я чуть не осталась без платья.
– Ну же, Карина, смелее, – вкрадчиво произнёс он, пожирая меня своими удивительными голубыми глазами. – Я не кусаюсь.
Штольцберг, расслышав сей комментарий, сдавленно хмыкнул. Я вскинула подбородок повыше, решительно пожала ненавистному бывшему руку и прошептала одними губами:
– Такое ощущение, будто я заключаю договор с Мефистофелем.
– Не драматизируй, малышка. Тебе понравится, – ухмыльнулся Шон и, чтобы сильнее меня позлить, галантно поцеловал мои пальчики.
По залу пронеслась волна восхищённого ропота, снова вспыхнули огни фотокамер, а меня словно током прошило. И я отступила на шаг, разрывая телесный контакт.
– Шон, ты счастливчик! – с неподдельным умилением простонал господин Карелтон, прижав к груди трость. – Кара – это же… это же… девятое чудо Эдема! Наше национальное достояние! Береги её, ладно? Не дай бог с ней что-то случится…
– Не беспокойся, Маркус. Госпожа Грант со мной в безопасности. Буду с неё пылинки сдувать, – произнёс он, понизив голос и продолжая раздевать меня взглядом. Феноменальная наглость!
Я отстранилась, затерялась с охапкой цветов в толпе, позволяя Штольцбергу с Шоном выйти на первый план. А когда основная часть мероприятия закончилась, осторожно подошла к Йену и тихонько прошептала ему на ухо:
– Йен, я хочу отсюда сбежать. Прикроете меня?
– Как насчёт сбежать вместе? Я знаю отличный ресторан с живой музыкой…