Мой сводный братец (СИ)

— В детском садике была одна, я целый год добивался ее расположения.
— А потом?
— А когда добился и переключился на другую.
Ну да, кто бы сомневался.
Музыка сменилась, мы отошли в сторону. Время уже приближалось к полуночи.
— Кто нас отвезет домой? — спросила я.
— Маня. Ты уже уходишь? А как же Майкл? — хитро улыбнулся Максим.
Я махнула рукой, глазами ища подруг.
— Ты с нами едешь? — повернулась я к парню.
Максим молча покачал головой, для него это детское время.
— Ясно, ну тогда мы поехали, — я развернулась и, не дожидаясь ответа, пошла искать подруг.
Лера и Альфия были не против отправиться домой. Мы подошли к Мане.
— Валим, девчонки, достало меня тут уже всё! — девушка была в своем репертуаре.
Я в последний раз бросила взгляд на толпу людей и выхватила Максима, целующегося с девушкой. С высокой фигуристой девушкой.
Когда мы сели в машину, пошел сильный дождь. Всю дорогу я, уставшая и молчаливая, смотрела на капли дождя на стекле и хотела только одного — залезть под одеяло и погрустить. Осенний сплин, что скажешь. А может, авитаминоз…
  
Глава 7. Ночное наваждение
 
Когда я зашла домой, мама выглянула из спальни.
— Ну, как погуляли? — спросила она.
— Мне кажется, я уже выросла из подобных вечеринок, — я по-старчески вздохнула.
Мама понимающе улыбнулась.
— А Максим остался там?
Я кивнула головой.
— Ну ладно, спокойной ночи, Саша!
— Спокойной…
Я еле доплелась до душа и долго стояла там под струями обжигающей воды. На меня напала какая-то странная апатия, даже шевелиться было лень. Доковыляв до своей комнаты, я переоделась в длинную футболку и легла в кровать. От моих волос еле слышно пахло табаком. Надо было помыть голову, запоздало подумала я. Поднеся прядь волос к носу, я медленно вдохнула запах. Он меня почему-то успокаивал. Наверное, в душе я заядлая курильщица.
Несмотря на усталость, сон не приходил. В голове мелькали обрывки разговоров, фраз, музыки, новые лица… Я тяжело ворочалась. Интересно, а чем сейчас занимается Макс? Неужели они до утра будут тусить в этом доме? А как он доберется домой? Впрочем, большой уже мальчик, разберется…
Наконец, я задремала. Сон был чуткий и поверхностный. Поэтому, когда слегка скрипнула дверь, и кто-то вошел, я моментально проснулась. «Это Макс!» — было моей первой мыслью. Что ему было делать ночью в моей комнате, я не подумала. Я напряженно вслушивалась в звуки. Сердце бешено колотилось и гулким звуком оглушало всех, кто находился в моей спальне. А нас было двое… И почему-то это меня не пугало…
Прикусив губу, я ждала дальнейших действий незваного гостя. Осторожно прикрыв дверь, человек замер у порога комнаты. Стало тихо. Я затаила дыхание, чувствуя, как кровь с бешеной скоростью разносится по венам. Мне стало жарко, захотелось вдохнуть полной грудью и откинуть одеяло. Почему он медлит?
Максим (а я была уверена, что это он) неторопливо подошел к кровати. Мой слух стал болезненно-восприимчивым. Даже шелест его одежды отдавался внутри меня гулким эхом. Макс остановился возле кровати. Я почувствовала легкий запах осенней свежести. Парень только что стоял на улице под дождем. «Он, наверное, замерз», — мелькнула у меня мысль, и вдруг нестерпимо захотелось обнять его и согреть, прильнув своим теплым ото сна телом. Ладони зудели от желания зарыться в его влажных волосах.
От этих распущенных мыслей закружилась голова. Я ощущала себя, как в вязком нереальном сне. Всё так и должно было быть, в этом сне я не стыдилась своего вспыхнувшего желания. Мучительно долгие секунды каждый из нас боролся со своими демонами. Я лежала в позе эмбриона, закутавшись в одеяло. А мне хотелось раскрыться перед Максом, откинуть всё, что скрывало меня от его обжигающих глаз, раствориться в мужских руках, забыться в учащенном рваном дыхании, прижаться к чужим губам и попробовать их на вкус…
Макс, будто услышав мои мысли, прерывисто выдохнул и сделал несколько больших шагов в сторону двери. Он сбегал. Я лихорадочно пыталась собрать мысли воедино. Что делать? Позвать его? Сделать вид, что проснулась? Он поймет, что я давно не сплю и догадается, чего я хочу. Это унизительно… Мне не хватит смелости…
Макс вышел и закрыл за собой дверь. Я лежала и боролась с желанием вскочить и побежать за ним. Что со мной происходит? Я хватала ртом воздух, удерживая подкатывающие жгучие слезы. Дотянувшись до телефона, я посмотрела время. Три часа ночи. Он не остался с той девушкой, он пришел ко мне… Я перевернулась на живот и уткнулась лицом в подушку.
Уже под утро я забылась тяжелым, не приносящим облегчения сном. В полудреме мне казалось, что Макс снова заходит в мою комнату. Но в моих снах он был более решительным. Его руки стягивали с меня одеяло, его невозможные глаза пристально смотрели на меня. Его губы медленно приближались к моим… Тут я резко выныривала из сна и понимала, что нахожусь в комнате одна. И мне становилось невыносимо одиноко и тоскливо.
Промаявшись в кровати до девяти часов, я встала. Болела голова и ломало мышцы, как будто вчера я побила рекорд по кроссфиту. Шаркая ногами, я доплелась до ванной. Проходя мимо комнаты Максима, я прислушалась. Там было тихо. Может, мне всё померещилось, а он так и уснул на вечеринке в объятиях очередной девушки. Я тяжело вздохнула. Надо выпить таблетку от головы, иначе весь день будет испорчен.
В этот момент дверь открылась и вышел Макс. Взъерошенный, сонный, в вытертой футболке, с полотенцем в руках. Мое сердце ёкнуло. Черт, какой он милый и домашний. Захотелось приготовить ему вкусных оладушек, а потом накормить с рук, сидя у него на коленях… «Да твою ж мать, что за бабские мысли!» — одернула я себя.
— О, мелкая, ты в ванную?
— Ну да, — проскрипела я.
— Выглядишь хреново, — протянул он. — Вроде и пива вчера не пила, а голос, как у прожженного выпивохи. Ладно, иди умываться первая, тебе нужнее.
Этот невыносимый человек подмигнул мне и вернулся обратно в свою комнату. А чего он такой радостный с утра? Ни капли терзаний, мук совести, неутоленного желания, в конце концов! Я разозлилась. Для него это в порядке вещей — заходить ночью к девушке, сбегать, а потом как ни в чем не бывало ходить с улыбкой до ушей?! А может, он и не помнит ничего? Или комнату по пьяни перепутал? Да вроде выглядит, как огурчик, значит, не напивался до потери памяти.
Распаляя и накручивая себя, я яростно чистила зубы, умывалась. Холодная вода слегка освежила моё припухшее лицо, но все равно смотреть в зеркало не хотелось. Опухшие глаза-щелки, сероватый цвет лица, вскочивший на лбу прыщ. Да господи! Я как будто снова стала незрелым, неуверенным в себе, угловатым подростком.
Осознав, что превратить себя из тыквы в золушку у меня не получится, я вышла из ванной. Специально громко топая по коридору, я добралась до комнаты и обессиленно рухнула в кровать. Буду весь день прятаться под одеялом с пачкой печенья, мешком конфет и читать какую-нибудь книгу. Любовный роман. До безумия пошлый и до жути интересный. Могу себе позволить! У меня осенняя депрессия и тотально заниженная самооценка!
Тут ко мне в комнату бесцеремонно вломился Максим.
— После завтрака собирайся, мы пойдем в торговый центр, — он как будто продолжал давно начатый разговор.
Я озадаченно уставилась на парня.
— Не пойду! — заупрямилась я.
— Пойдешь! — с нажимом, понизив голос, возразил он.
— Зачем я тебе? Таскать твои пакеты?
— Пойдем тебе пижаму покупать, — на полном серьезе заявил он. — А то ты своими футболками и единорогами портишь всю атмосферу в доме.
Как же он меня бесит!
— Где бы тебе еще мозги прикупить!
— Вот и договорились, спускайся к завтраку, — и ушел.
Я с тоской посмотрела на свою уютную кроватку. Похоже любовный роман придется отложить. Все-таки любопытно, что Макс затеял.
  
Глава 8. Семейный завтрак
 
В своей коронной длинной футболке и мешковатых спортивных штанах я спустилась к воскресному завтраку. Мама была дома и готовила мои любимые сырники. Арина уже сидела за столом. Вдыхая бесподобные запахи, я взяла тарелку и присоединилась к девушке.