Секретарша для Кощея (СИ)

Произнеся эту тираду, я слишком поздно подумала о том, что возможно к нему должна приехать Василиса, и он не хочет светиться со мной в нерабочее время. А с другой стороны — к черту! Пусть отменит свидание или какие там у него планы на выходные, вспомнила я его фразу, брошенную не так давно по телефону.
— Хорошо, идемте, — сдался он.
Просторная кухня больше напоминала выставочный закуток в магазине мебельного салона. Все было идеально чисто и бездушно, словно никто никогда не пользовался ей. Я набрала в чайник воды и поставила кипятиться.
— Вы обедали? — уточнила я, открывая холодильник.
Удивительно, но внутри были продукты.
— Нет аппетита, я могу что-нибудь заказать для вас с мальчиком, — сказал он и достал телефон.
— Не стоит, я приготовлю. Вам не помешал бы куриный суп. Все необходимое имеется. Обещаю, мы перекусим и тут же уедем.
— Ксения, вы все не так поняли…
— Все в порядке, Алексей Юрьевич. Простите, что свалилась как снег на голову с маленьким прицепом.
Я заварила чай. Бросила туда лимон, немного меда и поставила чашку перед Кощеем. Он устроился за обеденным столом и стал внимательно перечитывать документы. В воздухе все еще витала некая неловкость. Моя смелость понемногу сошла на нет и я уже мысленно посыпала голову пеплом из-за недавнего поведения.
— Надеюсь, я не нарушила ваши планы с Василисой на выходные, — осторожно начала я, чистя картошку.
— Нет, она не хочет заразиться и поэтому вряд ли появится на горизонте ближайшие пару дней, — ответил Кощей, не отрывая взгляда от документов.
Его ответ меня очень сильно удивил, странные все же у них отношения. Если Василиса стережет свое сокровище как зеницу ока, то почему не заботится, когда это так необходимо?
— Кстати, забыла спросить, как прошел вчерашний ужин? Родителям понравились подарки?
Со спины послышался странный звук. Я обернулась, Алексей Юрьевич отложил документы и пытался подавить смех. Впервые я видела, как он смеется и не могла не отметить — улыбка была ему к лицу.
— У Степаниды Ивановны оказывается аллергия на этот сорт роз, — сказал он посмеиваясь, — Ксения, вам говорили, что вы ходячая катастрофа?
— Мне так жаль, — я виновато посмотрела на Кощея, но кажется он ни капельки не злился.
— Мда-а-а, это был замечательный ужин, а главное недолгий, — он мечтательно улыбнулся и допил чай.
Обед вышел без изысков, куриный суп и макароны с сосисками. Когда все практически было готово, проснулся Ваня. Он чувствовал себя скованно в незнакомой обстановке и поглядывал то на меня, то на Алексея Юрьевича.
— Ванечка, знакомься это дядя Леша. Мы сейчас вместе покушаем и поедем домой, — ласково сказала я, — не стесняйся.
«Дядя Леша» уставился на меня. Ну как я еще должна была представить Бессмертного мальчику четырех лет? Он в жизни не выговорит Алексей Юрьевич.
— Дядя Леша, а зачем вам яйца? — спросил Ваня немного осмелев.
Я чуть не уронила поварешку. Яйца? Я не ослышалась?
— Ну те, в стеклянном шкафу, — уточнил Ваня.
Точно. В комнате, где его оставили спать, что-то такое было, но я не успела рассмотреть.
— Это коллекция яиц Фаберже. Конечно в ней одни, но такое у меня необычное хобби.
— Мы с папой монеты собираем, а тетя Ксюша календарики с котиками.
Я еще пуще залилась краской. Умеют же дети поставить взрослых в неудобное положение.
— Просто со школы осталась пара фото альбомов, — объяснила я.
Ваня уставился на свои пальчики и бубня себе под нос, стал их загибать.
— Кому чая? — перевела я тему, пока Ваня не выдал меня с потрохами.
— Семь альбомов и одна коробка из под обуви, — радостно воскликнул он.
Витя с Тоней могли бы гордиться сыном. У него определенно был талант к математике.
— Уверена, ты преувеличиваешь, — с нажимом заметила я.
— Но…
— Пожалуйста, еще чая с медом, — выручил меня Кощей.
Я готова была поклясться, что он ухмылялся. После Алексей Юрьевич посадил нас в такси и мы отправились домой. Интересный выдался день и я рада была увидеть босса в другом свете. Веки потяжелели и глаза сами собой закрылись. Сквозь шум проносящихся мимо машин, Ваня сам себе рассказывал отрывок из сказки.
 
— Под дубом сундук, в сундуке — заяц, в зайце — утка, в утке — яйцо, в яйце — игла.
Кощей, яйцо, игла… Распахнув глаза я уставилась на Ваню.
— Ванечка, что это ты вспомнил?
— Хочешь узнать секрет, — он наклонился ко мне и прошептал, — дядя Леша на самом деле Кощей!
Я непонимающе смотрела на Ваню. Неужели случайно при нем назвала своего босса вслух Кощеем.
Глава 3.
Лена так и не вышла с больничного. Ее положили на сохранение. После она планировала взять отпуск и сразу же уйти в декрет. В боевых условиях я быстро втянулась в рабочий процесс и практически не беспокоила ее звонками. Познакомилась поближе с другими секретарями и ходила в их компании на обед. Изредка на горизонте появлялась Василиса. К моему облегчению, она воспринимала меня как предмет интерьера. Останавливать невесту босса было так же бессмысленно, как бросаться под идущий на полном ходу поезд, и я просто предупреждала Алексея Юрьевича о ее приближении.
Все шло своим чередом и мне казалось, что я отлично вписалась, если бы не подслушанный однажды в женском туалете разговор.
— Ты видела в чем она сегодня пришла на работу? Это просто ужас!
— Да, мы всем отделом смеялись с этого свитера из дешевого масс-маркета.
— Лена рассказывала, что на собеседование она вообще пришла с огромной стрелкой на чулках и в грязной рубашке. Неудивительно, что царевишна стала реже появляться.
— Она ведь даже косметикой не пользуется. Ты хоть раз видела ее накрашенной?
— Сразу видно — приезжая.
Двух сплетниц звали Оля и Карина. Девушки из соседних кабинетов всегда дружелюбно улыбались и делали комплименты, а за глаза…
— Какой красивый цвет волос. Ой, эти жемчужные гвоздики так тебе идут, — говорила Оля еще вчера.
Навернулись слезы. На душе стало противно от фальши и притворства. Мне безумно хотелось выйти и сказать им что-то колкое, но вместо этого, я стояла в кабинке и пыталась успокоиться.
Да, я была обычной. Одевалась в недорогих сетевых магазинах, забирала русые волосы в конский хвост и не пользовалась косметикой. Но это не давало никакого права смеяться надо мной фифам, у которых основные интересы ограничивались коррекцией наращенных волос, ресниц и ногтей.
Оля с Кариной ушли. Я вышла из кабинки и вымыв руки, ополоснула лицо холодной водой. Пряча заплаканные глаза, я вернулась на рабочее место. Алексей Юрьевич, должен был вот-вот вернуться с совещания и я надеялась, что краснота спадет. Не хватало ещ чтобы он увидел, как его посредственный секретарь ревет на рабочем месте.
Уткнувшись в документы, я делала вид, что внимательно изучаю их содержимое. Тихие шаги Алексея Юрьевича остановились у моего стола и кажется, он не собирался никуда уходить.
— Ксения, с вами все в порядке? — спросил Алексей Юрьевич.
— Да, все замечательно, — быстро ответила я и отвернулась к факсу, где лежали какие-то бумаги.
— Ксюша, вас кто-то обидел?
Он впервые назвал меня «Ксюша». Обычно ровный голос, без тени эмоций, в этот раз звучал с участием.
— Все хорошо Алексей Юрьевич. Правда, — я взяла себя в руки и выдавила улыбку.
— Настолько хорошо, что читаете технику пожарной безопасности вверх ногами?
Я посмотрела на документы у себя в руках и тихо рассмеялась.
— Давайте сделаем небольшой перерыв и выпьем кофе. Кажется у меня в расписании сейчас окно, — предложил он.
 
— Принести его вам в кабинет?
— Нет, мы пройдемся до кофейни.
— Я останусь на месте. Вдруг кто-нибудь позвонит, — неуверенно начала я.
Идея пить кофе со своим начальником мне не нравилась.
— Мы просто обсудим результаты вашего испытательного срока в более неформальной обстановке. Собирайтесь, Ксения, это приказ.