Вор (ЛП)

А потом он снова услышал крик. Отчаянный и далекий. Он быстро утих.
Мужчина ругался в бороду, подобрал плотную мантию, которую сбросил на пол прошлой ночью и поспешил укутаться в нее. Он накрыл голову капюшоном и, игнорируя боль от пореза на лбу, поспешил вниз по лестнице.
Ветер свистел вокруг башни, шипел в трещинах между камней, пока он спускался по лестнице. Он прошел через проем в квадратную каменную комнату, которая когда-то была домом хранителя маяка в основании башни. Угли дымились в камине, и немного мебели разделяло открытое пространство на несколько участков, похожих на комнаты.
Он широким шагами поспешил к самому большому предмету — высоком шкафу у стены напротив лестницы. Он открыл дверцы, порылся внутри, пока его ладони не нашли то, что он искал. Он вытащил кожаную сумку, повесил на плечо и тут же убежал за дверь.
Свет утреннего солнца на миг ослепил его, когда он встал на пороге. Он прикрыл глаза, глядя на океан. Силуэты разных цветов мелькали и плясали в воздухе над волнами, их яркие крылья сияли, как драгоценные камни, вид обычно вызывал укол радости даже в его холодном, как камень, сердце.
Сегодня он смог лишь пробормотать:
— Где это? — и ждать с тревожным нетерпением.
Стон прозвучал снова, печальный, похожий на песню, он задел его разум. Он потянулся к звуку, пытался поймать его как нить. Натяжение вело за скалы.
Он тут же поспешил к тропе, ведущей от маяка к пляжу внизу, следил за узким участком земли, ведь один неловкий шаг мог привести к падению. Если поведет, падение убьет его… но он знал, что его удача давно иссякла. Скорее всего, он сломает руку или ногу, не сможет забраться в башню. Это было хуже мгновенной смерти. Намного хуже. Ему придется ждать в агонии, глядя, как солнце садится, и сгущается ночь. Смотреть и считать часы до… до…
Он не хотел думать о таком. Он найдет сломанное заклинание. Быстро, пока не нанесен ущерб.
Он добрался до конца тропы и ступил на неровные камни пляжа, когда услышал печальный мяукающий вопль. В этот раз звук был четче, его улавливали даже его смертные уши, звук пронзал стрелой его сердце. Он повернулся на звук и увидел трепет бежевого пергамента с красными чернилами.
Два шага, и пергамент был уже не белым, а синим, и красные чернила были уже не почерком, а тонкими венами. Голова с гребнем и тупым носом поднялась между камней, ярко-желтые глаза умоляли, в них была боль. Эти глаза посмотрели на мужчину, пасть открылась, стало видно ряды острых зубов и гремучий язык. Существо зашипело, как змея.
— Ну-ну, друг, — сказал мужчина, сел на корточки рядом с существом. Его длинное тело застряло меж двух камней, одно крыло беспомощно трепетало, другое вытянулось под неестественным углом. Длинная рана портила то крыло — части не хватало, край был неровным. Участка чешуи на крупе тоже не было. Серебряная кровь испачкала камни вокруг. — Что с тобой такое сделало? — пробормотал мужчина, изучая дыру. Он приподнял бровь, существо печально моргнуло, глядя на него. Хоть оно выглядело как умное — или не совсем глупое — оно могло только скулить. — Не переживай, — сказал мягко мужчина. — Все не так плохо, как я боялся. Может, я даже смогу тебя подлатать.
Существо застряло между камней, пока пыталось сбежать от того, что на него напало. Так оно и попалось. Почему напавший не добил жертву, мужчина не понимал. Он посмотрел на другие силуэты в небе. Может, некоторые из них, увидев брата в беде, прогнали врага.
Мужчина схватил тело существа под крыльями и осторожно высвободил его. Оно зашипело, длинная шея повернулась, и острые зубы ударили по его ладони. Существо отдернуло голову быстро, как змея.
Раздался металлический звон, и мужчина даже не вздрогнул. Существо тряхнуло головой и недовольно и удивленно фыркнуло.
— Я бы не пробовал еще раз, — сказал мужчина с ноткой насмешки в голосе. Он отодвинул один из камней ногой, чтобы высвободить зверя. Его гибкое тело обвило руку мужчины, длинный хвост раскачивался, здоровое крыло хлопало. Порванное крыло свисало. Существо жалобно мяукало.
 
Мужчина снял кожаную сумку с плеча, развернул ее на плоской поверхности камня, сглаженного морем. А потом завернул существо внутрь, осторожно убрав коготки с толстой ткани своего рукава. Зверек устал бороться, опустил голову, и мужчина поднял его и повесил кожаную сумку на плечо.
— Я найду того, кто это сделал, — сказал он, поднявшись и стряхнув песок с мантии. — Потоки унесли нас ближе к берегам Аурелиса. Что-то, наверное, прошло сквозь чары.
Теперь это добралось до острова, и оно вряд ли скоро уйдет. Воздух тут вызывал зависимость у существ Аурелиса и других царств Эледрии. Если они пробовали его раз, они жаждали больше. Если он не будет защищать остров, вскоре его переполнят звери-фейри.
Но защита требовала силы. А у него не было лишней силы.
Качая головой, мужчина поправил сумку за спину. Существо мяукнуло, раздраженное, а не жалобное, ведь оно уже было не в ловушке камней.
— Хорошо, маленький друг, — нежно сказал мужчина. Он отвернулся от тропы, посмотрел на открытую воду. — Не хочется забирать тебя у твоих братьев, но, надеюсь, это будет ненадолго. Если повезет, снова будешь летать…
Его голос утих. Сердце дрогнуло, и он удивленно отпрянул на шаг.
Там была лодка. Маленькая и крепкая. Без паруса, только весла, и один человек направлял ее к этому пляжу. Мужчина моргнул и присмотрелся, решив, что глаза обманывали его.
В лодке была женщина. Худая, но сильная, рыжие волосы сияли, как огонь, на солнце, яркие, как крылья, хлопающие над ней. Она была фейри? Вопрос крутился в голове, а женщина повернула лодку к берегу. Она была еще слишком далеко, чтобы он мог разглядеть ее лицо, но он понял, что она была смертной. Юной и смертной.
И прекрасной.
* * *
Нилла перевела дыханию. Ее ладони в мозолях сжали весла крепче. Она моргнула и посмотрела снова. Да, кто-то стоял на берегу. Кто-то высокий. Длинные бледные волосы струились из-под капюшона, призрачные и странные даже в ярком свете.
Это, скорее всего, был мужчина. Крупным мужчиной в тяжелом коричневом плаще с капюшоном, скрывающем лицо.
— Сильвери, — прошептала она. Если это не был призрак мертвого пирата, это был маг. Никто больше не жил в Роузварде.
Почему он просто стоял там?
Она поежилась, и желудок сжался от качки лодки на волнах. Он явно увидел ее. В океане больше ничего не было на мили, и драконы сверху привлекали внимание к ней. Он пришел поприветствовать ее? Или он прятал жуткие чары под плащом, готовый вытащить это и бросить в нее, как только она причалит?
Нилла глубоко вдохнула. Она не хотела прибыть так,… но она и не планировала ничего в этом безумном путешествии. Но она надеялась, что придет и уйдет с Роузварда, не встретив изгоя-мифато. Гаспар не говорил, был ли мужчина опасным, но он был обученным магом. Вряд ли он был дружелюбным.
— Пропавшие пираты с корабля показывают твое гостеприимство, да? — буркнула она. С дрожью в спине она повернулась к открытому морю, двигая веслами. Она не хотела отворачиваться от той фигуры… но выхода не было, и она стиснула зубы и гребла, стараясь не думать о мертвых пиратах. Она часто оглядывалась. Мужчина не двигался. Только ветер трепал его плащ, показывая, что он не был вырезан из прибитых к берегу досок и поставленный, как пугало, чтобы отгонять непрошенных гостей.
Еще немного, и нос лодки захрустел об песок и гальку. Нилла убрала весла внутрь и прыгнула в воду, уже мокрые юбки промокли до колен. Она сжала борт лодки и вытащила ее на берег. Ей придется оттащить ее дальше от берега, чтобы ее не унесло в прилив, но пока что она потирала мозолистые ладони об бедра, повернувшись к фигуре на берегу.
Он все еще не шевелился.
Может, ей нужно было вернуться в лодку и поискать другую гавань. Но зачем? Он уже знал, что она была тут. Может, тут и не удалось бы украсть скрытно. Гаспар явно догадывался о таком, когда послал ее.
Она смотрела на свою мокрую сумку на дне лодки. Могла ли она нанести Сладкие сны на губы, не вызвав подозрений? Она взглянула на мужчину на пляже и передумала. Она не посмела бы поцеловать то, что было в тени капюшона. Кто знал, что найдут ее губы? Бивни?